– Понятно, – говорит он наконец. – Ситуация сложная, но решаемая. Я могу взять оперативное управление на шесть месяцев. За это время мы наведём порядок, оптимизируем процессы. А вы решите, что хотите делать дальше – продавать долю или оставлять.

– А сколько это будет стоить?

Он называет сумму. Немаленькую, но разумную – процент от прибыли компании.

– Договорились, – говорю я, чувствуя облегчение. – Когда можете начать?

– С понедельника.

Выхожу от него с лёгким сердцем. Хотя бы одну проблему решила.

Но остается ещё одна головная боль – квартира. По решению суда она делится поровну, но кто-то из нас должен выкупить долю другого. Сергей Михайлович объяснял: либо я выкупаю его половину, либо он мою, либо продаём и делим деньги.

Жить там, где пятнадцать лет была с Толей, я не хочу. Категорически. В той спальне, где он мне лгал. На той кухне, где мы последний раз завтракали как семья, а он уже встречался с Амелией. В том коридоре, где он напугал меня, и мы писали объяснение для полиции.

Нет. Пусть забирает квартиру себе. А я найду что-то своё. Новое. Без воспоминаний.

Но пока оформление выкупа идёт через юристов – а это займёт месяцы – мне нужно где-то жить. Возвращаться туда? Исключено. Снимать временную квартиру? Разумно.

На следующей неделе начинаю искать съёмную квартиру, где можно спокойно жить нам с Софией, пока юристы разбираются с разделом имущества.

Не потому, что мне не нравится жить у Максима – наоборот, слишком нравится.

И это пугает.

За полтора месяца мы стали... семьёй? Не знаю, как это назвать. Он готовит, я мою посуду. София делает уроки за столом, мы с ним сидим рядом, пьём чай, обсуждаем её школьные дела. По вечерам смотрим фильмы втроём – он на одном конце дивана, я на другом, София между нами с чашкой какао.

Обычная семейная жизнь. Тёплая. Правильная.

И именно поэтому мне нужно уехать.

Я только что вышла из пятнадцатилетнего брака. Официально развелась два дня назад. У меня на руках огромный бизнес, который требует внимания. София переживает все эти изменения, хотя старается не показывать.

А я... я начинаю испытывать к Максиму странные чувства. Когда он улыбается мне с утра, подавая кофе, внутри что-то тёплое разливается. Когда он обнимает Софию на ночь, у меня к горлу подступает комок от умиления. Когда он смотрит на меня долгим взглядом через стол – сердце начинает биться быстрее.

Это неправильно. Неправильно. Всё слишком сложно.

Мне нужно время. Нужна дистанция. Нужно разобраться с собственной жизнью.

Поэтому я ищу квартиру.

Нахожу её через неделю. Двухкомнатная, светлая, недалеко от школы Софии. Не роскошная, но уютная. Как раз то, что нужно для начала новой жизни.

– Берём? – спрашиваю у Софии, когда мы осматриваем пустые комнаты.

Она кивает, но вижу в её глазах грусть.

– А дядю Макса мы больше не будем видеть?

Сердце сжимается.

– Конечно будем, солнышко. Просто теперь у нас будет свой дом. Наш с тобой. Разве это не здорово?

Она соглашается, но без особого энтузиазма.

Вечером я говорю Максиму, что нашла квартиру.

Мы сидим на кухне, София уже спит.

– Отлично, – говорит он, но что-то в его голосе звучит не очень убедительно. – Когда переезжаете?

– В субботу. Если поможешь с коробками...

– Конечно помогу.

Он смотрит в свою чашку, потом поднимает глаза на меня.

– Марин, ты уверена, что это правильно? Вы здесь... вы здесь как дома. Правда. И я... мне нравится, когда вы тут.

Смотрю на его лицо – открытое, честное. В глазах что-то такое, что заставляет сердце пропустить удар.

– Макс, – говорю я тихо, – мне тоже нравится. Слишком нравится. Именно поэтому нам нужно... нужно сделать паузу. Мне нужно время разобраться в себе. В своих чувствах. В новой жизни.

Он молчит несколько секунд, потом кивает.

– Понимаю.

– Ты злишься?

– Нет, – качает он головой. – Не злюсь. Понимаю. Ты права – торопиться не стоит. У тебя сейчас столько всего происходит...

Мы сидим в тишине, каждый думает о своём. Потом он встаёт, моет свою чашку.

– Ладно, – говорит он, не оборачиваясь. – В субботу помогу с переездом.

***

Суббота приходит быстрее, чем хотелось бы. Максим помогает грузить коробки в машину. София молчаливо складывает свои вещи – книжки, одежду, любимую игрушку.

Я хожу по квартире, собираю последние мелочи, и внутри всё сжимается. За полтора месяца это место стало домом. Настоящим домом.

– Всё, – говорит Максим, загружая последнюю коробку в багажник. – Вроде ничего не забыли. Поехали, я вас довезу.

– Макс, не обязательно, – начинаю я, но он качает головой.

– Конечно обязательно. Одной тебе с коробками не справиться.

Едем молча. София сидит на заднем сиденье, смотрит в окно. Я украдкой поглядываю на Максима – он ведёт машину сосредоточенно, но я чувствую напряжение в его плечах.

Новая квартира встречает нас пустыми светлыми комнатами. Максим молча берёт коробки, поднимает на четвёртый этаж. Я иду следом с сумкой, София несёт свои книжки.

– Куда это? – спрашивает он, подняв коробку с посудой.

– На кухню, пожалуйста.

Мы работаем в основном молча. Он расставляет тяжёлые коробки, я разбираю мелочи. София обустраивает свою комнату – развешивает одежду в шкаф, ставит книги на полки.

Через час всё готово. Максим стоит посреди гостиной, оглядывает пустоватое пространство.

– Уютно будет, – говорит он. – Когда обживётесь.

– Да, – соглашаюсь я. – Спасибо тебе. Правда. Не знаю, как бы мы справились.

София подходит к нему, обнимает крепко.

– Дядя Макс, мы же ещё увидимся? – спрашивает она, и голос дрожит.

– Конечно увидимся, – говорит он тепло, гладя её по волосам. – Обязательно. Я буду звонить, приезжать в гости. И вы тоже приезжайте ко мне. Договорились?

Она кивает, утыкается лицом в его плечо. Он смотрит на меня поверх её головы, и в его взгляде столько всего, что дыхание перехватывает.

– Мне пора, – говорит он наконец, мягко отстраняя Софию. – У вас дел много, обустраиваться надо.

Провожаю его до двери.

Мы стоим на пороге, и внезапно становится неловко. Как прощаться? Что сказать?

– Марин, – говорит он тихо, делая шаг ближе. – Знаешь, я...

Он замолкает, качает головой.

– Что? – шепчу я.

– Ничего. Просто... береги себя, ладно? И звони, если что понадобится. Что угодно.

Я киваю, не доверяя своему голосу.

Он стоит передо мной – высокий, надёжный, добрый. Мужчина, который помог мне в самый трудный период жизни. Который готовил нам завтраки и читал Софии на ночь. Который держал меня, когда я плакала, и радовался моим победам.

Наши взгляды встречаются и держат друг друга несколько долгих секунд. Ни он, ни я ничего не говорим.

Он наклоняется, целует меня в щёку. Лёгкий поцелуй, почти воздушный. Но от него внутри всё переворачивается.

– Пока, – говорит он и уходит.

Я стою в дверях, смотрю, как он спускается по лестнице. Слышу, как хлопает входная дверь подъезда. Только тогда закрываю свою дверь и прислоняюсь к ней спиной.

Новая жизнь начинается сейчас.

Глава 28

Полгода.

Полгода прошло с того дня, когда мы с Софией переехали в нашу съёмную квартиру. За это время жизнь постепенно наладилась.

Квартира больше не кажется чужой, хотя мы здесь временно. Толя выкупил мою долю в нашей совместной квартире – процедура заняла несколько месяцев, но в итоге я получила приличную сумму. На эти деньги купила трёхкомнатную квартиру в новостройке, с панорамными окнами и видом на парк. Дом сдадут через год, тогда мы и переедем туда окончательно. А пока живём здесь, на съёме, но уже с ощущением, что у нас есть настоящий дом, который ждёт нас.

Толя, кстати, теперь спокоен. По крайней мере, не досаждает звонками и угрозами. Дело о грабеже закрылось довольно мягко для него – поскольку это было первое нарушение, а сам он имел чистую репутацию, отделался условным сроком и штрафом. Возможно, сыграла роль и позиция его дорогого адвоката, который смог представить происшедшее как «эмоциональный срыв на фоне развода». В общем, тюрьмы он избежал, но урок получил серьёзный.