Рука на затылке снова погладила, а я прижалась сильнее.

— Не уходи, — прошептала я. — Пожалуйста. Не оставляй меня тут одну.

— Не уйду, — ответил он просто. — Куда я от тебя денусь? Даже удалиться дальше нескольких ли не могу.

Я стояла, прижавшись к нему, чувствуя тепло его тела, запах, биение сердца. Этот ритм был ровным и спокойным, не таким, как у меня. И постепенно ужас отпускал.

— Пошли, Светлячок. Отведу тебя туда, где можно отдохнуть.

Я отстранилась чуть-чуть, чтобы посмотреть на демона. В темноте не было видно лица, но я знала, что он смотрит на меня сверху вниз, и в глазах его — чёрных или карих, сейчас это казалось неважным — нет насмешки. Только спокойствие.

— Я ничего тут не вижу, — сказала я. — Даже огонька зажечь не могу. Я пыталась…

— Знаю. Держись за меня.

Хэй Фэн взял мою руку, вложил в свою. Пальцы сомкнулись вокруг моих.

— Так сможешь идти?

Я кивнула. Потом проговорила вслух, на случай, если он тоже здесь ничего не видит, но в этом я сомневалась. Казалось, что демон ориентируется во тьме не хуже, чем при свете.

— Да.

— Тогда пошли.

Хэй Фэн развернулся и повёл меня туда, откуда появился. Я держалась за его руку и чувствовала, как тьма вокруг перестаёт быть враждебной. Просто темнота. Просто Лабиринт. Просто камень.

С ним было не страшно.

— А… Что это было? Что шло за мной? — Тело снова разобрала дрожь, стоило вспомнить шорох и нечто, преследующее в темноте.

— Тень, — коротко ответил Хэй Фэн. — Они не могут навредить физически, но могут напугать так, что человек сам причинит себе вред.

Стало стыдно. Жар прилил к щекам, и я порадовалась, что в этой кромешной тьме не видно лица. Тень. Просто тень. А я металась, билась о стены, ломала ногти, кричала не своим голосом — и всё из-за того, чего даже коснуться нельзя. Другие участники... они, наверное, прошли это испытание спокойно. Принц Лан Чжун просто стряхнул страх, как пыль с рукава. Девушка из Нефритовой Лозы сыграла успокаивающую мелодию. Даже тот грубиян из Грозовых Облаков, скорее всего, плюнул и пошёл дальше, не обращая внимания на шорохи.

А я... я опять оказалась самой слабой. Ну, ладно, в этот раз не я одна, а вместе с Нефритовым Лотосом, что, в общем, не очень-то и утешало. Мысль эта кольнула привычной болью, но сейчас к ней примешивалось что-то новое — не просто горечь, а почти отвращение к себе.

— Я... — Голос прозвучал хрипло. — Мне не хватило присутствия духа. Я поддалась страху.

— Поддалась, — спокойно согласился Хэй Фэн. В его тоне не было только подтверждение, отчего стало ещё горше. — Ты совершенно не готова к прохождению Полосы препятствий, Светлячок. Чем ты думала, когда подавала заявку?

Я открыла рот, чтобы возразить, чтобы сказать что-то резкое, — и закрыла. Потому что он был прав. Абсолютно прав. Чем я думала? Что меня вело? Надежда, отчаяние, глупая вера в то, что великий герой спасёт меня. И вместо него пришёл тот, кто теперь тащит меня через Лабиринт, потому что сама я неспособна даже свет зажечь.

— Я... не знаю, — выдохнула я. Голос дрогнул, и это было унизительно, снова показывать слабость. Но сил прятать её уже не осталось. — Думала что смогу. Что если очень постараюсь... Глупо, да?

— Глупо, — подтвердил он безжалостно. Но в этом коротком слове вдруг послышалось что-то... неожиданное. Будто он не осуждал, а просто принимал всё как есть.

Шаги отдавались глухим эхом, где-то слева снова закапала вода, и теперь этот звук не пугал, а почти успокаивал.

— Пришли, — сказал Хэй Фэн, когда мы повернули в очередной раз.

Я остановилась, вслушиваясь в темноту. Ничего особенного — те же запахи сырости и камня, та же тишина. Не было даже никакого представления о пространстве: большое оно или маленькое, комната или коридор. Но он сказал «пришли», значит, здесь можно остановиться.

— Здесь можно отдохнуть, — подтвердил демон мои мысли. Я почувствовала, как он отпустил мою руку, и сразу стало холодно и пусто. Послышался шорох — он двигался в темноте. — Тут лежанка. Каменная, конечно, но лучше, чем сырой пол. Иди сюда.

Я сделала шаг в сторону его голоса, вытянув руки. Пальцы наткнулись на край чего-то ровного, гладкого — действительно лежанка, вырубленная прямо в стене. Холодная, твёрдая, но это было лучше, чем бесконечные коридоры.

Камень под ладонями был ледяным. Я провела по нему пальцами, и они мгновенно замёрзли, будто коснулись не камня, а глыбы зимнего льда. Холод пробирал сквозь ткань ханьфу, заставляя плечи снова сжиматься. Если бы мне подчинялась ци, можно было нагреть его или согреться самой, но были сомнения, что получится.

— Садись, — голос Хэй Фэна прозвучал уже дальше. Он отходил.

Сердце пропустило удар. Ужас, только-только отпустивший, снова сжала грудь ледяными пальцами. Он уходит? Оставляет меня здесь? Одну? В этой тьме, где стены могут сдвинуться в любой момент?

— Нет! — Я рванулась вперёд, на звук его удаляющихся шагов, вслепую, выставив руки. Пальцы нащупали ткань — кажется, рукав, — и я вцепилась мёртвой хваткой, не думая, не стыдясь, только чувствуя животный ужас. — Не уходи! Пожалуйста! Лабиринт... стены могут... Он опять...

Дыхание срывалось, слова застревали в горле. Я тянула его к себе, не отпуская, и в темноте было слышно моё частое, сбивчивое дыхание.

Демон замер. Под тканью ханьфу напряглись мышцы. Наверное, он хотел выдернуть руку, стряхнуть меня. Но вместо этого просто стоял и слушал, как я хватаю ртом воздух, как всхлипываю, вцепившись в него.

— Светлячок, — голос Хэй Фэна прозвучал устало, но не зло. — Здесь ничего такого не случится. Стены не двигаются в местах отдыха, это закон Лабиринта. К тому же действительно уйти от тебя я не могу в принципе. А ты об этом мечтаешь, помнишь?

Я не отпустила. Наоборот, вцепилась сильнее, прижимаясь к нему, чтобы он чувствовал, как меня трясёт.

Холод, исходивший от каменной лежанки и всего Лабиринта, и тепло, исходившее от него, были как два разных мира. И я изо всех сил тянулась к теплу, боясь, что если отпущу, то снова провалюсь в ледяную тьму, из которой только что выбралась.

— Пожалуйста, — прошептала я в темноту. — Я не могу... Я боюсь… Я потом... потом буду мечтать. А сейчас…

Тишина. Такая долгая, что я уже решила, что он стряхнёт мои руки и уйдёт. И что тогда? Я снова буду метаться, биться о стены, пока не убью себя? Мысль эта была страшной, но отчего-то очень ясной.

В темноте раздался тяжелый вздох. Потом движение, увлекающее меня за собой. Шорох одежды — Хэй Фэн садился на край лежанки.

— Садись, — сказал он коротко.

Я послушно опустилась рядом, всё ещё не отпуская его рукав. Камень подо мной был холодным, но чужое присутствие рядом грело лучше любого огня.

Хэй Фэн потянул руку, освобождая ткань, и я уже хотела снова вцепиться, как вдруг почувствовала, что он перехватывает мои пальцы, так же как в коридоре.

— Ложись, — сказал он. — Отдохни.

Я легла, не выпуская его руки. Каменная лежанка была жёсткой, холод пробирал сквозь одежду, но рядом... рядом было тепло. Я чувствовала, как Хэй Фэн устраивается — не вплотную, но близко, так что исходящее от него тепло согревало.

А потом от его ци согрелся и камень, заставляя снова чувствовать себя жалко, что мне не доступно даже такое простое действие, как контроль температуры тела и окружающего пространства.

Тишина. Только наше дыхание. Моё всё ещё сбитое, прерывистое, и его — ровное, глубокое, как дыхание спящего зверя. Я вслушивалась в него, и постепенно моё собственное сердце начинало биться в такт.

— Ну и что мне с тобой делать? — Голос Хэй Фэна прозвучал в темноте тихо, будто он спрашивал не меня, а самого себя. В этом голосе была усталость и что-то ещё, чему я не могла подобрать названия.

Я сглотнула. Ответ пришёл сам собой, вырвался раньше, чем я успела подумать:

— Спасти из этого места.

Тишина. Потом — короткий смешок, тёплый, почти живой.

— Ты понимаешь, кого просишь об этом, Светлячок? — Его голос звучал теперь совсем рядом. Близко. Так близко, что я чувствовала его дыхание на своих волосах.