— Лоренцо, пожалуйста, — плачет она, — он скоро умрёт, вам нужно помириться.

— Нет мира, мама, нигде в этом гребаном мире нет мира. Хаос — вот что здесь царит: насилие, гнев и смерть. Я не хочу возвращаться домой из чувства долга. У меня своя жизнь, свой бизнес. Я изменился, а он — нет! — Говорю я и с облегчением замечаю, что она повесила трубку первой. Весь этот разговор был слишком тяжёлым для неё и для меня.

Я звоню своему другу, который мне обязан. Я знаю, что Вито расскажет мне правду о состоянии моего отца. Я доверяю ему, ведь он один из немногих оставшихся у меня в Италии мужчин, которым я могу доверять.

— Я ждал твоего звонка, — отвечает мне Вито, и я улыбаюсь. Он хороший человек.

— Это правда? — Спрашиваю я, потому что знаю, что это не будет новостью. Они все уже узнают об этом.

— Говорят, это рак, — подтверждает Вито слова моей матери. — Тебе следует вернуться домой, чтобы не было вопросов о преемственности, — говорит он, и я понимаю, что он прав. Однако знать, что правильно, и поступать правильно — это две совершенно разные вещи.

— Если… и когда он умрёт, тогда я вернусь домой, — отвечаю я. — Этот человек подобен королеве Англии. Он никогда не умрёт просто так. Ему может быть сто лет, и он все ещё будет полон сил. — Я отрицаю это, не желая признавать, что его смерть изменит мою жизнь.

— Лоренцо, ситуация нестабильна из-за его здоровья. Подумай хорошенько. Ты должен быть здесь. — Говорит Вито.

«Нестабильно» — не самое лучшее слово, чтобы услышать его от союзника и друга.

— О чем ты говоришь? — Спрашиваю я его.

— Если тебя здесь не будет, найдутся другие, кто сочтёт тебя неподходящим. За твоей спиной будут предприниматься шаги, которые подвергнут тебя опасности.

Я перестаю ходить по кабинету и думаю о возможной атаке на меня.

— Как давно он болен? — Спрашиваю я.

— Какое-то время он не хотел тебе говорить. — Я должен был догадаться, что это было нечто большее, чем просто попытка. Это был предупредительный выстрел.

— Почему? В Чикаго на меня было совершено покушение, — признаюсь я ему. — Я только что переехал. Быстро их перехитрил.

— Каморра считает, что ты слишком увлечён другими вещами, — говорит Вито. — «Тайный клуб королей» упоминал о тебе. Много раз. Твоё отсутствие не осталось незамеченным. — Я знал это, и мой отец много раз просил меня вернуться домой. Каждый раз я упрямо и гордо отказывался. Я был больше и лучше Каморры с её менталитетом толпы.

— Я занят, — отвечаю я, — я не вернусь домой, не сейчас.

Я сам пойму, когда придёт время возвращаться.

ВАНЕССА

Когда я проснулась этим утром, ещё до восхода солнца, я увидела, что дядя Антонио уже встал и смотрит новости по телевизору. Судя по количеству кофейных чашек на столе в гостиной, он уже давно не спал.

— Чао, — говорю я, желая ему доброго утра, и, проходя мимо, убираю столько чашек, сколько могу унести.

— Чао, Несси, — отвечает он, — спасибо тебе. — Поздно или рано, не имеет значения, — пожимает плечами мой дядя, не отрывая взгляда от экрана. — Гнев мёртв. — Он был криминальным авторитетом, его не просто так прозвали Гневом, многие называли его безжалостным и непобедимым. — Если пуля не настигла его, то это сделал рак. — Он издаёт звук, похожий на плевок.

Мой дядя ненавидит мафию, банды и все эти вещи. Я была маленькой, но я знаю, что мой отец был доном, это была его жизнь. Гнев был его заклятым врагом. Я сажусь рядом с дядей и смотрю, как внизу экрана прокручивается баннер.

— Скатертью дорога, — фыркает мой дядя. Он любит пикантные новости, но я думаю, что он получает слишком большое удовольствие от смерти этого человека.

— Мне пора на работу, — говорю я ему. — Тебе нужно немного поспать, дядя. Даже если это будет на диване. Увидимся вечером после моих занятий.

Я целую его в щёку, и он улыбается мне.

— Хорошего дня, Несси, веди себя прилично.

— Я всегда веду себя прилично, дядя. — Это правда, я не помню, чтобы когда-либо в своей жизни проявляла непослушание.

— Я знаю, но в наши дни нельзя рисковать с детьми, — шутит он. — Я должен напомнить тебе об этом.

Я смеюсь и качаю головой. Может быть, у меня и не было мамы и папы, но мои тётя и дядя сделали всё возможное, чтобы у меня была хорошая жизнь. Они растили меня вдали от мафии и её страшных последствий.

Я до сих пор помню того монстра. Я никогда не забуду тот день, когда моя семья погибла. Это произошло незадолго до моего восьмого дня рождения. Такие вещи не забываются. Никакие лечение и консультации не помогут забыть, как ты лежишь рядом с мёртвыми братьями. Их кровь пропитала мою одежду, и прошло несколько часов, прежде чем кто-то пришёл на помощь. Я знаю, что после смерти моего отца во главе клана Контини встал Гнев. Но затем мы начали новую жизнь. Мои дядя и тётя были из семьи моей матери, они не были членами Каморры и ненавидели её за то, что она связалась с преступным миром.

Сейчас я увидела по телевизору имя, которое не давало мне покоя. Когда я сажусь в автобус, чтобы добраться до работы, я не могу не задаться вопросом, было ли это предначертано судьбой.

Многие люди говорили, что именно он убил мою семью, но это так и не было доказано. Я даже не уверена, что полиция проводила расследование. Это то, что мотивирует меня. Я изучаю юриспруденцию, пусть это и долгий и трудный путь для бедных людей. Однажды я добьюсь справедливости для своей семьи, чтобы отомстить за их гибель. Получение диплома станет моим первым шагом на этом пути. А пока я набираюсь опыта в офисе «Лос-Анджельские Партнёры-Юристы», который находится в Неаполе.

Я, как суслик, готова браться за любую работу, даже если она кажется не совсем подходящей. Однако мне платят достаточно, чтобы оплачивать обучение, поэтому мне позволяют подрабатывать в свободное от учёбы время.

У меня есть привилегии, такие как доступ к файлам, и я дважды была в суде, что является ценным опытом, который не получишь в университете. Этот опыт позволит мне опередить других выпускников в конце учёбы. Я почти закончила второй курс, и остался всего один семестр.

— Чао, — приветствую я швейцара в нашем здании, который пропускает меня ещё до того, как придут большинство других студентов. Я стараюсь наверстать упущенное на занятиях, приходя пораньше и иногда подрабатывая ночью. Мне нравится моя работа, даже если она не соответствует моим ожиданиям.

— Чао, Ванесса, ты сегодня прекрасно выглядишь, — говорит он.

Он такой милый и всегда дружелюбный. Я знаю, что выгляжу растрёпанной, но он достаточно добр, чтобы не расстраивать меня из-за этого.

— Спасибо, вы умеете так мило врать. Вам следовало бы стать юристом, — подмигнув, я поднимаюсь по лестнице на пятый этаж. Я хочу закончить все свои дела до начала занятий. Мне нравится приходить сюда так рано, когда в офисе царит тишина, и никто не просит меня сделать копии или налить кофе. В это время я могу полностью сосредоточиться на работе.

Некоторые сотрудники и старшие партнёры могут быть довольно грубыми по отношению к стажёрам и юридическим секретарям. Я считаю, что это пустая трата времени, поэтому стараюсь игнорировать их, насколько это возможно. Они все просто думают, что они особенные, но на самом деле это не их фирма. Она принадлежит какому-то американцу, которого здесь никто никогда не видел. Они просто винтики в механизме. На самом деле, это немного грустно, но я знаю, что нахожусь в нужном месте, чтобы узнать всё об уголовном праве, даже если эта фирма не всегда придерживается правильного подхода.

Я планирую изучить методы этой фирмы, а затем использовать их для борьбы с ними, как только получу необходимую квалификацию. Это всегда было моей целью, я не хочу представлять тех, кто использует эту фирму в своих неблаговидных делах.

— Доброе утро!

Я вздрагиваю от неожиданности, когда в офисе появляется первая из ранних пташек. Она — помощник юриста из отдела по борьбе с мошенничеством и отмыванием денег. Этот отдел занимается всеми делами, связанными с мошенничеством и преступлениями, совершаемыми «белыми воротничками».