Встав к Роберту спиной, я застыла перед плитой. Она была сенсорная, но по ее кнопочкам я не понимала, как ее включить.

– Помочь? – Роберт вдруг оказался позади меня.

Он встал очень близко. Практически вжался в меня.

– Да, – выдохнула я и взглянула на него. – Пожалуйста.

Тогда Роберт обнял меня за талию и прижал к себе спиной, а второй рукой включил мне одну из конфорок.

– Уменьшить так, – он нажал несколько раз на кнопочку со знаком минус.

– Спасибо, – с трепетом выдохнула я, потому что рука Роберта поднялась с моей талии к груди.

– Сонечка, – протянул Роберт, пока второй рукой залез мне под футболку. – Сегодня я приглашен на одно мероприятие. Я не планировал на него идти, но так как теперь у меня есть ты… Понимаешь, да?

– Сегодня? – с долей тревоги спросила я. – Хорошо.

Мне нужно было заниматься. Я и так два дня ничего не делала по учебе. Больше отдыха я не могла себе позволить. Поэтому придется мне заниматься теперь по ночам. Вместо сна. Вот только сколько я так протяну?

– А потом я поеду домой? – с надеждой спросила я.

– Что за вопрос? – усмехнулся Роберт. – Конечно, нет. Знаешь, что я сделаю с тобой ночью, когда мы вернемся?

– Нет, – выдохнула я и закрыла глаза, когда Роберт нашел рукой мою грудь под футболкой.

– Я возьму тебя, – шепнул он, сжав мне грудь. – Доведу тебя до состояния, когда ты сама будешь льнуть ко мне. Когда твое тело будет просить моих ласк. Когда ты сама будешь тереться об мои руки, лишь бы я погладил тебя. А потом… я заставлю тебя кончить. Заставлю тебя кричать от удовольствия.

– Роберт Дмитриевич, пожалуйста… – тихо взмолилась я. – Я так опаздываю… Я не смогу сейчас больше…

– Тебя никто не спрашивает, – усмехнулся он. – Ты – моя. И твоя задача обслуживать меня.

Это грубое слово «обслуживать» вернуло меня с небес на землю. Я выдохнула весь свой трепет и печально опустила глаза.

Я никогда не думала, что дойду до такого, чтобы обслуживать мужчину. И сейчас я пока не понимала, как мне относиться к себе дальше…

Я приготовила завтрак, пока Роберт продолжал трогать мое тело, но теперь я не испытывала трепет. Я поняла, что слишком романтизирую наши отношения. Да и не отношения — это вовсе. Я нужна Роберту для интима. Мне не стоит фантазировать ничего лишнего на этот счет.

А может больше вообще ничего не стоит? Я ведь уже расплатилась с ним.

Оля не заявит на меня, но при этом продолжит меня травить вне зависимости от того буду я при этом любовницей Роберта или нет. Вряд ли он запретит ей это делать. У нее возникнут вопросы, и я уверена что Роберт предпочтет скрыть свою связь со мной.

Так зачем же мне так унижаться и продолжать «обслуживать» этого мужчину?

Нет уж. Хватит. Я наигралась и в отношения, и в эротику. Мне нужно сконцентрироваться на учебе.

– Ты чего притихла? – спросил Роберт, пока мы завтракали.

Для завтрака он усадил меня к себе на колени и не позволил вставать. Я же старалась просто поскорее поесть.

– Я боюсь не успеть ко второй паре, – ответила я.

– Хорошо, – Роберт поверил в мое беспокойство. – Но не забудь сегодня в восемь мы приглашены в одно место. Для него, я думаю, тебя стоит приодеть, поэтому я заеду за тобой в шесть. Будь готова.

Я кивнула, но теперь точно понимала что мне нужно уйти из дома к шести.

Я не желаю превратиться в «обслуживающий» персонал. Пока еще не поздно.

Наконец мы позавтракали. Я переоделась, а Роберт и вправду выдал мне справку и даже указал время посещения врача: с девяти до девяти сорока.

А еще через полчаса я приехала в универ как раз к началу второй пары.

– Извините, пожалуйста, – я торопливо вручила справку своему куратору, – у меня была запись к врачу.

Мой куратор Сергей Викторович внимательно изучил справку и принял ее.

Я же направилась на пару английской литературы, и вот уже четвёртый год подряд это был мой самый любимый предмет.

Однако едва я появилась на пороге, опоздав всего на две минуты, мой преподаватель Валентин Семенович строго оглядел меня и спросил на чистом литературном английском.

– Юная леди, надеюсь, у вас была веская причина для опоздания?

Валентин Семенович не утруждался называть кого-то по имени.

– Да, – ответила я. – У меня есть справка. Я была у врача.

– Хорошо, проходите, – разрешил он.

Когда же я поравнялась с местом Оли, которая сидела прямо у прохода, то она вдруг тихо бросила:

– Прививку от бешенства ставили?

Я постаралась даже не взглянуть на нее. Мне было не до ссор. Я вообще была неконфликтным человеком, но сейчас мне больше прежнего хотелось, чтобы меня все просто оставили в покое.

– Сегодня мы с вами начинаем разбирать бессмертное произведение Шарлотты Бронте «Джейн Эйр», – начал все тем же певучим и немного гортанным британском Валентин Семенович. – Несмотря на свою наивность и легкость, у произведения достаточно сложный слог, и нам предстоит покорпеть над анализом и интерпретацией. Но, уверяю вас, вы больше не познакомитесь с более нежным и тонким произведением, чем это! Эээ, Силантьева София, кажется, вы хотели выбрать именно это произведение для своей курсовой?

Я встала со своего места и ответила:

– Да, Валентин Семенович.

Оля презрительно хмыкнула.

– Что тут смешного Матвеева? – нахмурился он, обратившись к Оле.

– Ничего, – дерзко ответила она. – Книга про бедную сиротку, по-моему, очень подходит для Силантьевой. Ей стоит глубже покопаться в этой теме.

– Конечно, стоит, – Валентин Семенович не понял ее сарказма. – Да и вам стоит поскорее определиться с темой для курсовой.

Лекция пошла своим ходом, и я старалась не замечать Олиного фырканья. Я искренне любила Британскую литературу и потрясающий британский Валентина Семеновича.

Только к середине пары я заметила, что Иришки нет на лекции, и я забеспокоилась за нее. Где она может быть? Дома ее тоже не было. А что, если она решила продолжить гулянку вчера и все-таки нашла себе какого-то парня?

Надеюсь, что с ней все в порядке.

Дождавшись перемены, я поспешила выйти во внутренний дворик и позвонить Иришке.

Едва я набрала ее номер и сосредоточилась, как услышала шаги сзади.

– Ну что, дрянь, думала я тебе это так просто с рук спущу? – я услышала голос Оли. – А ну пойдем, поговорим.

– Я занята, – я отвернулась от нее и продолжила вслушиваться в гудки.

– Ты че, дура, еще и дерзишь мне? – бесилась она.

– Что тебе нужно?! – я сбросила вызов и резко повернулась к ней.

Я поняла, что она не даст мне поговорить по телефону, пока не получит ответы.

– Ты бросилась на меня! – Оля уже почуяла добычу и не собиралась меня отпускать. – Нанесла мне увечья. Пришло время отплатить тебе!

Она шагнула ко мне, а я с тревогой отступила назад.

– Перестань, – я продолжала отступать. – Я была на эмоциях! Как бы ты поступила на моем месте?!

– Я никогда не буду на твоем месте, – прошипела она, манерно жуя жвачку. – Таким как я не изменяют. А вот сироткам вроде тебя будут изменять всю жизнь. Ты ведь мышь. Ничтожество. Бесишь меня четыре года!

– Да что я тебе сделала?! – меня пугала эта ситуация.

Я была почти уверена, что Оля попытается отомстить мне так же физическим нападением.

– Я не трогаю тебя, а ты…

– Еще бы те меня трогала! – расхохоталась она. – Но тут не права. Ты посмела тявкнуть на меня и напасть, а я такое не прощаю.

Своим отступлением я приперла себе к стенке. Да еще и в «кармашке» двора. Сюда выходят окна только из раздевалки спортазала, а вся женская часть факультета английской филологии старательно прогуливала физру и никогда не появлялась в этом крыле. Если Оля кинется на меня, то этого даже никто не заметит.

– Оль, перестань, – попросила я, но было поздно.

Оля хотела крови и уже ничто не могло ее остановить…

– Ты мне сейчас за все ответишь! – Оля кинулась на меня.