– Спроси еще, можно ли нам выпустить души этих людей, – сказала мисс Уикхем, когда они спустились в холл и прошли мимо стены, в которой скрывались ниши с телами.

Диего кивнул. Ему было тяжело говорить.

Снаружи царило неожиданное оживление. Как только Королева исчезла, то все одержимые тут же освободились. Некоторые упали замертво, но большинство выжили, и когда агенты Уикхемы вышли из дома, то полицейские, гвардия и спешно вызванные врачи хлопотали над несчастными людьми, которые едва могли говорить от пережитого ужаса. Туда-сюда сновали носильщики труповозок, вынося тела тех, кто не пережил короткое царствование Магелот.

Все были так заняты, что не сразу заметили, как агенты покинули дом. Первым на них обратил внимание детектив Скотт и с невнятным возгласом бросился им навстречу. За ним поспешил шеф полиции.

– Что случилось?! – воскликнул Скотт и склонился над Элио. – О господи, только не…

– Дом очищен, – объявила мисс Уикхем. – Нечисти в нем больше нет.

– Слава богу, – сказал Абернаут. – Но что с мальчиком?

– Мы отвезем его в замок. Там ему помогут.

Абернаут посмотрел на юного джилаха, тяжело вздохнул и опустил плечи.

– Зачем это все, – пробормотал он, – если опять в жертвах – дети?..

– С ним все будет в порядке? – с тревогой спросил Скотт. – Он как будто дышит, но…

– Миледи поможет, – ответил Диего.

Детектив пощупал лоб юноши, его пульс и только вздохнул.

– А вы? Вы тоже пострадали.

– Я? Нет. Только свитер и плащ.

– Мы можем снести этот чертов дом? – спросил Абернаут.

Диана покачала головой:

– Ни в коем случае. Дом следует окружить стеной и следить, чтобы никто в него не заходил. Я помогу вам с отпугиванием любопытных чуть позже.

– Разве там еще опасно?

– Брешь, через которую выбралась нечисть, плотно запечатана. Но мы не знаем, что будет, если вы снесете дом. Поэтому, если вы не готовы санкционировать парочку жертвоприношений…

– Ни в коем случае!

– То придется оставить все как есть.

– Ну ладно, – проворчал Абернаут. – Это все еще лучше, чем то, что было.

– Сколько жертв? – спросил оборотень.

– Пока ведем подсчеты. Сейчас вынесли около тридцати тел.

– Я бы на вашем месте подумала насчет жертвоприношений, – сухо сказала мисс Уикхем. – За смерть тридцати человек Финнел, который все это устроил, все равно получил бы повешение. А так хоть пользу принесет.

– Я провожу вас к карете и отвезу в джилахский квартал, – поспешно вмешался Скотт.

– Спасибо. Дело еще не закончено, – добавила Диана, – пока мы не поймаем Финнела. Так что у вас есть время поразмыслить.

Диего вошел в портал, открытый миледи сразу после рапорта Дианы, и оказался в небольшой полутемной комнате, примыкающей к лаборатории Энджела Редферна, что находилась на верхних этажах одной из башен замка. Здесь уже ждали шеф, мисс Шеридан и оба джентльмена. Уикхем, прижимая к себе Элио, неуверенно замер под их взглядами.

– Скорей, – поторопил его Бреннон. – Несите его сюда!

Редферны и миледи расступились, и Диего подошел к столу из белого мрамора, на который опустил джилаха. Шеф заботливо подложил ему под голову подушку. На стол падал свет из большого круглого окна в потолке, но углы комнаты тонули в полумраке.

Бреннон положил руку на плечо джилаха, взял его запястье, чтобы подсчитать пульс, и сокрушенно покачал головой.

– Простите, сэр, – прогудел оборотень. – Это я виноват, я не уследил…

– Он поступил так, как мы учим поступать наших агентов, – сказал Джеймс Редферн. – Но, к счастью, он все еще жив.

– Вы можете что-нибудь сделать? – быстро спросил шеф.

Миледи и джентльмены обменялись долгими взглядами; у Диего иногда возникало чувство, что они общаются мысленно, и от этого пробегал холодок по спине. Они были не очень-то похожи на обычных людей.

– Ради Бога! – воскликнул Бреннон. – Мы должны что-то сделать! Ему же всего девятнадцать!

– Он превратил себя в сосуд для пленения нечисти, – произнес Энджел Редферн и наклонился над юношей, пристально разглядывая его. – Если сосуд повредить, то она освободится. Если его разбудить – то снова возьмет верх.

– Но ведь ее же можно как-то переместить в другой сосуд?

– Нечисть – это не зерно, чтобы без проблем пересыпать ее в другой горшок, – покачала головой миледи. – Она попытается вырваться или разбудить Элио, чтобы захватить власть над ним.

– Мы можем попробовать способ, который использовал Ясин Аль-Кубби, – вдруг сказал Джеймс Редферн. – Я помню, что мистер Лонгсдейл применял этот ритуал и притом успешно.

– И вы сможете его повторить?

– Да. Но все же для большей надежности я бы сначала сверился с книгой Аль-Кубби.

– Аль-Кубби, – неодобрительно сказал Энджел. – Нельзя создавать такие предметы.

– Я тоже не в восторге, но не знаю, что еще можно для него сделать. Все другие варианты сомнительны – как с точки зрения эффективности, так и выживаемости. В конце концов, пока мальчик живет в замке – мы всегда успеем принять меры.

– Ладно, – проворчал Энджел, – не оставлять же его в таком положении. Встретимся здесь же через полчаса, когда мы подготовим все, что нужно для ритуала.

– Хорошо. А вы, – шеф повернулся к Уикхему, которому эти туманные намеки не особо понравились, – идите сдайте в починку вашу одежду и возвращайтесь.

– Но, сэр, а Элио…

– Я за ним присмотрю.

Когда Диего вернулся, то вокруг юноши уже кипела бурная деятельность. Энджел Редферн, сидя на столе и сверяясь с большой старой книгой на парящей в воздухе подставке, рисовал заточенным грифелем узоры или надписи на столе, окружая вязью левую руку джилаха. Рукава сюртука и рубашки были на ней высоко закатаны.

Миледи тем временем примеряла на палец Элио кольца из шкатулки, а шеф под руководством Джеймса Редферна обустраивал все, что нужно для ритуала. Оборотень поспешил к юноше, но тот все еще мирно спал. Королева Магелот, запертая в его теле, не давала сну перейти в смертельный.

«Хоть какая-то польза от этой твари», – подумал Уикхем и присел на стол рядом с Элио, чувствуя себя совершенно бесполезным.

– Вот это подойдет, – наконец сказала мисс Шеридан.

– Отлично, – кивнул Джеймс. – Мы уже закончили. Можем приступать, как только формула Аль-Кубби будет завершена.

Энджел отложил грифель, взял кисть и баночку чернил, макнул в нее кисть и продолжил узор на тыльной стороне запястья Элио.

– Думаю, лучше его обездвижить, – заметила миледи. – Как только я сниму заклятие смертельного сна, она попытается вырваться или схватить его.

– А если не снимать? – заволновался Диего.

– Тогда он умрет, как только нечисть покинет его тело, – пожала плечами мисс Шеридан.

– Используйте эльфийский удар, – сказал Энджел. – Чем проще, тем надежней. А вы, – он указал на оборотня, – на всякий случай держите его покрепче. Черт знает, на что способна эта особь.

Диего положил руки на плечи Элио, мрачно предчувствуя гибель еще одного свитера. В полумедвежьем виде Уикхем был намного сильнее – и то в прошлый раз еле управился.

– Ну что ж, начнем, – решил Джеймс.

Он придвинул подставку к себе. Шеф занял позицию справа от джилаха и тоже приготовился держать.

Миледи произнесла заклятие эльфийского удара и слегка прижала правой рукой левую руку юноши к столу.

Энджел сел в ногах Элио и сказал:

– Мы готовы.

Джеймс начертал трехгранником сложный знак над книгой и затянул напевный речитатив на одном из древних языков халифата – шихре. Диего, который вырос на юге Эсмераны, часто слышал его в заселенных тафирами кварталах – но только во время их сборов на молитву. Слов, которые произносил Джеймс, он не знал.

– Табал! – вдруг воскликнул Редферн, кольнул себя трехгранником в ладонь и капнул кровью на страницы книги. Раздался легкий шелест, как шорох песка, и со страниц книги взмыла целая вязь символов шихры вперемешку со знаками, которые использовали халифатские чародеи.