— Видите, князь Ярист, — начала Ветана громко и отчётливо, обращаясь одновременно и к нему, и к своим сторонникам, — мои подданные готовы сражаться за меня и свою землю. Это доказывает, что они признают право Кощея на власть. Хотите оспорить волю народа? Пусть решает меч, коль ум и разум бессильны убедить вас оставить претензии на чужое добро.

Её речь вызвала одобрение толпы, и даже некоторые солдаты князя Яриста начали колебаться, глядя на уверенную женщину и её верных сторонников. Атмосфера накалилась до предела, воздух буквально искрил от напряжения.

— Послушаем вас, женщина, — процедил князь сквозь зубы, явно раздражённый её смелостью и поддержкой местных жителей. — Но помните, вы играете с огнём, отказываясь признать превосходство старшего и опытного лидера. Последствия вашего выбора будут зависеть исключительно от вас самих.

Ветана победоносно улыбнулась, прекрасно осознавая, какую важную роль играет поддержка окружающих. Глядя на растерянных воинов противника, она вновь обратилась к ним:

— Народ поддерживает меня, потому что видит справедливость моих действий. Ваша армия сильна, но моя вера и поддержка моего народа сильнее любого оружия. Мой супруг Итар не позволит врагу уйти безнаказанно. Покажите миру истинное лицо тех, кто пытается захватить чужое имущество силой, а не добром и уважением закона.

Князь Ярист тяжело вздохнул, понимая, что проиграл первый раунд битвы. Он знал, что покорять крепость силой будет непросто, ведь защита подготовлена и полна решимости стоять до конца. Осталось лишь одно — попытаться договориться миром, сохранив лицо и избежав кровопролития.

Ярист решил отступить от стен и устроил свой отряд вдали от княдества, но так, чтобы в любой момент приступить к нападению.

Ветана посмотрела на чучела в тёмных отрезах погребальных тканей, на небольшую группу стариков, женщин и детей, которые стучали железными подковами, дули в горшки, делая голоса более грубыми и низкими. Это была хитрость, которая удалась благодаря солнцу и смекалке. Но Ярист был совсем близко и на долго обманки не хватит.

— Приступим к следующему этапу, — Ветана слезла со стены и начала приготовления. А в её голове была лишь одна мысль: «Итар, возвращайся быстрее!»

Солнце так быстро ползло по горизонту, что я не успевала сделать и половины того, что задумано. Пока чучела на крепостной стене отпугивают Яриста, я работала лопатой. Это было единственное, что могла сотворить. В этом мире, мои знания крутились вокруг смекалки и экстремальных явлений. Но я прекрасно понимала, что мне просто повезло. Слишком удачно солнце слепит воинов, которые стоят внизу, слишком удачно в городке после побега жителей осталось достаточно соломы и погребальной ткани. Теперь мне просто повезло в том, что город стоит на берегу реки и у меня есть доступ к единственной воде во всей округе. Поэтому мы копаем. Все копают: дети, женщины, старики. По правую руку от меня стирает пот Демьян, по левую руку пыхтит Задора, Милолика таскает землю, Захар с Ирис таскают доски, Клавдия помогает вбивать колья. Никто не спросил, зачем и не выступил против моего приказа. Они верят в меня, даже когда я сама в себя не верю. Я не инженер, но принцип каналов помню. Надеюсь, помню правильно и по делу.

Не знаю, но откуда-то я уверена, что и с водой мне повезёт. Не зря я потомок Ситиврата — бога дождя и рек. Нужно отблагодарить предка за помощь. Глупая мысль для современной женщины? Но в этом мире боги активно участвуют в жизни простых людей. Надеюсь, после моих подношений прапрадедушка не отвернётся от меня.

В лагере Яриста поднялся гул. Князь, до этого рассматривающий схему нападения, недовольно рыкнул и вышел к своим воинам.

Лоботрясы недовольно посматривали на командира и со страхом смотрели на стены крепости. Как только Ярист подходил, гул смолкал. Поняв, что ему никто и ничего не скажет, князь поймал за плечо одного из воинов и строго спросил:

— Что происходит?

Вояка нервно икнул и выдал несусветную чушь:

— Мы тронули сироту Ветану, дочь бога воды, боги гневаются.

— Что за чепуха? — разъярился величественный и непобедимый князь. Он ждал разумного ответа и правдоподобных слов, а ему про гнев богов за какую-то девчонку говорят. — С чего ты это взял?

— Вода убывает, князь, — нервно тявкнул пойманный воин и с опаской посмотрел в сторону реки, пойму которой занял отряд.

Ярист пошёл вперёд, рассматривая то, что испугало его отряд. Широкое устье реки, в которой можно было даже искупаться, сейчас выглядело, как небольшой ручей. В несколько шагов его можно пересечь. От широкой реки по берегам осталась осока, мокрая грязь и рыба, которая прыгала, стремясь достичь воды, раньше, чем умрёт.

Ярист замер, не веря своим глазам. Ещё вчера река была полноводной — такой, что переправа без лодок казалась немыслимой. А теперь… Князь прищурился, вглядываясь в холм с замком. Там ничего не было видно, но нехорошее подозрение закралось в душу князя. Во всём виновата эта Ветана и её народ. Не может вода так просто исчезнуть.

— Что они делают? — процедил он сквозь зубы, обращаясь скорее к себе, чем к воинам.

Один из приближённых, седовласый воевода со шрамом через всю щёку, осторожно ответил:

— Похоже, они отвели воду, князь. Прорыли каналы в сторону города, а может, и дальше — в овраги или старые русла. Теперь река мелеет, а у них — запас влаги.

Ярист сжал кулаки. В голове застучали молоты ярости и досады. Он привык к тому, что победа зависит от силы оружия, хитрости осадных машин и дисциплины войска. Но чтобы враг победил… водой?

— Глупость! — рявкнул он. — Река не может иссякнуть за день! Это колдовство!

Воины переглянулись. Кто-то осмелился прошептать:

— Или воля богов… Ветана — её имя шепчут даже камни. Говорят, она не просто сирота — она кровь Ситиврата, бога рек и дождей.

Князь резко обернулся к говорившему, глаза его сверкнули яростью:

— Замолчи! Никаких богов! Есть только воля князя и сталь мечей!

Но в глубине души он почувствовал холодок сомнения. Вода действительно убывала на глазах. Рыба, выброшенная на берег, билась в грязи, а осока, ещё утром скрытая под водой, теперь торчала, как щетина на спине зверя.

В это время на стене крепости появилась фигура. Тонкая, невысокая, с перепачканным землёй лицом и волосами, собранными в неаккуратный узел. Это была она — Ветана. Она подняла руку, словно приветствуя врага, а затем указала вниз, на обмелевшую реку.

Ярист стиснул зубы. Он понял: она не просто копала землю. Она переиграла его.

— Поднять осадные лестницы! — приказал князь. — Пока они не прорыли ещё что-нибудь, возьмём стену штурмом!

Воины зашевелились, но в их движениях читалась нерешительность. Кто-то перекрестился, шепча молитву Ситиврату. Другие оглядывались на реку, будто ожидая, что вода вот-вот вернётся и накажет их за непослушание.

Ветана на стене улыбнулась — едва заметно, но так, что Ярист это заметил. Она знала: время работает на неё. Пока воины мешкают, пока страх перед богами и хитростью смешивается в их головах, — её люди успеют доделать то, что задумано.

«Ещё немного, — подумала она, глядя на суету в лагере врага. — Ещё немного, и вода станет нашим щитом, а каналы — ловушкой».

Она повернулась к Демьяну и Задоре:

— Ускоряемся. Последний рывок — и русло будет готово. Пусть попробуют идти в атаку по болоту.

Демьян вытер пот со лба и усмехнулся:

— А ты точно кровь Ситиврата. Даже я начал в это верить.

Ветана лишь покачала головой, но в глазах её блеснуло что-то, напоминающее гордость. Она не знала, поможет ли ей предок по-настоящему, но сейчас её смекалка и труд людей работали лучше любого чуда.

Но Яриста это не останавливало. Пока девчонка не уничтожила весь настрой войнов, её нужно убить и показать алую человеческую кровь. Она не богиня, а в её дилах не вода Ситиврата. Ветана обычная сирота без дома, которая обманом захватила власть и идёт против законов. Таких, как она надо учить палкой и цепями.