Если он захочет ударить меня ножом, то пусть так.

И я серьезно. Если он захочет вырвать мое сердце, как он и обещал, я просто буду стоять и позволю ему это сделать.

Телефон вибрирует у меня в руке, и меня пронзает дрожь от ладони до груди, когда я вижу его имя на экране.

Маленький монстр.

Облако удушья ослабевает, и демоны один за другим отступают в тень, их уродливые формы тут же исчезают в его присутствии.

Я всегда чувствовал с ним некий тревожный комфорт, обычно после того, как вытрахивал из него всю жизнь.

Прошлой ночью, пока он заботился обо мне, когда я заболел из-за побочных эффектов препаратов Джулиана, я чувствовал ту же теплоту, что и сейчас, когда смотрю на его имя.

Может, мне стоит отказаться от дневных пар, сказать, что заболел, или что-нибьду еще? Потому что, как только он положит трубку, я почувствую, что задыхаюсь.

В этот момент меня охватывает тревога. Я никогда не чувствовал себя настолько привязанным к кому-то, чтобы захотеть приковать его к себе.

Даже к Сандре.

Я отвечаю:

— Уже соскучился?

На другой стороне тишина, резкое дыхание, почти задыхающееся, заполняет мои уши.

— Гарет?

Ответа нет. Снова вздохи. Его прерывистое дыхание. Я встаю так быстро, что кресло на колесиках врезается в шкаф позади меня.

— Гарет? Скажи что-нибудь. Все в порядке?

— Ты солгал мне? — его голос такой тихий, что я едва слышу его.

— Что?

Конечно, мама Джина не стала бы так быстро ему все рассказывать. Она сказала, что даст мне время.

— Ты женат?

Блять.

Откуда он узнал? Мои мамы ничего бы ему не сказали, да…?

Выбрав самый спокойный тон, я говорю:

— Это не…

— Да или нет, — перебивает он меня, его голос становится более глубоким, хриплым.

— Да.

— Я что, запасная дырка? Ты изменяешь ей со мной?

— Нет, черт. Она мертва. Она умерла два года назад, — я провожу рукой по волосам. — Откуда ты узнал об этом?

Кто, черт возьми, откопал ему эту информацию? Это, точно, не его частный детектив.

— Как ее звали? — он полностью игнорирует мой вопрос. Его голос спокойный, невозмутимый, и это меня чертовски пугает.

Гарет бывает жестоким, когда зол. Если он настолько смертельно спокоен, то это хуже, чем просто злость.

— Давай встретимся и поговорим, — я хватаю свой портфель. — Я сейчас же возвращаюсь домой.

С его стороны раздается длинный режущий звук.

— Я спросил, как ее зовут.

— Кассандра, — тихо говорю я, пробегая сквозь студентов и профессоров, не обращая внимания на расплывчатые приветствия. — Что ты делаешь, Гарет? Что это за звуки?

— Кассандра, — звук прекращается, когда он повторяет ее имя хриплым, почти сдавленным голосом. — Ты называл ее Касс? Кэсси?

— Сандра, — я сажусь в машину и включаю громкую связь, не желая оставлять его одного.

На самом деле я боюсь, что он что-то сделает с собой. Мне плевать, если он причиняет боль другим, но себе…

Мое сердце стучит в груди так громко, что я не слышу, как включается двигатель машины на полную мощность.

— Сандра, — повторяет он, его голос теперь такой монотонный, безжизненный, как в тот первый раз, когда я его встретил. Когда он был похож на монстра. — Как ты называл ее во время секса?

— Господи, почему это важно?

— Ты называл ее «малыш»?

— Нет.

— Тогда как?

— Не думаю, что тебе нужно это знать.

— Нужно. Говори.

— Просто по имени. Сэнди или что-то в этом роде.

— Ты также говорил ей, что она красивая?

— Блять, Гарет. Ты сходишь с ума, — я выезжаю со стоянки. — Я уже в пути.

— Говорил? — звук по ту сторону динамика звучит снова, громче, более неуравновешенный.

— Нет, не говорил.

— Откуда мне знать, что ты не врешь?

— Не знаю, как ответить на этот вопрос, если ты отказываешься мне верить.

— Хм. Верно. Ты же лжец.

— Послушай, Гарет. Мне нужно, чтобы ты сказал мне, откуда у тебя эта информация.

— У меня был на тебя частный детектив. В течение нескольких месяцев, — признается он. — Но и она мне врала. Она рассказала мне об Изабель, Лене, Хадиль и Софии, но не о Кассандре. Не о самом важном. О женщине, на которой ты женился и выглядел счастливым. Держал ее за руку, идя к алтарю и целуя ее. Ты все время улыбался.

Видео?

Как, черт возьми, он получил видео?

Грант? Блять. Если он знает о существовании Гарета, разве он не придет за ним?

Я еду на сверхзвуковой скорости, проскальзывая между пробками. Гарет реагирует на это не так, как нормальный человек. Потому что он не нормальный. Другие люди не стали бы так сильно переживать из-за мертвой жены, но он одержим.

Он позволяет своей природе взять верх, как будто она реальный человек, стоящий прямо перед ним.

— Как долго ты был женат на ней? — спрашивает он тем же отстраненным голосом.

— Два года.

— Как долго вы были вместе?

— В общей сложности два с половиной года.

— Дети?

— Нет.

— Почему нет?

— Она не хотела детей.

— И ты послушал ее?

— Да. Я тоже не особо их хочу.

— Вау. Ты слушался ее. Ты, наверное, действительно любил ее. Вы хорошо смотрелись вместе. Идеальная пара. Как говорится: создана на небесах. Держу пари, вам все завидовали.

— Гарет. Ты себя накручиваешь. Успокойся и перестань сходить с ума. Дыши. Сосчитай до десяти. Пойди поупражняйся в стрельбе из лука. Просто прекрати эти нелогичные мысли. Я скоро буду, ладно, малыш?

— Не называй меня так! — кричит он, и его хриплый голос наполняет машину. — Я не твой гребаный малыш!

Он вешает трубку, и я ругаюсь себе под нос, затем снова набираю его номер, но он не отвечает.

Блять!

Я вдыхаю и выдыхаю так громко, что мне кажется, я выплюнул свои легкие.

Если он так плохо реагирует на Кассандру, то может и вправду навредить себе, если все остальное вылезет наружу.

Господи, черт возьми.

Мне нужно как-то перенаправить эту энергию, как я делал последние несколько месяцев. Сексом, шахматами или лаской, которой он так жаждет.

Это успокаивает его больше, чем стрельба из лука. Он больше не носит с собой электрошокер, но у него всегда есть нож, пристегнутый к икре или в машине. Всегда. Он перестал использовать его против меня, но он всегда при нем.

Постоянное напоминание о его собственных демонах.

Мой телефон вибрирует, и я вздрагиваю, прежде чем увидеть имя главы моей службы безопасности, Симоны.

Я бы проигнорировал ее, если бы не это чертово происшествие, которое только что произошло.

— Симона, с какой стати Гарет получил чертово видео с моей свадьбы?

— Не знаю, сэр. Он написал мне, чтобы узнать, почему я солгала ему, и я позвонила тебе. Что мне ответить?

Все это время Симона была Надин – частным детективом Гарета. Я знал, что он будет копать под меня, чтобы найти информацию, поэтому мне нужно было контролировать, что он сможет и не сможет узнать, так что Симона притворялась частным детективом.

Как бывший морской котик и первоклассный руководитель службы безопасности, она абсолютно ненавидит эту миссию.

Она не говорила мне об этом вслух, но постоянно жаловалась Джетро, моему заместителю, который, в свою очередь, не переставал капать мне на мозги.

Как и моим мамам, Симоне стало неудобно врать Гарету, но я ее начальник, поэтому она делает то, о чем я прошу, в том числе дает ему только ту информацию, которую я одобряю.

— Не отвечай, — говорю я. — Скажи Джетро, чтобы он взломал его телефон и отследил, кто отправил ему это видео.

— Хорошо, — она делает паузу. — Кроме того, босс, тебе нужно вернуться как можно скорее. Я получила информацию, что Грант отправит за тобой людей. Я организую тебе трансфер.

— Пока нет. Я перезвоню через некоторое время.

Последнее, что мне нужно, это мой чертов брат.

Я резко останавливаю машину перед зданием и спешу к квартире, проклиная лифт за то, что он слишком долго едет.