– Ты куда? – спокойно спросил он.

Оказывается, он не спал.

Я же снова замерла, лихорадочно раздумывая как мне поступить.

– Роберт Дмитриевич, – тихо проговорила я. – Можно мне домой? Пожалуйста!

– Нельзя, – он ответил так спокойно, словно отказывал мне в каком-то пустяке.

– Но я больше не смогу, – еще тише продолжала я. – Правда, не смогу! Я не готова! А вы обещали!

– Это мне решать, когда ты будешь готова, а когда нет, – фыркнул он. – Но я не отпускаю тебя домой не поэтому.

– А почему? – осторожно спросила я.

– Потому что уже поздно, – ответил он. – Останься в моей постели и спи. Я не стану к тебе приставать.

– Но… – я снова попробовала возразить.

– Без «но», – жестко отрезал он. – К тому же надо еще твой шов понаблюдать. Мало ли абсцесс начнется.

– Шов… – я почувствовала себя неуютно и попробовала натянуть на себя одеяло, как вдруг поняла, что я совсем голая.

Вообще! На мне нет ничего!

– Роберт Дмитриевич, – снова заговорила я.

– Ну что тебе? В туалет хочешь? – недовольно спросил он.

– На мне нет одежды, – испуганно проговорила я.

– Это ты меня сейчас так соблазнить пытаешься? – усмехнулся он.

– Нет! – испугалась я. – Но… где мой сарафан?

– Я раздел тебя, – объяснил он. – В одежде спать вредно. Разве ты этого не знала?

– Пожалуйста, могу я попросить у вас футболку? – я не могла допустить такого, что буду спать всю ночь голая рядом с мужчиной. – Самую старенькую. Самую ненужную. Я не смогу так спать.

– Ладно, – Роберт самодовольно согласился. – Я дам тебе футболку.

Не зажигая свет, Роберт зашел в гардеробную, а затем вернулся оттуда с белой футболкой. А после он сам надел ее на меня, и я в ней тут же утонула.

– Все? – спросил он. – Теперь спать.

Но я не смогла лечь обратно.

– Роберт Дмитриевич, – снова тихо проговорила я.

– Ну что еще? – проворчал он. – Все-таки хочешь в туалет?

– Да, – пристыженно ответила я.

– Ладно, пойдем.

Он вновь встал и подхватил меня на руки, а я уже, кажется, смирилась со своим положением…

В следующий раз я проснулась поздним утром. Я тихо вздохнула, потихоньку пробуждаясь, и почувствовала одуряюще приятное мужское тепло.

Роберт обнимал меня тяжелыми ручищами, а я – придавленная, но согретая – тихо сопела ему в грудь.

Я была укрыта почти с головой, и вся окутана теплом и ароматом кожи мужчины.

Несмотря на то, что в любой момент Роберт мог захотеть меня, к тому же я проспала всю ночь в его объятьях в одной футболке, но мне было спокойно. Мне бы по-хорошему, быстрее встать и любыми отмазками попроситься домой, но я не спешила. Сейчас мне было так хорошо! А когда проснется Роберт, то снова начнется моя борьба за честь и достоинство.

Мне нужно еще хоть немного наполниться силами.

Однако продолжить греться в объятьях Роберта мне не удалось. Его мобильный внезапно зазвонил, и я дернулась в его руках. Затем он проснулся и потянулся за ним.

– Да, – строго ответил он.

– Папа! – услышала я голос Оли через динамики. Она так громко кричала, что ее невозможно было не услышать. – Что за фигня?! Почему ты забрал из полиции мое заявление на эту дуру?! Она ведь напала на меня, а ты…

– Во-первых, доброе утро, – строго продолжал он, – а во-вторых, не позорься. На тебе ни царапины. И вообще, ты сама виновата в этой ситуации.

– Что?! – бесилась она. – Я виновата?!

– А нечего по чужим койкам скакать, – осек ее Роберт. – Ты прекрасно знаешь мое отношение к этому Максу. Премерзкий тип. Я тебе сто раз говорил, чтобы ты с ним не связывалась. Не послушалась меня – тогда не жди, что я спущу это тебе с рук.

– Но эта курица напала на меня! – у Оли кончились аргументы.

– Я прекрасно видел это «нападение» и повторю: на тебе ни царапины. А ты прекрасно знала, что этот упырь не свободен, но все равно…

– Ты встал на ее сторону?! – снова бесилась она. – Ты?! Мой папа?

– Оля, – спокойно продолжал он. – Мой тебе совет: заканчивай орать – это раз, а дальше сходи в мою клинику к гинекологу и сдай все анализы – это два. Пока я не получу справку, что ты не подцепила никакой нечисти от этого бабуина – то мой счет перестает для тебя существовать. Я серьезно. Я сегодня же заблокирую карты и тебе, и твоей матери. На ней тоже висит ответственность за твои проступки, так что и она будет расплачиваться.

– Папа! – на этот раз я услышала ее слезы. – Ты что?! Как ты можешь?

– Справка, Оля! – холодно напомнил он. – Сделаешь и я сниму блок. Так что беги, я предупрежу Эльвиру Вениаминовну, что ты придешь через час.

Дальше я уже не смогла разобрать ее слова, так как Оля принялась громко плакать в трубку. Роберт еще раз напомнил ей про справку и завершил вызов. Я же замерла в его полу объятьях, боясь показать, что подслушивала разговор.

Я ведь не специально! Да я бы с радостью этого не услышала, но…

Теперь я убедилась, что опасность вчера действительно существовала.

Выходит, Оля заявила на меня, и если бы Роберт не забрал заявление, то ко мне бы уже пришли из полиции. Значит, он сдержал обещание и защитил меня?

– Хочешь еще поваляться? – спросил он, и я вздрогнула.

Я поняла, что этот вопрос адресовался мне. Однако я так растерялась, что решила претвориться спящей.

А что если и мне влетит за то, что я подслушивала? Этот Роберт такой строгий.

– Тебе пора, Сонечка, – он поднял мое лицо. – Я знаю, что ты не спишь. Через час мне нужно быть в клинике, лично проследить, чтобы Оля дошла до врача. Так что я отвезу тебя домой.

Я распахнула глаза и закивала.

Вот оно – мое спасение. Роберт сам избавляется от меня. Может я ему и не понравилась совсем, поэтому он решил не продолжать свои слишком настойчивые ухаживания. Но почему-то мне стало неприятно от этого. Я снова ощутила себя брошенной и использованной. Понятно, что Роберт не взял меня, но мне все равно сейчас было неприятно.

– Встретимся завтра вечером, – сообщил он. – На сегодня у меня уже есть планы, а завтра я заберу тебя в районе восьми.

Я кивнула и села на кровати. Я вовсе не была согласна на свидание с Робертом. Я сделаю все, чтобы пропустить эту встречу. Просто теперь хотелось уйти от Роберта как можно скорее.

– Да… твоя одежда… – задумался он. – Вчера я ее испортил. Надо что-то придумать.

– Я зашью, – торопливо ответила я. – Дома. Не здесь. Я не задержу вас, не волнуйтесь.

Я подсела ближе к краю кровати, чтобы слезть, но Роберт меня остановил.

– Соня, – он улыбнулся кончиком губ, – иди ко мне.

– У нас нет времени, – я испуганно сглотнула. – Вы ведь сами сказали…

Я не успела договорить так как Роберт притянул меня к себе и грубовато впился в мои губы. Я пискнула и уперлась в его плечи ладошками. Роберт резко уложил меня на спину и навис сверху, а затем уперся бедром мне в промежность. Он уперся так плотно, что я мгновенно почувствовала там напряжение, и оно перешло в низ живота.

Роберт тем временем уже проник в мой рот языком и сильнее потер бедром мою промежность.

Я задрожала. Он ведь касался моей ничем не прикрытой промежности голой ногой. Я все чувствовала и… самое страшное, что когда он потерся еще раз, то я ощутила в этом месте влагу.

– Сладкая девочка, – довольно рыкнул он, когда разорвал поцелуй. – Твое тело уже готово, так что завтра ты станешь моей.

Я молчала и даже не пыталась возразить. Пусть думает что хочет, мне главное поскорее оказаться дома!

Наконец Роберт отпустил меня – пристыженную и растерянную, и позволил одеться.

Я смогла завязать бретельку сарафана так, что он не спадал с груди. Затем я надела косуху и рваную бретельку уже было совсем не видно. А вот трусики, похоже, спасти не удастся.

Наконец Роберт вызвал мне такси и усадил.

– Это тебе, – он положил мне на колени несколько крупных купюр, – потом купишь себе новый сарафан и белье.