– Смотри на меня, Сонечка, – приказал Роберт. – Я хочу видеть каждую твою эмоцию. Не бойся, мои условия в силе: я не войду в тебя, пока ты не будешь готова. Я только поглажу тебя, и ты уже испытаешь свой первый оргазм с мужчиной.

Он снова потер мои нижние губки и теперь углубился в складочки, а у меня совсем все закружилось в голове.

Теперь у меня горело все тело, отчего все слова и прикосновения Роберта я стала воспринимать с большей чувствительностью.

Я уперлась ладошками в грудь Роберта, но сейчас, не думая что делаю, осторожно прошлась дрожащими пальцами по его коже через рубашку. Я не в первый раз касалась груди Роберта, но сейчас это было что-то другое. Тактильно я все чувствовала иначе. Я уже ничего не соображала.

– Назови меня по имени, – потребовал он, теперь выписывая круги по моим складочкам.

– Роберт… Дмитриевич… – рвано выдохнула я.

– Без отчества, – он упивался тем, какой видел меня. Казалось, ему нравятся все эмоции и действия, которые я делала. – Только по имени.

– Роберт, – снова выдохнула я и закрыла глаза в упоении.

Я вся трепетала под пальцами мужчины. Мне до сих пор было дико страшно, но я опьянела от этой смеси страха с чем-то таким тесным, тягучим и очень горячим.

– Смотри на меня, – напомнил он, – и еще раз назови мое имя.

Я взглянула на него, горя от стыда, но как в бреду снова повторила:

– Роберт.

– Скажи какой я, – он словно пытался привязать мои чувства к определенным словам, и между тем все сильнее растирал мои складочки.

– Сильный, – назвала я первое качество, с которым у меня ассоциировался Роберт.

– Хорошо, – ему понравилась моя наивность и простота.

Роберт словно решил наградить меня за мой ответ и окончательно зарылся в мои сочащиеся складочки. Между ними он нашел разбухшую кнопочку и потянул ее сначала максимально вверх, потом максимально вниз.

Я совсем обезумела от новых чувств и заметалась головой по подушке. Я чувствовала жар в груди, мне очень хотелось пить, и еще сильнее – о ужас! – достигнуть пика того удовольствия, которое доставлял мне Роберт.

Я приложила ладонь к своей полуобнаженной груди, чтобы хоть немного унять эту бурю эмоций.

– Давай лучше я, – Роберт склонился над моей грудью. – Я знаю как с тобой нужно обращаться.

Одним рывком он дернул мой сарафан за спущенную бретельку. От этого движения, сарафан окончательно оголил мне одну грудь, а бретелька оторвалась.

Я же зажмурилась от стыда, ведь на мне не было лифчика. У сарафана и без того были наполнители в лифе, так что грудь не просвечивала. Но сейчас я пожалела от том, что не ничего не надела под него.

Роберт бесстыдно оглядел мою грудь и снова сжал ее, но теперь полностью касаясь ее ладонью.

– Какой я еще? – спросил он. – Не бойся, ты можешь сказать даже грубое слово, я тебя за это не накажу.

– Наглый! – выпалила я и почувствовала, что больше не могу испытывать это напряжение. Тогда я жалобно сказала: – Я больше не могу… Пожалуйста… Все горит!

Роберт буквально пожирал каждое мое слово. Он испытал удовольствие от того, что я сказала. Сама. Без его подсказок.

– Ты бесподобна, Сонечка, – он с силой стал ударять пальцем мне в мой разбухший бугорок. – Кончай. Не стесняйся.

Я больше не могла этого вынести. Выгнувшись грудью вверх, я зажмурилась, закусила свой палец от стыда и заскулила от вылившейся из меня целой лавины чувств.

Обжигающая волна разлилась у меня внизу живота и кипящей лавой поползла по моим венам. Я окончательно потерялась в пространстве и забыла обо всем. Страх и стыд душили меня, но они мягко окутывались этим жаром и таяли в нем.

Я сжала пальчиками плечи Роберта, а через несколько секунд обессиленно уронила свои руки…

Роберт глядел на обессиленную девушку под собой и не мог насладиться ее видом.

Сказать, что ему понравилась эта девочка, особенно в тот момент, когда она кончала – ничего не сказать. Он предчувствовал, что ему понравится реакция Сони, но эта девушка не просто доставила ему удовольствие, она наполнила его эмоциями.

Эту у Роберта случалось не с каждой женщиной. Возможно, поэтому сексуальные партнерши у него так часто сменялись. В них было мало уникальности, а вот в Соне она была. И дело даже не в ее неопытности.

Он ощутил это с самого первого момента, когда Соня прижалась к нему на лестничной площадке, лишь бы он не отдал ее Максу, и во второй раз – уже у него дома, когда она испугалась его питомца. Роберт почувствовал в ней эту тонкую женскую слабость, которая его привлекала. Это была не наигранная беспомощность. Соня не строила из себя принцессу, которую все должны обслуживать. В ней было что-то неуловимое. Вроде эта девочка принимает решения, совершает какие-то действия, а все ее существо просит рядом с собой защитника.

Ей нужен тот, кто окажет ей помощь, когда она поранилась; кто спасет ее от неверно выбранного парня; кто защитит от ложных обвинений; и кто буквально за руку введет ее во взрослый мир, но при этом проследит, чтобы Соня там освоилась.

Роберт почти сразу понял, что Соне нужен не просто парень. Ей нужен мужчина постарше. Опытный, сильный и властный.

Соня мягко демонстрировала эту потребность в сильном и взрослом партнере. От Роберта не ускользнул ни один ее взгляд. Соня глядела испуганно, но вместе с тем доверчиво. Она не пыталась от него сбежать, хотя если бы ей действительно грозила опасность – она бы это сделала. Но Соня явно доверяла Роберту, и Роберту это льстило.

Да, он не был нежным и понимающим. Напротив, он был груб с женщинами и даже циничен. Но Соня пробуждала в нем не просто мужской интерес. Она пробуждала в нем защитника. И Роберту понравилось это.

Когда из всех прилагательных, она выбрала слово «сильный», Роберт для себя окончательно все понял. Он хочет быть сильным для этой девочки, и он хочет, чтобы она стала его любовницей. Робкой, застенчивой, но такой манящей. Сколько всего он сможет с ней сделать. Ведь все, что он будет делать с Соней – будет для нее впервые. Каждый секс станет незабываемым.

Она станет его любовницей, даже если Роберту поначалу придется ее принудить к этому. Он слишком сильно хочет эту малышку, и ему стоило бешенного терпения не взять сейчас эту распростертую под ним девушку.

Он до ужаса сейчас ее хотел. Ни о чем не мог думать, но все же он терпел. Понимал, что если возьмет ее прямо сейчас, то сделает очень больно. Ведь сейчас он не сможет быть нежным – слишком возбудила его девичья неопытность. То, как Соня тихо скулила, как прикусывала пальчик, как прятала лицо в его шее.

Она должна немножко отдохнуть. Отойти от первых ощущений. Роберту не хотелось оставить ей первый негативный опыт в сексе. Поэтому он готов был немного подождать.

Он слез с кровати и укрыл Соню одеялом.

– Поспи, – хитро улыбнулся. – Так просто я тебя уже не отпущу.

Роберт подошел к двери и тщательно запер ее, чтобы девушка не сбежала, а сам пошел в душ.

***

Меня разбудил собственный неясный стон.

Я была уверена, что проспала совсем немного – может быть минут двадцать, но при этом я совершенно забыла где нахожусь и при каких обстоятельствах заснула.

Я чуть повела головой и ощутила под ней что-то очень приятное и жаркое. Это же что-то жаркое было и впереди, и надо мной, и даже опоясывало мне спину.

Я вновь расслабилась, ощутив себя в полной безопасности, но вдруг вспомнила все, что со мной случилось до сна.

Открыв глаза, я замерла на месте, разглядев очертания мужчины рядом с собой. Понимая, что я сейчас лежу рядом с мужчиной, который насильно взял меня, я снова наполнилась страхом.

А вдруг сейчас последует вторая часть, и на этот раз Роберт возьмет меня по-настоящему? Хотя… он уже сделал со мной такое! Потрогал меня в таких местах! Боже, да я сама себя там еще не трогала, а тут… мужчина!

Я тихонько двинулась, желая вылезти из-под мужской руки.