Отец нахмурился, плечи напряглись.

— К чему ты клонишь?

— К тому, что в Цитадели — в самом сердце нашей святыни — сидит тот, кто давно поставил себя выше короны. Тот, кто наложил проклятие на род Арианны, чтобы манипулировать нами. И там же открывают путь в Глубинную Изнанку. В Морхейм.

Отец обернулся, на лбу у него образовалась хмурая складка.

— Это невозможно. Морхейм запечатали сотни лет назад. Тьма должна давно была быть выжжена!

— Должна. Но она жива, отец. Я видел ее. Чувствовал всем телом и разумом, — я горько усмехнулся, вспоминая ту безнадежность, что веяла от разлома. — И я думаю, что именно тот, кто там находится, иссушает магию из нашего Источника.

— Это… очень сильное заявление, сын, — хмуро сказал отец и вновь посмотрел в окно. — Я верю тебе, иначе и быть не может. К тому же я видел разлом и ваш переход своими глазами. Но одному нашему слову поверят далеко не все. Морхейм многие воспринимают как легенду, страшилку для детей, сильно приукрашенное прошлое.

— Именно поэтому на встречу со старейшинами мы пригласим и Арианну, и Лиру. Если Ари… очнется, — добавил я глухо. — От них теперь за версту фонит теневой магией.

Отец кивнул, прекрасно понимая моё состояние. Некоторое время мы сидели в тишине, обдумывая дальнейшие действия. Я вспоминал свой полет в Риольд и… спуск в подвалы дворца.

— Знаешь, отец, — задумчиво сказал я, глядя в одну точку, — я чувствовал ту же самую тьму во дворце Риольда. Там был тупик, глухая каменная кладка в подвале. Для человека — конец пути. Но когда я приложил руку к камню, я почувствовал пустоту. Не холод камня, а именно Тьму, искажение пространства. Там лабиринт, отец. Древний, построенный еще до основания столицы Риольда. И он идентичен тому, что я почуял в Цитадели.

Отец нахмурился еще сильнее, его взгляд стал колючим, пронизывающим.

— Ты думаешь, что это коридор?

— Вполне возможно. И он связывает Риольд с Цитаделью не просто так.

Я зло усмехнулся, когда догадка всплыла в голове, складываясь в единую картину.

— Род Аргонских связан с магией драконов, а сама Арианна — носительница древней крови, мы это уже поняли. Та, кто, по преданию, должна возродить Источник. И с ней связано слишком много совпадений, не находишь? Гибель её родителей, заблокированная магия, о которой она ничего не помнит, кроме одного смутного воспоминания, стёртые упоминания брата короля. И это далеко не полный список.

Отец кивнул.

— Да, совпадений действительно много.

— Это идеальный план: лишить нас магии и подсунуть «спасение» ценой жизни истинных, — я снова зло усмехнулся. — Пора заканчивать эту безнаказанность. В этот раз они перешли все мыслимые и немыслимые границы. Завтра мы с Кайденом идем в Цитадель. Мы вывернем её наизнанку, найдем каждую потайную дверь и выбьем этот проход, где бы он ни находился.

— Ты с ума сошел⁈ — взревел отец. Его голос, наконец, обрел прежнюю королевскую мощь, заставив пламя свечей на столе лечь на бок. — Ты наследник престола! Ты не можешь просто ворваться в Цитадель и напасть! Нам нужно всё обдумать, собрать Совет, запросить отчеты у Варрика…

— Пока мы будем думать и собирать Советы, эта тварь из тьмы наберется сил и нападет! — я тоже встал, став с отцом наравне. — Он уже выпил практически всю магию у Арианны! Ты видел её волосы? Это не просто цвет — это метка Морхейма! Весь род Аргонских связан с этой гадостью! Морхейм много веков питался их магией, их силой и сейчас практически полностью выпил их из Арианны! Мы должны понять, где открывается этот вход во тьму. Это не просто временная щель, которую открыл шаман. Существует физический коридор, проход, связывающий наши королевства через изнанку. Прямой путь. И я уверен — он ведет в Цитадель. А Варрик… — я зло усмехнулся. — Именно он и помогает тому злу в нашем мире. Я уверен в этом. Он проводник между Морхеймом и нами.

Мы стояли друг против друга, два дракона, готовых к схватке. Отец замолчал, его гнев сменился мрачной, тяжелой решимостью. Он понял, что я не отступлю.

— Варрик… А ведь он ближе всех к королевской семье, — проговорил отец зло. — Ты прав. Если Цитадель пала, значит, мы в кольце. Но это слишком опасно для тебя одного. Мы пойдем вместе. Я соберу гвардию, мы заблокируем выходы…

— Нет, — твердо перебил я его. — Гвардия только спугнет крыс. Они затаятся в стенах, и мы никогда их оттуда не выкурим. У меня есть другой план. Мы сделаем вид, что ничего не произошло, что Арианна не ходила на Теневую сторону и просто осталась во дворце. Мы усыпим их бдительность. Нам нужно…

Договорить я не успел. В дверь постучали — поспешно, почти испуганно. И, не дожидаясь ответа, вошел дворецкий, бледный, как полотно.

— Ваше Величество… Принц Эргон… — он запнулся, переводя дыхание. — Леди Арианна очнулась.

Мир вокруг меня перестал существовать. Все планы и заговоры мгновенно отошли на второй план. Я сорвался с места, едва не сбив слугу с ног. Бежал по коридорам, а в мыслях набатом гремела только одна мысль: только бы она была прежней. Только бы улыбнулась мне своей наивной, но решительной улыбкой.

Я бежал к своей Арианне — единственному свету, который еще мог разогнать наступающую тьму.

Арианна

Шум в ушах не прекращался. Он напоминал отдаленный гул бушующего океана или шелест сотен невидимых крыльев, бьющихся о тонкое стекло. Голова казалась неестественно тяжелой и пустой одновременно, будто кто-то выпил из меня всю жизненную энергию, оставив лишь хрупкую оболочку.

Даже не открывая глаз, я кожей чувствовала — в комнате слишком много людей. Воздух был переполнен запахами: горькие припарки, резкий аромат чьих-то духов и тяжелый, землистый дух жженых трав. И голоса… Они доносились как из-под толщи воды — неразборчивые, тревожные, спорящие. Кто-то плакал. Тонкие, прерывистые всхлипы заставили мое сознание содрогнуться.

Это Тиана? Почему она плачет? Неужели… ничего не получилось?

Память вернулась внезапно, словно хлестнув магическим пульсаром прямо по вискам. Лира! Картинки серого тумана и липкого, вытягивающего душу холода всплыли перед глазами. Я же ходила туда! Добровольно шагнула в ту щель между мирами, чтобы найти свою лисичку.

Сердце испуганно ёкнуло. Я вспомнила, как звала её, как мои пальцы в отчаянии хватали пустоту, как я чувствовала её присутствие совсем рядом, но какая-то неведомая сила, похожая на живую, липкую паутину, не давала нам встретиться. Я так и не нашла её там. Неужели всё было зря?

— Лира… — прохрипела я едва слышно и заставила себя открыть глаза. Свет больно ударил по зрачкам. Мир качнулся, но я успела заметить движение у кровати. Ко мне тут же подались все: шаман с его пугающими желтыми глазами, трое целителей в белых мантиях и Тиана — её лицо было опухшим от слез.

Чуть поодаль, прислонившись к стене, стоял незнакомый мне высокий мужчина с длинными, черно-красными волосами и в боевой одежде. Он молчал, но взгляд был таким тяжелым и пронизывающим, будто он пытался прочесть мои мысли и найти в них следы Тьмы. А вдалеке, у самого окна, застыла королева — бледная, но непоколебимо спокойная. Однако всё это мгновенно стало неважным, когда прямо мне на грудь, едва не выбив остатки воздуха из легких, запрыгнул белоснежный пушистый комок.

— Лира! — я вскрикнула, и мой голос, наконец, обрел хоть какую-то силу.

Я вцепилась в свою лисичку, зарываясь лицом в её мягкую шерстку. Она была теплой. Живой! Она нашлась! Нашлась… Значит, все было не зря. Я заплакала навзрыд, повторяя её имя как заклинание, а Лира в ответ вылизывала мои щеки, слизывая соленые дорожки. Её голос зазвенел в моей голове — быстрый, радостный, захлебывающийся от эмоций:

«Ари! Глупая ты моя девочка. Все хорошо, слышишь? Мы дома. Ну? Ну, перестань так хлюпать носом, а то я скоро вся промокну, и хвост станет похож на облезлую мочалку. Ты меня спасла! Ты и этот твой огромный, злющий, чешуйчатый дракон с очень скверным характером тоже нас спас, но уже двоих».