— Скажи, моя мама обучалась магии тут, на острове, или в Вайерланде?
— В этой мастерской. Твоя бабушка была нашей наставницей, а получила свои знания от Солнечной богини. Так что ты уж точно потомственная чародейка.
Мы спустились к глинистому побережью, обросшему бледной травой. Я узнала это место из сна, где встретились мои родители. Высокая трава, шумное море и ветер в волосах. Соленый бриз был противный, порывистый, больно хлестал прядями по лицу, перебивал дыхание. Я шла по обсыпанному разноцветной галькой берегу. Как много прекрасных камушков мне приглянулось, но они не светились магией, значит, были бесполезны.
Амелинда повела нас за перешеек обрыва — шли мы долго, пока не увидели пещеру. Прямо ко входу вела дорожка из камней. Я почувствовала, как во мне поднялись волнение и смятение одновременно. Волновалась, потому что сейчас произойдет важный эпизод в моей судьбе. Я стану законной чародейкой перед богами.
Ведьма привела меня в тайное место острова. Если бы мне его не показали, никогда бы не догадалась, что тут находится созданная людьми пещера.
Внезапно она остановилась и развернулась.
— Вы, Дальк и Эрпи, останетесь тут, — сказала она моим охранникам.
Воины кивнули и отошли к берегу.
Мы пошли дальше.
— Это настолько тайное место?
— Ты даже не представляешь! — ведьма взяла лампу. — Изначально здесь не было маяка. Люди построили высокую башню, чтобы охранять святилище. Это потом, намного позже, после долгих морских боев с чудищами, хранителям и ведьмам пришла в голову мысль установить на вышке камень.
Амелинда подошла ближе, подсветила лампой вход в пещеру, и я увидела наложенное сложное рунические заклинание. Магический барьер.
Я подошла и присмотрелась. Такого мне еще не приходилось встречать. Рунические знаки двигались по кругу, создавая что-то наподобие головоломки из рунических коротких слов, не имеющих смысла.
— Что это… похоже на ребусы? — мы проходили в академии на одном из уроков такие рунические головоломки, их используют, чтобы зачаровать какие-то личные вещи.
— Не совсем. Это фальшивые заклинания для тех, кто попытается войти в пещеру. И, чтобы открыть настоящее заклинание, как думаешь, что нужно? — ведьма посветила в центр защитного барьера, и стала видна маленькая щель, как на копилке.
Я пришла в восторг и полезла в сумку. Нащупала мамину шкатулку и вытащила ее.
— Вот для чего нужен был ключ, — я протянула руническую пластину ведьме.
— Умничка! Ты все увидела и поняла!
Амелинда нащупала в обрамляющих пещеру камнях щель и воткнула туда рунический ключ. Через мгновение рунический ребус распался и барьер открылся.
— И… у кого, кроме меня, есть этот ключ?
— Их три, у меня, у тебя и у хранителей, — ведьма взяла меня за руку и повела внутрь.
Мое сердце замерло от предвкушения…
Амелинда поставила лампу на выступающий угол камня. В маленький пещере было влажно и так холодно, что пар шел со рта. Кровь застыла в жилах. Золотистый яркий свет залил пещеру, и перед собой я увидела женскую статую. Это была не богиня, а что-то более древнее. Тело существа напоминало ствол дерева, изрезанный руническим заклинанием. Статуя словно спала глубоким сном. Выражение лица умиротворенное, как у младенца. Вместо волос на ее голове вились тоненькие веточки, которые, словно корни, вонзались в полоток пещеры.
Она стояла, показывая ладони, на которых лежали редкие камни-солнечники, светящиеся золотистой магией.
— Боги, кто это? — спросила я, перебирая в голове список божеств.
— Мы ведьмы называем это божество Дисой, — ведьма сделала покорный поклон перед статуей. — Простой народ дух-хранитель Света. Еще называют праматерью светлых сил, покровительницей и заступницей светлых чародеек.
— Это из-за Дисы остров считается сакральным и тайным? — предположила я.
— Да, потому что в самой статуе живет дух Света, и он тебя слышит, хоть и молчит. Диса редко когда появляется, — ведьма достала из кармана своего балахона перочинный магический нож и положила его на одну из ладоней.
— Почему ее не охраняют валькирии? — поинтересовалась я, было бы интересно узнать, знает ли об этом месте наша Свава.
— Самой Дисе не нужна особенная защита, ей невозможно навредить. Подумай, можно ли убить свет? — Амелинда серьезно посмотрела на меня.
— Зачем тогда наложен это барьер? — нахмурилась я, неужели только ради этой парочки камушков на ее ладонях?
— Все такие места на Севере охраняются магическим барьером или каким-то существом, и часто чудовищем… Все, довольно вопросов! — ведьма подняла руку, чтобы я замолчала. — Запомни все, что я скажу и сделаю. Это мой единственный и последний обряд посвящения. Каждая ведьма, светлая или темная, должна посвятить свою избранницу в преемницы. Поэтому следующий обряд будешь проводить ты.
— Я готова! — со слезами на глазах ответила я и поклонилась Дисе.
В груди появилось странное чувство после слов наставницы. Словно она со мной прощалась.
Амелинда поставила меня возле руки статуи, где лежал ножик. Сама встала напротив. Глубоко выдохнула и начала:
— Назови свое имя, ведьма…
От этого вопроса меня кинуло в дрожь. Я догадалась, что меня испытывают, и ответила:
— Я не ведьма, а чародейка!
— Чародейка — это светлая ведьма... назови свое имя, ведьма! — настаивала Амелинда.
— Эйдис, Эйдис... Чернокрылая из рода Драгоценных!
Ведьма серьезно нахмурилась. Некоторое время стояла и смотрела на меня. Амелинда была против того, чтобы я брала прозвище своей матери. Но я чувствовала, что имею на это право. Я ее родная дочь.
— Да будет так! Эйдис Чернокрылая — твое имя на веки вечные! Во всех землях северных теперь будут звать тебя только так. От имени сил света я посвящаю тебя в чародейки!
Я покорно склонила голову. Чувства лились через край, по щекам невольно побежали слезы.
— Повернись лицом к божеству, встань не колени. Возьми в руки клинок и поклянись на крови своей в верности и службе светлым силам! — потребовала ведьма.
Машинально развернулась и сделала все, чего от меня ожидали.
— Я... Эйдис Чернокрылая приношу светлым силам свою клятву верности! — дрожащей рукой я взяла ножик и, сжав зубы, разрезала себе ладонь. Острая холодная боль пронзила ее, красные капли полились и быстро впитались в песок.
Внезапно я почувствовала невероятную силу, исходящую от статуи. Ее глаза вспыхнули и засветились золотистым. Меня сковало от страха. Лицо Дисы словно засияло, и она мне улыбнулась. От испытываемого я хотела закричать во все горло. Но не смогла, лишь открыла рот и не издала ни звука.
Через мгновение чувство оцепенения прошло...
Лицо Дисы стало снова деревянным, будто мертвым. Амелинда перевязала рану и подняла меня на ноги.
— Поздравляю! — Амелинда обняла меня и поцеловала. — Теперь ты связана магическими силами с этим островом, если ему будет что-то угрожать, ты это почувствуешь.
Некоторое мгновение я молчала, перерабатывая в душе и голове пережитое и увиденное. Ведьма вывела меня из пещеры. Солнечный свет и свежий воздух привели меня обратно в чувства.
— Спасибо… А мой ключ… — поплелась я за Амелиндой.
— Он больше не понадобится. Когда вернешься сюда, ты просто назовешь заклинанию у входа свое имя, под которым теперь тебя знает Диса. Но это… ты сможешь сделать лишь один раз в жизни, как я, — ведьма обняла меня за плечи и повела к берегу.
Я кивнула и поняла, что ведьма имела в виду. В следующий раз должна буду явиться сюда со своей преемницей.
— Могу ли я посмотреть на этот камень на вышке? — вытерла я слезы и шмыгнула носом.
— Это невозможно, ты ослепнешь. Камень излучает солнечный свет, — ведьма невольно бросила взгляд на вышку.
— И… как тогда мы с тобой должны сделать этот артефакт, если его свечение такое опасное?
— Мы с тобой лишь соберем артефакт и зачаруем магией. После его установят на вышке, он постепенно впитает в себя солнечный свет и продолжит охранять побережье от чудовищ тьмы, — объяснила мне ведьма, укутываясь поплотнее в балахон от порывистого ветра.
