– Да, – честно призналась я. – Я один раз шла из школы домой. Вечером после дискотеки. За мной пошли двое незнакомых парней. Они свистели мне вслед. Потом погнались. Я жутко испугалась тогда. Забежала в подъезд жилого дома. Потом в лифт. На мое счастье, лифт застрял, и я всю ночь в нем просидела. Наверное, после этого мне всегда было страшно. Не знаю… Просто хотелось, чтобы это случилось с человеком, которому я буду доверять.

– Да уж, – Роберта, кажется, нисколько не задела моя история, а напротив даже добавила раздражения.

Я замолчала, чувствуя, что вызываю неприязнь у этого мужчины. Но при этом я не понимала почему он тогда хочет продолжить знакомство.

Тем временем он расплатился с официантом и притянул меня к себе, чтобы поднять.

– Нет! – я снова занервничала. – Я сама. Мне правда почти не больно. Пожалуйста.

Мне не хотелось в очередной раз увидеть раздражение на лице Роберта.

– Хорошо, – согласился он и помог мне встать.

Крепко обняв меня за талию, она повел меня к выходу, а я старалась как можно меньше касаться этого мужчины.

– Можно задать вам вопрос? – робко спросила я.

– Можно, – снисходительно ответил он.

– Что вы от меня хотите? – тихо спросила я. – Что я должна сделать, чтобы…

– Отделаться от меня? – усмехнулся Роберт. – Не в твоих интересах от меня отделаться. И это ты должна всеми силами стараться продлить наше знакомство. Но я не тороплю тебя. Я хочу, чтобы ты сама к этому пришла. Своими мозгами и наблюдениями.

У меня мороз прошелся по позвоночнику. Ответ Роберта навел на меня тревогу. Я задумалась над этим, перестала контролировать свои движения и в какой-то момент наступила на декоративный камень, из которого была выложена клумба.

Камень на мгновенье впился мне в тонкую резиновую подошву кед, и причинил боль.

Зажмурившись, я остановилась, и вся сжалась от новой порции боли.

– Так и знал, что с тобой что-нибудь случится, – проворчал Роберт и подхватил меня на руки.

Мне же было так больно, что я прижалась лбом к шее мужчины, стараясь сдержаться и не издать ни звука.

Роберт тем временем донес меня до своей машины, усадил на заднее сиденье и позволил вытянуть ногу.

– Посмотрим? – спросил он. – Или дотерпишь до дома? Лучше дотерпеть – освещение тут не очень.

– Дотерплю, – кивнула я, хотя чувствовала, что мой носочек в обуви стал мокрым.

Наверное, ранка все-таки вскрылась.

Когда Роберт сел на свое место и повел машину, я опустила ногу вниз, боясь испачкать сиденье.

Всю дорогу мы проделали молча. Роберт явно сердился на мое упрямство, беспечность и зажатость. Он был мной недоволен.

Тем временем мы въехали на территорию элитного поселка и поехали по идеально ровной дороге между рядами роскошных участков. Я замерла при виде всего этого богатства. Почему-то я не могла себе представить, что Роберт живет в таком престижном месте.

Да, конечно, он явно очень богат, при чем я была уверена что он уже вырос в богатой семье, но все равно я думала что Роберт живет куда скромнее. Ведь он обеспечивает Олю и свою бывшую жену. И потом, при разводе Олина мать наверняка оттяпала половину нажитого имущества. Так почему Оля с мамой живут хоть и в роскошной, но в квартире, а Роберт в частном доме в элитном поселке?

Пока я думала над этим Роберт подъехал к воротам своего дома, открыл пультом автоматические ворота и въехал внутрь.

Черно-белый двухэтажный дом выделялся своей строгостью и минимализмом, идеальные геометрические клумбы и лужайки так же отличались остротой форм. Сам дизайн повсюду кричал, что хозяин дома весьма жесткий, резкий и колкий мужчина. Когда Роберт понес меня внутрь, я инстинктивно прижалась к нему, так как почувствовала себя небезопасно в таком окружении.

Вдобавок ко всему навстречу к Роберту выбежали две огромные собаки, ростом, наверное, мне по пояс. Я никогда в жизни не видела таких огромных собак.

Да их седлать можно и скакать вокруг дома!

Однако Роберт приветливо улыбнулся им, а стайка лучистых морщинок разлетелись из уголков его глаз.

Роберт все дальше уносил меня от свободы, и теперь я понимала что не только не смогу сбежать от него своими ногами, но меня как минимум сожрут эти две зверюги, едва я останусь без защиты Роберта.

Так что назад пути для меня уже нет.

– Так я и знал, – проворчал Роберт, когда я сняла кед.

На моем носочке было пятно крови, а я виновато поджала ногу.

– Я… все исправлю, – разволновалась я, увидев что на белом мраморном полу остался красный отпечаток. – Сейчас вытру.

Я полезла в сумочку за влажными салфетками, но своим решением только рассердила Роберта.

– Ты в своем уме? – нахмурился он. – Полы у меня тут мыть собралась? Может сначала решить корень проблемы, нет?

Его голос отскочил эхом от стен, и я испуганно замерла на месте.

– Сейчас зашью тебя, – Роберт разулся и в очередной раз подхватил меня на руки, а я встрепенулась.

– Зашьете? – еще больше испугалась я. – Не надо. Все пройдет. Я уверена.

– Не пройдет, – Роберт хмуро нес меня дальше.

– Позвольте мне тогда поехать в больницу, – я совсем растерялась. – Я никуда от вас не сбегу, но если мне нужна медицинская помощь, то лучше обратиться к врачу…

– Ты вообще не слушала, о чем был разговор во время ужина? – он нахмурился еще больше. – Удивляюсь твоей глупости. А если бы мы говорили о том, что планируем серию убийств, ты бы тоже сидела как амёба?

Я замолчала, пытаясь вспомнить а о чем же действительно был разговор. Но, кажется, за ужином я была так погружена в свои мысли, что действительно не концентрировалась ни на чем другом.

– А о чем вы говорили? – я робко взглянула Роберту в глаза.

Он тем временем занес меня в спальню, скорее всего свою, а затем в ванную, и усадил на мраморную столешницу раковины.

– Я врач, – вкратце объяснил он. – Пластический хирург. Мы говорили о поставках нового оборудования, но не в этом суть. А в том, что я вполне могу тебе помочь.

Выходит, мои предположения оказались правдивы. Я так и думала что Роберт либо врач, либо военный. И теперь понятно откуда я него такой роскошный дом. Пластические операции в наше время – весьма прибыльный бизнес. Роберт вполне мог заработать себе на дом и после развода с Олиной матерью.

Роберт тем временем подготовил шприц с каким-то лекарством.

– Ой, может не надо? – я вся сжалась на холодной столешнице.

– Обезболивающее не надо? – удивился Роберт. – Ты так уверена в своих силах?

Мне показалось, что он так намекнул о сильной боли, которая меня ждет. На этот раз я окончательно струсила.

– Нет! – я слезла со столешницы и на секунду поморщилась от боли. – Я отказываюсь! Вы не имеете права колоть мне что-то без моего согласия! Откуда я знаю, что там? Вдруг наркотики? Виагра какая-нибудь? И даже если это обезболивающее, разве не полагается сначала сделать аллерготест?

– Надо же – у тебя мозги работают! – Роберт мгновенно усадил меня обратно. – Но во многом ты промахнулась. Если я захочу переспать с тобой, я просто сделаю это. Ты в моем доме. Никуда не сбежишь. Зачем мне тебя еще накачивать? А вот насчет аллергии ты права, я и собирался сделать тебе пробу. Так что сядь и не дергайся.

– Не надо… – пискнула я, но Роберт уже зажал мне ногу и кольнул иголкой.

– Ай! – снова пискнула я и зажмурилась. Однако я почти ничего не почувствовала. Только первую секунду укола и все.

Затем Роберт засек время на своих часах, а пока собрался еще раз промыть мне ступню.

Я вся сжалась от его прикосновений. В них было что-то странное. Я бы сказала, что у Роберта тяжелая рука. Каждое прикосновение ко мне было не сказать, что приятным и хоть немного заботливым. Но вот когда дело касалась прикосновения к травмированной части, то его пальцы становились достаточно мягкими.

Но несмотря на его заботу, я чувствовала себя как кукла на витрине. Мне было неудобно сидеть. Я не смогла слезть со столешницы, да еще и приходилось постоянно прижимать подол сарафана к бедрам, чтобы не светить перед Робертом бельем. Одного позора мне достаточно, и я усвоила урок. Теперь никакого вызывающего белья и одежды!