— Возможно, в один прекрасный день. А как проходит твой вечер?

— Этот взрыв был из-за тебя? — спрашивает она.

— Это из-за тебя стреляли? — Спрашиваю я в ответ.

— Похоже, ты бредишь — спрашивает она. Пауза для продолжения стрельбы — Тебе больно?

— Призраки пытались меня съесть. Сергей пытался меня взорвать. Бывало и лучше.

— На каком ты этаже?

— Четвертый. Поднимайся, мы немного посмеемся. Сергей и его сестра где-то здесь. Может быть, мы сможем сходить на двойное свидание. Выпьем молочных коктейлей, а потом перекусим.

— Господи, ты в плохой форме. О чем, черт возьми, ты думал?

— В то время это казалось хорошей идеей?

— Ты такая заноза в заднице — говорит она.

— Это часть моего обаяния.

— Конечно, продолжай убеждать себя в этом.

Стена передо мной мерцает, светится голубым. Я слишком медлителен, и прежде чем успеваю среагировать, Сергей, одетый в форму русского гангстера, выходит из стены с здоровенным "Дезерт Игл" в руке.

И он стреляет в меня.

Глава 20

Магия в моих татуировках делает все возможное, чтобы защитить меня, и я вижу ослепительную вспышку света и жара, когда заклинания высасывают энергию из пули, прежде чем она попадает в меня. Но чертова большая пуля есть чертова большая пуля, и она проделывает дыру прямо в моем животе. Это происходит так быстро и так интенсивно, что мне требуется секунда, чтобы осознать, что произошло. Ноги подкашиваются, телефон выпадает из моей руки.

Сестра Сергея выходит из-за стены позади него. её шаги неуверенные, глаза широко раскрыты, как будто она не уверена в том, что происходит. Она выглядывает из-за его плеча, как испуганный питомец, и мне приходит в голову, что, возможно, она на самом деле не понимает, что происходит. По сравнению с ним она крошечная. Может быть, рост около пяти футов шести дюймов, но замкнутая в себе, она казалась карликом не только из-за роста Сергея, но и из-за его характера. В поезде она показалась мне сумасшедшей. Живя в тени такого брата, как он, я могу понять почему.

— Братан — говорит Сергей, наклоняясь и заглядывая мне в лицо.

Мне трудно расслышать его из-за звона в ушах. До меня доходит, что я впервые слышу, как он говорит. В то время как голос Кеттлмена чистый и бодрый, Сергей говорит по-английски как на втором языке, его русский акцент густой, как холодная патока. Улыбка прорезает его лицо, как трещина в земле, обнажая три золотых зуба с левой стороны. На нем мешковатая футболка и спортивные штаны. Наверное, он устал от того, что его тело то уменьшается, то растет, а одежда на него не держится. Я прижимаю руку к животу, чтобы удержать внутренности на месте. Первоначальный шок начинает проходить, и боль отступает.

— Сергей, дружище — говорю я сквозь стиснутые зубы — Я искал тебя.

— И вот я здесь — говорит он — Рад, что ты не умер, брат. Все еще хочу твою кожу.

— Тогда, наверное, не стоило делать в ней дырку.

Он смеется.

— Я исправлю это, как только заберу ее.

— Ты заберешь ее? Я думал, это достанется твоей младшей сестре. Из-за нее я чуть не угодил под поезд.

Он хмурится, и выражение его лица становится похожим на камнепад. Он поворачивается к ней.

— Это правда?

— Что, ты не знал? — Я говорю — О, чувак, это было эпично. Она убила, сколько, двадцать, тридцать человек в том поезде? Еще? Кстати, как тебе удалось сбежать?

— Что это? — спрашивает он — Что это за история с поездом?

Она отшатывается от него, как от огня.

— Я видела его. Когда была у бара. Именно таким, каким ты его описал. А нож был в машине. Поэтому я последовала за ним. Он сел на поезд, и я последовала за ним.

Она выпрямляется во весь рост, и это все равно, что наблюдать за сердитым цветком, бросающим вызов солнцу.

Он дает ей пощечину тыльной стороной ладони, и хруст, от которого ломаются кости, эхом разносится по коридору. Она снова уходит в себя, но это длится всего мгновение, прежде чем она снова оказывается перед ним, и на её лице расплывается кровоподтек.

— Ты обещал мне — кричит Катя — Ты обещал мне кожу.

— Когда я закончу. Не раньше. Я же тебе говорил.

— Когда ты закончишь. Всегда, когда ты закончишь. Когда это будет? У тебя были недели, и только сейчас ты пошевелился.

— Скоро у меня будет клетка, и я покончу с этим. Так что заткнитесь и дайте мне это сделать.

Они начинают кричать друг на друга по-русски. Я понятия не имею, что они говорят, но ничего хорошего из этого не выйдет.

Я теряю много крови, у меня кружится голова, и, черт возьми, это больно. Возможно, именно поэтому мне потребовалось столько времени, чтобы понять, что Сергей это Сергей. На нем нет Кеттлмена.

Он не может произносить заклинания.

У меня осталось не так много сил, но их достаточно. Я преодолеваю боль, сосредотачиваю свою волю и посылаю молнию, которая заполняет коридор. Взрыв поражает их обоих, но Сергей быстр. В тот момент, когда мое заклинание срабатывает, он снова становится Кеттлменом, воздвигающим щит, который защищает его от худшего. Это сильно прижимает его к стене, но не сбивает с ног. Катя, с другой стороны, принимает на себя основной удар. Она падает на пол, содрогаясь от напряжения.

Сергей произносит собственное заклинание, и у меня перехватывает горло, когда воздух сжимается вокруг моей шеи. Он поднимает меня, мои ноги болтаются в нескольких дюймах от пола. Я не могу дышать, истекаю кровью, а голова, кажется, вот-вот оторвется от шеи. У меня начинает темнеть в глазах. Я не уверен, что убьет меня быстрее: потеря крови или удушье.

— Это было очень глупо, мистер Картер — говорит Сергей четким, отрывистым голосом ученого Кеттлмена. Он смотрит на свою сестру, лежащую на земле. Она перестала биться в конвульсиях, но я сомневаюсь, что она мертва. Давление на моем горле ослабевает, и я снова могу дышать. Я с громким хрипом втягиваю воздух.

— Я надеялся, что смогу просто снять с тебя кожу без лишних слов — говорит он — Не то чтобы мне это было нужно. Может, мне стоит просто убить тебя. Что ты об этом думаешь?

— Как ты собираешься попасть в Миктлан без этого? Таков твой план, верно? Используй мои связи с Санта-Муэрте, чтобы попасть туда? Она шептала тебе на ухо, говорила, что делать, и тебе это надоело? Примерно так?

— Отлично сработано — говорит он — Она или кто-то похожий на нее. Мне не нравится, когда из меня делают марионетку.

— Больше похож на кукловода?

— Вполне. Таков был план, да. Но если я заберу твою кожу, это не будет в моей власти, не так ли? Это все равно, что надеть костюм. Вот и все, что у тебя есть. Костюмы. На самом деле они, это не я. Но представь, что я могу убить бога. Я мог бы захватить весь Миктлан.

— Ты идиот. Ты когда-нибудь задумывался, почему Кеттлмен до сих пор не попробовал что-то подобное?

— Потому что он был слаб — говорит он.

— Потому что он не был глуп. Да, ты можешь знать то, что знал он, но это не сделало тебя умнее. Это только еще больше запутало тебя. Ты как образованная обезьяна.

— Я и не ожидал, что ты поймешь — говорит он — Ты уже выбросил подарки, которые преподнес тебе Санта Муэрте. Не думаю, что хочу, чтобы твоя порочная точка зрения была у меня в голове. И как только у меня будет клетка из черного дерева, у меня будет более чем достаточно сил, чтобы пробиться к Миктлану. Ты мне совсем не нужен.

— По крайней мере, ты должен продержать меня здесь еще немного — говорю я.

— Ой? Почему это?

— Хранилище заперто — Я начинаю путаться в словах — Защищено. Возможно, тебе удастся проникнуть внутрь, но ты разрушишь клетку, если это сделаешь.

— Понятно. Полагаю, ключ у тебе есть?

— Прямо здесь, в моем кармане, черт возьми. Мы можем вернуться к тому, что было до того, как я сказал , где ключ?

— Потеря крови вам не к лицу, мистер Картер. Будьте добры, дайте мне ключ” Он подходит ближе и протягивает руку. Я лезу в карман. Конечно, у меня нет ключа. Но у меня есть этот взрывающийся шарик, который Габриэла подарила мне в своем отеле.