— Что происходит? — Спрашивает отец Люсии, видя, как Вито идёт по комнате. — Лоренцо, ты знаешь, что мы поддерживаем тебя.

— Только у меня на глазах и потому, что ты хочешь, чтобы я женился на твоей дочери-шлюхе. — Я встаю. С меня хватит любезничать. — Можешь завязывать со свадебными планами. Я не собираюсь жениться ни на одной из ваших дочерей, племянниц или кузин. Мне не нужно жениться ради власти. У меня есть власть и деньги.

Я был достаточно умён, чтобы понимать, что мне нужно и то, и другое, чтобы самому встать на ноги.

— Лоренцо, — он начинает пресмыкаться, и я затыкаю ему рот.

— Твой брат называет меня мелкой рыбёшкой, подвергая сомнению мой авторитет. — Вито становится за спиной ублюдка, который думает, что может добиться большего, чем я. — Твоя дочь целыми днями шатается по клубам, как шлюха. У тебя нет денег в банке, и твой бизнес бесполезен для моих планов. — Его положение критическое, и именно поэтому он натравливал Люсию на меня. — Твоя семья мне ни к чему, но они поднимают шум. Шепчутся и строят козни. — Я подхожу к нему, съёжившемуся в кресле, и чувствую, что все взгляды устремлены на меня.

— Ты, — я указываю на его брата, — предатель. — Прежде чем я успеваю договорить, Вито выпускает ему пулю с глушителем в голову, и он, истекая кровью, падает на стол. — Кто-нибудь ещё считает меня мелкой рыбёшкой? — Спрашиваю я, возвращаясь на свой стул. — Кто-нибудь хочет разорвать этот союз? — Наступает тишина, и я выигрываю первую битву в долгой войне за заслуженное уважение. — Хорошо, тогда у меня есть дела.

Я не собираюсь оставаться и слушать, как они перешёптываются и накладывают в штаны от страха. Я выхожу из комнаты, расправив плечи и улыбаясь, и Вито следует за мной в приватный бар, где мы развлекаемся.

— Это нужно было сделать, — говорю я ему, и он кивает.

— Как ты узнал, что Элоди — твоя единственная? — Спрашиваю его, потому что у него были большие планы на неё.

— Я просто знал, — пожимает он плечами, — когда меня не было рядом, это было похоже на удар топора по моей груди.

Он прекрасно объясняет ту агонию, которую я сейчас испытываю.

— А что? — Спрашивает Вито меня с ухмылкой на лице: — Ты нашёл себе жену, которая может убить тебя во сне? — Сомневаюсь, что Ванесса хоть немного похожа на Элоди. Она полная её противоположность.

— Что-то в этом роде, — вздыхаю я. — Есть женщина, только она не знает, что я убил всю её семью и оставил её в кровати, залитой их кровью.

Глаза Вито расширяются, и он смотрит на меня, прежде чем открыть рот, чтобы заговорить:

— Лоренцо, она ещё ребёнок.

— Уже нет, — говорю я. — Она настоящая женщина, и она меня чертовски заводит и сводит с ума.

Вито кладёт руку мне на плечо, по-мужски успокаивая, что только усугубляет ситуацию.

— Ты не можешь, — говорит он, — ты ведь знаешь это, правда?

Я знаю это, но не хочу с этим мириться.

— Они говорили тебе то же самое об Элоди, не так ли? — Спрашиваю я его, и он кивает.

— Лоренцо, она не знает, кто ты, а когда узнает, то возненавидит тебя. — Он думает, что я этого ещё не знаю. — Они все хотят, чтобы ты был с Люсией. — Он указывает на закрытую дверь, откуда до сих пор никто не вышел.

— Люсия — своевольная шлюха. Я никогда не буду с ней. Ни за что на свете. Я уволил Ванессу, прогнал её и теперь чувствую, что подыхаю, — говорю я своему другу, и он качает головой.

— Я понимаю тебя, мне знакомо это чувство. — Вито заказывает ещё выпивку. — Но, кроме того, как похитить её и заставить остаться, я не думаю, что она была бы рядом с тобой, если бы помнила, кто ты такой.

— Она не помнит, но кто-нибудь в конце концов скажет ей. Я знаю, что так и будет, — чтобы причинить мне боль. Этот мир жесток к тем, кто осмеливается влюбиться.

— Так и есть, — соглашается он.

— Я изо всех сил пытаюсь поступить правильно и отпустить её, — признаюсь я. — Но она так сильно держит меня, что у меня разрывается грудная клетка. Я думаю, что люблю её.

— Ты не хуже меня знаешь, что это самое опасное, что может сделать человек из Каморры. Любовь, семья, дети — делают человека слабым. Известно, что твои враги причинят им боль ещё до того, как придут за тобой.

— Как тебе удаётся спать по ночам и не волноваться об этом? — Спрашиваю я его, и он указывает на свой пистолет. У меня такой же набор навыков, я могу убить человека за секунду. Я бы смог защитить свою семью, если бы она у меня когда-нибудь появилась.

ВАНЕССА

Семестр почти закончился, и я знаю, что мне придётся смириться с тем фактом, что я не смогу подать заявление на следующий семестр. И скорее раньше, чем позже. Я хотела пойти и посмотреть, имею ли я право на финансовую помощь, и выкраиваю время после занятий, чтобы зайти в финансовый корпус и постоять в очереди из студентов с печальным видом у стойки выдачи пособий. Университет стоит дорого, и многие, как я, на самом деле не могут позволить себе платить за обучение.

Когда называют мой номер, я сажусь в маленькой бежевой кабинке на шаткий потёртый стул.

— Номер студента, — рявкает на меня седеющий мужчина, даже не глядя в глаза. Я продиктовала ему номер, и он, прищурившись, уставился на экран.

— Я потеряла работу и хотела узнать, имею ли я право на отсрочку и небольшой отпуск, мне просто нужно найти что-то новое, тогда я смогу наверстать упущенное.

— Вы про что? — Спрашивает он меня так, словно я дура.

— Про моё обучение. Я знаю, что скоро нужно будет платить за следующий семестр, и я беспокоюсь, что не найду работу вовремя. — Я объясняю ещё раз медленнее на случай, если он вдруг тупой.

— Твоё обучение оплачено заранее, до конца всего курса. Тебе не нужна отсрочка. — Медленно говорит он мне в ответ, как будто это я теперь тупая.

— Я думаю, это ошибка, — заикаюсь я, и он поворачивает экран, чтобы я могла увидеть нулевой баланс и платёж на полную сумму. Я мгновенно прихожу в ярость, когда вижу дату. Лоренцо. Я разорвала его чек, но этот человек чертовски упрям.

— Никакой ошибки. Было пять студентов, обучение которых оплачивалось по новой стипендиальной программе. Благотворитель пожелал остаться неизвестным, — я уверена, что он, черт возьми, пожелал это. — И у вас есть бесплатная возможность получить степень. Используйте её с умом. — Он смотрит мимо меня и кричит: — Следующий.

Я потрясена, это огромные деньги. Я хотела получить удовольствие, заплатив за свой диплом сама. Никто не мог отнять этого у меня, но теперь он это сделал. Мудак.

Я выхожу из финансового отдела, топая ногами, бормоча что-то себе под нос, и случайно натыкаюсь прямо на Люсию.

— Чёрт, — бормочу я.

— Ванесса. — Она, кажется, шокирована, увидев меня в университете или вообще увидев.

— Привет. — Я не знаю, что ей сказать, всё изменилось. — Как у тебя дела? — Робко спрашиваю я, не уверенная, что она хочет со мной разговаривать.

— Я в порядке, — говорит она сквозь стиснутые зубы. — Ты всё ещё с ним? — Она смотрит на меня так, словно я что-то у неё украла.

— Нет. Ты можешь забрать Лоренцо себе. Он всё равно грёбаный мудак. — Говорю я, решив, что не обязана с ней любезничать. Я прохожу мимо неё и продолжаю свой гневный путь к выходу из кампуса.

Я не могу в это поверить, как он посмел? Я сказала «нет», и лишь просила вернуть мне работу.

Я доезжаю на автобусе до остановки возле его офиса и проскальзываю в подвал, поднимаюсь на лифте прямо к нему в кабинет. Мне плевать, занят он или нет, я хочу, чтобы он прекратил это дерьмо. Я врываюсь в двери и вхожу в его кабинет, где он говорит по телефону.

— Какого черта, Лоренцо, — кричу я ему, прерывая его разговор, — я не какая-то благотворительная организация, я хотела получить работу не только за деньги. — Я не думаю, что он понимает, что работа здесь — это ещё и опыт, который даст мне преимущество, когда я буду искать работу после получения квалификации. Для меня это было не только из-за зарплаты, я хотела учиться.