Дидсы с нами увидеться не смогут, будут заняты дома. Чтобы покончить с Дидсами, добавлю, что они вряд ли здесь появятся раньше самого конца моего пребывания – скорее всего, на последней неделе, а Муров я и вовсе не надеюсь увидеть. Их не приходится ждать раньше возвращения Эдварда из Хэмпшира.
Наш отъезд окончательно назначен на 15 ноября, понедельник.
Как обидно за скачки в Бейзингстоке! Два дня подряд там как нарочно все было не слава богу; неделя в Уэйхилле, похоже, началась не лучше.
Мы сильно удивились, получив в прошлую субботу письмо от Анны из Толлард-Роял, но полностью одобряем ее решение туда поехать, досадно лишь, что пришлось проделать такой дальний путь ради того, чтобы погостить всего несколько дней.
Утром в четверг, между пятью и семью, была гроза с громом; гром не такой уж страшный, но очень яркая молния. Так открылся сезон дождей и ветров, и полагаю, что вряд ли на ближайшие полтора месяца выпадет хотя бы два сухих дня подряд.
Лиззи очень тебе признательна за письмо и скоро напишет ответ, но сейчас очень занята, так что сядет за него дня через три-четыре. Передаю тебе ее собственные слова, произнесенные крайне удрученным тоном. Письмо твое порадовало нас всех, и мы все его, разумеется, прочитали – я трижды, поскольку взяла на себя обязанность, к великому облегчению Лиззи, прочитать его Сакри, а потом Луизе.
Сакри крайне не одобряет Мэри Доу и ее выдумки – больше из соображений приличия, чем здоровья. Она заметила некоторые признаки того, что Джордж и Генри за ней ухаживают, и считает, что ты должна поговорить с девушкой и внушить ей, что не стоит воспринимать все эти их выдумки всерьез. Это, разумеется, должно остаться строго между нами тремя в виде сцены тройственного блаженства.
В субботу заезжала миссис Бретон. Я ее раньше никогда не видела. Крупная, довольно неотесанная дама, ведет себя чванливо и с претензией на элегантность.
Завтра наверняка будут посетители. Эдвард Бриджес остановится у нас на две ночи по пути из Ленема в Рамсгейт, с ним будет друг – имя его неизвестно, но, предположительно, это некий мистер Харпур, священник из тамошних краев; мистер Р. Масколл собирался на охоту с молодыми людьми, что, полагаю, сведется к тому, что он останется обедать.
В четверг у нас обедает мистер Лашингтон, член парламента от Кентербери, управляющий в Лодж-Хаундс, потом останется ночевать. Это, по сути, молодой приятель Эдварда. Попробую, если получится, попросить его франкировать письмо и тогда напишу тебе раньше. Надеюсь, что после бала в Эшфорде будет о чем рассказать.
Поскольку в последнем письме я с некоторым неудовольствием высказалась о своих племянниках, считаю необходимым воздать им должное – с восторгом сообщаю, что они вчера ходили к причастию. После пылкой хвалы или хулы в чей-то адрес особо пронзительно ощущаешь противоположное чувство. В ближайшее время оба молодых человека вернутся домой с лисьей охоты и вновь вызовут мое неодобрение очередным проявлением избалованности или излишнего спортивного рвения – вся надежда, что я последую собственному совету. По вечерам они мило развлекаются, плетя силки: каждый мастерит по силку на кролика, и они усердно трудятся, сидя рядом, как будто два дяди Фрэнка.
Я решила еще раз просмотреть «Самоконтроль» и утвердилась во мнении, что это изумительно написанная книга с великолепным посылом, в ней нет ничего случайного и непродуманного. Читаешь ту часть, где Лора путешествует по американской реке, и кажется, что это нечто совершенно естественное, повседневное и всем доступное.
Вторник. Боже! Что же со мной творится? Такое длинное письмо? Сорок две строки на второй странице. Вопрошаю вслед за Харриот Байрон, что мне теперь делать со своей благодарностью? Ничего не остается, кроме как поблагодарить тебя и продолжить. Как мне кажется, ответы на некоторые твои вопросы уже предложены en avance.
Учителя рисования Ф. Кейдж зовут О'Нил. Нас очень позабавили твои новости про Шалдена, и я от души посмеялась над тем, как ты коришь себя по поводу миссис Стокуэлл. Меня поразило, что Джонкок[67], единственный, кто при этом присутствовал, смог удержаться от смеха. Я до того не слышала, что она болела корью. Новостью для меня стало и то, что миссис Х. и Алетея остаются до пятницы, но это, впрочем, отличный план. Я бы и сама не придумала лучшего решения и очень рада, что столь многое в доме им понравилось; надеюсь, они пригласят Марту к себе погостить. Восхищаюсь мудростью и вкусом Шарлотты Уильямс. Эти бездонные темные глаза обо всем судят верно. В знак признательности я назову ее именем одну из героинь.
Все подробности касательно здания и пр. Эдварду прочитали дважды, – похоже, он полностью удовлетворен. Единственное, что нас не устраивает, – узкая дверь в кладовую: в эту дверь должны проходить подносы, ее нельзя делать узкой, но если выбора нет, придется терпеть.
Я знала, что в жестянке еще оставался сахар, но понятия не имела, что его хватит и тебе, и гостям. Тем лучше. Не думай, что новая голова лучше предыдущей, потому что та была первая из пяти, которые составляли одну партию. Так что это, видимо, выдумка или игра воображения.
Славная миссис Дигвид! Не может такого быть, чтобы она не была безумно счастлива после посещения бала. Надеюсь, что миссис Йейтс и ее спутницы на следующий день после приезда чувствовали себя хорошо. Я от души рада, что мисс Бенн поселилась в пансионе, хотя и надеюсь, что это ненадолго.
От Чарльза пока писем нет.
«Жизнь Нельсона» Саути. Я изрядно притомилась от «Жизней Нельсона», тем более что ни одной не читала. Эту, однако, прочту, если в ней есть упоминание о Фрэнке.
В общем, я в Кенте, один из братьев в том же графстве, жена другого брата тоже, а я их совсем не вижу, что, согласись, неестественно. Надеюсь, так будет не всегда. Очень бы хотелось залучить миссис Ф. О. с детьми сюда на недельку, но пока никто об этом ни слова. Обидно, что последний ее визит был не слишком долгим.
Хотелось бы знать, случалось ли миссис Тилсон в интересном положении лежать в постели. Дай знать, если ты это выяснишь, и мы наверняка услышим об этом с той же почтой и от Генри.
У меня завтракал мистер Роб. Масколл; он необычайно охоч до сливочного масла. Я вчера на обед ела гуся, чем надеюсь обеспечить хорошие продажи второго издания. Есть ли у вас помидоры? Мы с Фанни лакомимся ими каждый день.
Сокрушительные письма от Пламптров и Оксенденов. Отказы повсюду – буквально partout, – и пока невозможно сказать, едем мы или нет; многое зависит от того, в каком настроении прибудет дядя Эдвард и что мы сегодня утром услышим из замка Чилем – мы собираемся с визитами. Хотим обойти все дома в Чилеме и дойти до Мистола. Я рада буду повидаться с Фэггами. Я всему этому буду рада, вот только в путь мы двинемся очень рано и у меня не будет времени писать.
Как я выяснила, друга Эдв. Бриджеса зовут мистер Хокер, а не Харпур. Было бы ужасно, если бы ты целую ночь проспала в столь ужасном заблуждении.
Брат шлет тебе горячий привет и благодарит за предоставленные сведения. Надеется, что корни старого бука удалось убрать и заложить на их место торф и грунт. Он сожалеет о том, что пришлось делать новый дверной косяк, и надеется, что дверной проем останется прежней ширины – если его придется уменьшить с одной стороны, то следует увеличить с другой. Тут не до красоты. Еще он просит тебе передать, что считает совершенно необходимым, чтобы во время его визита в Чотон там находилась и ты. Вряд ли даже ты сама придаешь этому столь же большую важность. Он весьма тебе признателен за внимание к мелочам. Не подумываешь ли ты вернуться с ним вместе на Генриетт-стрит и завершить свой визит там? Изложи мне свои милые невинные соображения.
Посылаю тебе горы любви и добра, подобающих и неподобающих.
С наилучшими пожеланиями,
Дж. Остин
Чотон, Олтон, Хэмпшир – для мисс Остин
