Он пристально смотрит мне в глаза, снимая брюки от костюма и приспуская их ровно настолько, чтобы высвободить свой эрегированный член. Мои глаза расширяются от ощущения его близости, я знаю, что он немаленький. В офисе я насмотрелась на это, но, когда его кончик касается меня, я прикусываю нижнюю губу, чтобы подавить стон, который, как я понимаю, не смогу сдержать.

— Лоренцо, — говорю я, задыхаясь. Я должна сказать ему, мне необходимо поделиться с ним своими чувствами. — Я...

Но слова не выходят из меня, только крик, когда он проникает в меня. Он заполняет меня так полно, слишком полно, что его пульсирующий член словно разрывает меня изнутри. Я не могу дышать, боль и давление становятся невыносимыми. Однако Лоренцо не замечает этого, не чувствует ничего, кроме удовольствия от того, что делает именно то, что обещал. Он пробуждает во мне любопытство и лишает жизни, заставляя склониться над раковиной в общественном туалете, где, как я знаю, я потеряю свою девственность.

Сначала я хочу убежать, но он крепко держит меня за бёдра, и у меня нет выхода. Но потом я начинаю получать удовольствие. Он меняет позу, и это вызывает у меня волну ощущений: глаза закатываются, а бёдра дрожат. Моё тело привыкает к его размеру и давлению, с которым он входит в меня.

Когда он обхватывает рукой моё горло, приподнимая моё лицо, и я не могу отвести взгляд от его лица, моё тело реагирует. Это происходит само собой, и я не в силах остановить волну оргазма. Лоренцо наблюдает за мной, его ухмылка говорит о том, что он знает, как полностью отвлечь меня от работы. Его взгляд смягчается, и он крепче прижимает меня к себе.

— Ещё один, пойдём, — шепчет он мне. — Я хочу кончить с тобой, чтобы наполнить тебя и напомнить, кто здесь главный… кто я.

Его резкие движения и грубые слова заставляют меня дрожать и сжиматься вокруг него, когда он проникает внутрь. Боже, я не принимаю противозачаточные. Я не планировала этого. О, боже! Мой разум разрывается от удовольствия, боли и паники, он каменеет и взрывается внутри меня, продлевая мой второй оргазм. Когда он покидает меня. Я всё ещё держу себя в руках, боясь, что если отпущу, то упаду.

Он смачивает полотенце в тазу с тёплой водой и, подойдя сзади, вытирает меня дочиста. Затем он задирает моё нижнее белье и одёргивает платье. Я всё ещё не могу пошевелиться. Мои чувства настолько смешаны, что, когда он бросает полотенце на стойку, он замечает это — мою кровь, и смотрит в зеркало, чтобы увидеть моё лицо.

Я вижу ужас в его глазах. Он недоволен.

— Почему ты не остановила меня? — Тихо спрашивает он, нежно перебрасывая мои волосы через плечо. — Ванесса, я бы...

— Ты бы остановился, а я не хотела, чтобы ты останавливался, — говорю я, краснея, потому что это правда. Я собиралась сказать ему, но не желала, чтобы он прекращал. Я желала этого так же сильно, как и он. — Не стоит расстраиваться, я хотела, чтобы ты это сделал. Я хотела, чтобы это был ты, — говорю я, поворачиваясь к нему лицом. И когда я это делаю, он заключает меня в объятия. Моя голова оказывается у него на груди, и что-то в атмосфере между нами меняется. Воздух здесь становится другим, и я могу дышать полной грудью. Лоренцо приподнимает мой подбородок, и я смотрю на него снизу вверх.

— Я всё исправлю позже, — шепчет он, нежно целует меня и приводит в порядок, стараясь, чтобы мы выглядели достойно. Когда мы перестаём выглядеть так, будто только что занимались сексом в туалете, он медленно возвращается к еде, которая нас ждёт, и садится есть, словно ничего не произошло.

Как я могу сидеть здесь и есть филе после того, что только что случилось? Как я могу вообще есть? Боль между бёдрами становится почти невыносимой. Я поворачиваюсь, пока не нахожу место, где боль немного стихает, и сижу в таком положении.

ЛОРЕНЦО

Я не понимаю, что происходит между мной и Ванессой, но мне это нравится гораздо больше, чем следовало бы. Она — как свежий ветерок в моей жизни, как неожиданный поворот событий, который я с радостью принял.

Я пригласил её на свидание, и мы провели время вместе в людном месте, а затем в туалете. Теперь меня терзает чувство вины. Я не знал, что она была девственницей. Мне следовало подумать об этом и хотя бы спросить её. Но я был не в себе. Я просто хотел, чтобы она перестала смотреть на меня как на убийцу. Этот судья стоял на моём пути, и с ним нужно было разобраться. Не то чтобы она не знала, как это работает. Она больше не беспокоится о работе, и пока мы наслаждаемся десертом, я расспрашиваю её о занятиях.

Ванесса — одна из самых трудолюбивых женщин, которых я когда-либо встречал. Она полна решимости и не позволяет ничему остановить её. Мне нравится честолюбие в её глазах, когда она говорит мне о своём желании получить учёную степень. Было время, когда я чувствовал то же самое, когда стремился к этой карьере.

Дело в том, что она не знает, что именно её окровавленное лицо и заплаканные глаза заставили меня пойти своим путём. Теперь я здесь, рядом с ней, и прошлое, между нами, подобно океану лжи. Оно держит нас вместе и в то же время разделяет своей необъятностью и глубиной.

Из-за неё моё сердце разрывается на части. Одна часть меня понимает, что она не представляет для меня ценности. Она молода и не знает, кто я такой на самом деле. Другая же часть хочет её, невзирая на последствия. Я думаю, что мог бы убить любого, кто попытается встать на моём пути.

Это чувство собственничества по отношению к ней может привести к неприятностям, но я ничего не могу с собой поделать. Особенно теперь, когда она стала моей, когда я получил от неё то, что не удавалось ни одному другому мужчине. Её невинность только укрепила мою уверенность в том, что она принадлежит мне, и я должен оберегать её. И всё же я в ужасе. Если она начнёт понимать, кто я такой на самом деле, то она бросит меня, и я стану чудовищем, если она хотя бы попытается это сделать.

После ужина мой водитель отвёз нас ко мне домой, и мы с Ванессой предались страсти так, как я представлял, если бы знал, что она девственница. На этот раз я хотел убедиться, что ей нравится происходящее и что она понимает, что я не желал ей боли. Когда она обмякла, уставшая и полностью истощённая, я отнёс её в свою ванную комнату и опустил в большую ванну с гидромассажем.

— Мне нужно сообщить семье, что меня не будет дома, — говорит она. — Они беспокоятся, когда меня нет. — Пузырьки воздуха покрывают поверхность воды, скрывая от меня её великолепное тело. Я беру её телефон и отправляю её тёте короткое сообщение о том, что она осталась ночевать у подруги. Я знаю, что она солгала им, не рассказав, с кем встречается.

К сожалению, мы уже попали на страницы светской хроники в интернете. Заголовки гласят: «Кто она?» и «Лоренцо выбрал себе невесту». Эти люди ничего не знают. Они придумывают любые истории, которые могут привлечь их внимание. Это так раздражает, но с тех пор, как я вернулся домой, а мой отец умер, я стал новой блестящей звездой, которая привлекает их внимание.

Я просто надеюсь, что они не станут копаться в прошлом, потому что я не хочу, чтобы моя связь с ней стала достоянием общественности. Она сменила имя, и теперь она не Контини, но если бы кто-то начал расследование, то узнал бы её настоящую личность.

— Ну вот, они знают, — говорю я ей.

— Что ты написал? — Она выглядит напуганной.

— Я не говорил им, что ты со мной. Просто написал, что сегодня тебя не будет дома, а завтра ты появишься во второй половине дня. Я бы хотел провести с тобой все выходные. Мне нравится, что ты здесь, со мной, и нам даже не придётся снова расставаться. Я могу отнести тебя обратно в свою постель, — подмигиваю я ей, и она улыбается в ответ.

— Я думаю, мне, возможно, нужно немного отдохнуть, — говорит она, и я понимаю, что у неё всё болит и она очень чувствительна. Отчасти это моя вина, и мне придётся быть терпеливым с ней. — Мне немного неудобно, ммм, там, внизу. — Она краснеет, как свёкла, произнося эти слова. Я снимаю шорты и забираюсь в ванну вместе с ней. Придвинувшись к ней сзади, я устраиваюсь между её бёдер.