— Спокойно! Тебе нельзя убивать сороку, пока она живая, иначе потеряешь удачу, поэтому отправим ее в магический сон.

Унн осторожно взяла с моего плеча сороку, прикрыла ее ладонями и что-то прошептала. Золотистый свет в глазах сороки потух, и птица медленно опустила веки.

— Теперь она словно мертвая! — мне было обидно, что пришлось усыпить фамильяра, едва он мне начал служить.

Унн полезла в сундук, взяла мешочек и положила туда сороку.

— Нужно разобраться, вспомни, откуда у тебя эта свистулька, кто тебе ее подарил?

— Это был мамин подарок на день рождения.

— Странно. Либо твоя мать была тёмной ведьмой, либо кто-то подарил ей эту вещицу, — рассуждала она, гадая, в чем может крыться секрет игрушки.

— Ну, нет, Унн! Моя мама точно не была ведьмой! — я повысила голос и сложила руки на груди. — Не станет же родная мама своему ребенку дарить вещи, приносящие несчастье.

Унн отдала мне мешок.

— Как ни крути, Эдди, сорока — это не тот фамильяр, который должен служить чародейке!

— Какой же тогда?

— Любое домашнее животное. Разве таких мало? — Унн развела руками.

— И куда мне теперь сороку деть?

— Сжечь!

— А другие артефакты? — я заволновалась, что, возможно, провалила все задание.

— У тебя замечательно получилось, смотри, какой золотистой магией они светятся, и она точно не тёмная! — сказала мачеха, рассмотрев в магическом круге зачарованные артефакты.

Я взяла в руки камень и показала ей с гордостью свой редкий артефакт.

— Смотри, вот что вышло из душицы полевой.

— Да, это необычно. Должна признаться, что впервые вижу такое превращение, так как я лично никогда не пробовала такое делать, — Унн взяла камень и приставила его к свету, ее лицо озарило приятное фиолетовое сияние.

— Как думаешь, он обычный для украшений?

— Нет! Это редчайшая удача, получить из цветков травы магический камень. Должно быть, ты собрала траву в нужное время в нужном месте. Поэтому из него получится сильный оберег.

Унн улыбнулась, и я облегченно выдохнула.

— Я могу пользоваться этой хижиной?

— Конечно, оставляй всё тут, не бойся. И магический круг оставь. Как будет время, я хочу его подробнее рассмотреть, особенно эти камни с магическими ставами. Может быть, тут есть ответ на вопрос, почему свистулька превратилась в сороку, — Унн положила руки на поясницу и пошла на выход.

Я открыла крышку сундука и положила туда превращенные артефакты. Правда, драгоценный камень сунула в сумку. Выйдя из хижины, я потушила фонарик и закрыла двери на ключ, вряд ли сегодня вернусь сюда.

— Так ты одобряешь мои результаты?

— Разумеется! Ты же не виновата, что у тебя была эта нехорошая вещь. Пошли обедать, — наставница закуталась в пуховый платок и поспешила к длинному дому.

Я посмотрела на небо, на котором висели грозовые тучи. Погода сегодня не для прогулки.

— Не подскажешь, есть ли рядом речка, кроме той, что около рунического булыжника? Мне нужно собрать травы, а золотарник и болотница игольчатая растут только там.

— Да, есть еще большая река за старым погостом, — ответила Унн, тяжело дыша.

— Спасибо! Мне надо наделать зелий для восстановления магических сил.

— Зачем тебе именно эти травы? — Унн остановилась возле святилища.

— Ну, из этих трав можно сделать восстанавливающие зелья. А что?

— Я думаю, что из любых трав можно сделать зелья. Тут дело вовсе не в травах, а в магических способностях. И тебе не обязательно этим заниматься. В этом может помочь любой знахарь, разбирающийся в травах, — прозвучал ответ мачехи.

Унн забрала у меня мешок с сорокой и отдала служителю святилища. Тот кивнул, посмотрел в мешок, закрыл себе глаза ладонью и начал что-то громко бормотать.

Мы пошли дальше.

— И у нас есть такой? — поинтересовалась я, ведь если есть такой знахарь, то мне не придется бегать собирать травы.

— Да. Он живет за погостом.

— Он? Интересно, кто этот знахарь? — пробормотала я.

— Сама узнай! Предвкушение вдохновляет и бодрит мысли.

Мы вошли в длинный дом. Внутри было приятно тепло, и на столе нас ждал вкусный обед. От аромата жареной утки и запечённых овощей с травами у меня заурчало в животе. И я решила, что мне не обязательно сегодня в такую мерзкую погоду отправляться к речке. Проведу остаток дня с семьей.

— Ну, и чем мои красавицы сегодня занимались, всю местность оббегали?! — отец улыбнулся мне, скинул тяжелый плотный плащ и отдал его молоденькой служанке.

Та, робко краснея, уже была готова удовлетворить потребности господина. В другой руке она держала длинный кувшин. Не успел отец присесть на свое коронное место, и, пока его женушка не видит, служанка налила ему полный кубок браги.

Другая служанка, что постарше, оттолкнула своим крупным задом красавицу в сторону и положила в широкую плоскую тарелку отца половину тушки утки. Затем нарезала куски мяса в тарелку Унн, а после мне.

— Да нет, — ответила я, заняв место сбоку. — Я выполнила лишь задание, которое мне дала Унн.

— И как, получилось, моя ласточка?

— У нее хорошо получается, я довольна ее способностями, — Унн поцеловала отца и присела в кресло госпожи.

— Вот видишь, Эйдис, и не обязательно переться на край света, чтобы закончить учебу, — сказал отец и, опустошив кубок, стукнул им по столу, прося добавки.

— Но мы еще с Унн не знаем, получится ли с обрядом посвящения.

— Почему не получиться? — удивившись, обратился отец к своей жене.

Унн отодвинула в сторону куски мяса и положила себе добрую порцию тушеных овощей.

— Все сложно. Нам придется искать другую покровительницу, из-за сна Фригг. Обряд посвящения невозможен без благословения богини. И я пока что сама не знаю, к какой богине придется обратиться, которая покровительствует бытовым чародейкам.

— Все ясно! Я отправил гонца в Вайерланд, — ответил отец и принялся поедать мясо.

— Кстати, любимый, ты помнишь, у Эдди была игрушка-свистулька. Откуда она у Арнуры?

— Понятия не имею! — отец покачал головой, продолжая поедать мясо, словно весь день голодал.

— Как-то ты плохо знал свою жену и ее личные вещи, — сказала я ему, не сдержавшись.

— Я был молод, наступило трудное время, на мои плечи свалилось много забот с проблемами после войны. Меня часто и подолгу не было дома. Твоя мать все время была в основном в женском чертоге и никак не могла найти себе подходящее занятие, потому что сильно скучала по родному краю. Она слушалась старую ведьму больше, чем меня, — высказался громко отец и тяжело вздохнул.

Было заметно, что ему неприятно вспоминать прошлую семейную жизнь с моей мамой. Но все эти воспоминания, каждая деталька, были дороги для меня.

— О ком ты говоришь, какая ведьма? Абелон, что ли? — Унн удивленно посмотрела на отца.

— Да, чтоб ей не было покоя в мире богов! Это она во всем виновата, во всех несчастьях моей семьи, — отец вытер рукой вспотевший лоб, отодвинул тарелку и взял кубок. Ему было проще всего топить свои пережитые чувства в крепленом напитке, нежели рассказать все своим любимым.

— Все понятно, — Унн тяжело вздохнула и погладила отца по спине. — Арнура, видимо, ходила к Абелон за советами всякими.

— Значит, это старая карга дала маме эту игрушку, — догадалась я, по-другому и быть не могло. Других ведьм на хуторе не водилось.

— Возможно, свистулька играла роль защитного амулета. Это типично для такой детской игрушки. Тебе нужно было бы найти другую для моего задания. Должно быть, ты не знаешь, поэтому я скажу тебе одну важную вещь. Уже зачарованные предметы, особенно амулеты, нельзя использовать снова в магических ритуалах. Всегда бери не зачарованную, потому что ты не знаешь, с какой целью была заколдована вещь предыдущего хозяина, — просветила меня наставница о том, что в академии нам не преподавали. Или я пропустила это мимо себя, так как была не самой прилежной ученицей.

Внезапно отец ударил по столешнице рукой так, что я вздрогнула.