— Сбавь обороты. Коробка ценнее, чем эти бумаги. — Долбанул меня папкой по голове, бросив ее на столик. — Выкладывай.

— Ты болен? Звонил Орловский, просил перезвонить. Срочно.

Отец нахмурился и взяв телефон, набрал номер прямо при мне.

— Да, Сань.

Что именно врач говорил ему, я не слышал. Да и по лицу отца читать не мог, но вопросы рвались наружу, а паника зашкаливала.

— Понял тебя. И Сань. — Отец потер переносицу. — Эта информация строго конфиденциальна. Никто не должен о ней узнать. — Спасибо.

Отец бросил телефон на папку.

— Блядь, ты болен? — Повысил голос.

— Да не ори ты. — Он тоже вскрикнул. — Не я. Один человек нуждается в терапии. Ничего смертельного. Слава Богу.

Я нервно выдохнул.

— Теперь выкладывай ты. — Он прошел мимо меня, прямиком на кухню. — Пошли. Попьем чайку, и ты мне все расскажешь.

Слушал, как отец гремит посудой, как вскипает чайник, как скрипит по полу стул. Перед смертью не надышишься.

Подняв руки вверх, повис на дверном проеме.

— С Дианкой поругался? Снова напилась? — Отец насыпал в кружку ложку сахара, размешивая содержимое ложкой. — Димка там остался или с тобой приехал? — Куча вопросов сыпались в мою сторону. — Приглашай их порыбачить. В пятницу нормально. Я ж Кире обещал.

— Я видел Арину. — При упоминании этого имени вслух в груди разлилось тепло. — Мою Ари…- Осекся, поправляя себя. — Не мою.

Блядь.

Не моя.

Не моя.

Не моя.

Чудовищные когти сейчас скребли по сердцу.

— Арину. — Отец отпил чая, развернув конфету. — У тебя ж голова болела. Значит привиделась.

Отец меня понял. И сейчас заходил в эту тему очень осторожно. Ведь она все это время была для нас табу. Я строго настрого запретил ему говорить мне о ней, что-либо. Потому что он часто мотался в родной город и мог увидеть ее.

— Я сказал ей, что она моя самая большая ошибка. — Опустил голову вниз.

Как бы сильно ее ненавидел. Как бы сильно она ни сделала мне больно, но когда смотрел вчера на нее спящую снова вернулся на пять лет назад, когда первого сентября нашего выпускного года увидел ее на линейке.

— Ну значит я вырастил идиота. — Отец пожал плечами засунув конфету в рот. — Садись и выкладывай. Хватит молчать о ней. Время пришло.

5 лет назад

Роман

Макс тараторил над ухом, а мне жутко хотелось спать. Рубашка неприятно липла к телу. Сентябрь в этом году решил побыть еще одним месяцем лета. Малышня с огромными букетами, гул голосов, бубнеж с разных сторон выводили меня из себя.

— Какие планы? — Друг ткнул меня в плечо.

— Сдохнуть от жары и ослепнуть от солнца. — Бросил ему.

Кто придумал эту школьную форму? Если в рубашке с коротким рукавом еще, как то можно выжить, то в черных брюках и туфлях задница вспотела в тот же миг стоило покинуть кондиционированный холл дома. Челка падала на глаза, и я проклинал себя, что не захватил сегодня солнечные очки.

— Да, бля. Ромыч, не ной. Че будем делать? Предлагаю зависнуть у Аринина. — Предложил, кто-то из ребят.

— Аринин пока пас и зависнуть у меня не вариант. — Они знали это прекрасно, но каждый раз надеялись попасть ко мне домой. А я приглашал только самых близких и кому мог доверять. Отец пока не звонил. Все планы будут зависеть исключительно от него.

— Ну-у-у-у-у... Динамо конкретное. — Завыли парни, продолжая обсуждать, куда мы двинем после линейки и еще двух уроков. Я же смотрел в асфальт. Глаза намеревались закрыться.

— А это кто?

— Ниче се. — Присвистнул Андрюха.

— Зачетная юбочка. — Подхватил Макс.

Опять обсуждают очередную девятиклассницу, потому что наши одноклассницы сегодня решили особо не наряжаться. Каждая вторая пришла на линейку в кедах и балахонах. Да мне и самому стало любопытно, что они там увидели. Повернул голову вправо разглядывая толпу школьников, но ту, чтоб выделялась из общей массы так и не нашел. Прямо по центру директриса говорила напутственные слова. Снова обвел толпу учеников и их родителей. Промах. Сощурился, зевнул от того, что поспал ночью буквально пару часов. Уже было потерял всякую надежду узреть «зачетную юбочку», как вдруг…Поворот головы в левую сторону. Глаза остановились на девчонке, стоящей в одиночестве у самого края. Под деревьями в тени. Если наши одноклассницы одевались, как с одного инкубатора и большинство из них выбирали простоту и удобство, эта девочка явно сошла с обложки, какого-то журнала. Высокая. Длинноногая. На ножках черные туфельки с острыми носами и каблуками шпильками. Взгляд пополз вверх на ту самую зачетную черную юбочку с белыми рюшами. Миленько. Девочка явно занимается спортом, потому что попка у нее была что надо. Белая блузка идеально облегала ее тело. Блондиночка с длинными волосами, заплетенными в косу и перевязанная белым бантиком.

— Улетная.

— Может она страшная? — Отозвался я в миг проснувшись. Солнце уже не так слепило. А вот она?

— Ни хера. — Шепнул на ухо Макс. Знаю, что в тот момент он улыбался.

Девчонка развернулась и повернув голову встретилась взглядом именно со мной. Со мной, блядь. Я едва на рефлексе не открыл рот. Ее большие голубые глаза. Нет, ни хрена. Не голубые, ярко-синие. Они настолько сияли в лучах солнечного света, что слепили. Идеально ровный носик. Пухленькие губки накрашены розовым блеском. А цвет кожи? Ее явно любило и ласкало солнце.

— Мать твою. — Кто-то прокомментировал за спиной. — Что за экземпляр?

Какая-то пара секунд, и она безразлично отвернулась, слушая директрису.

— Новенькая?

— По ходу. — Отвел взгляд.

— Я б вдул.

— Заебал. — Огрызнулся на Макса. — Ты б вдул любой. Лишь бы она двигалась.

Оно и верно. Моему другу особо выбирать не приходилось. Девки сами на него вешались. Так же, как и на меня.

— Факт. Кароч, седня берем ее с собой.

— Она тебе не даст. — Ухмыльнулся. — Ты стремный.

— А тебе? Забьемся?

Поспорить Макс любил, но что-то мне подсказывало, что в этот раз мы обойдемся без спора. Такая красотка сама не прыгнет. В нашем классе учились одни мажоры, и я в том числе. Девчонка явно не обделена вниманием, поэтому развести ее будет сложно.

— И мне не даст. — Отступил назад.

— Обломал весь кайф, но я все равно попробую. — Подмигнул мне друг.

Снова взглянул на девчонку. На ее точеный профиль и эти формы. Классная. Очень красивая. Милая такая, но чуйка твердила, что ни мне, ни другу ничего не светит. Макс попробует, а я?

Сначала узнаю, кто такая.

Наконец, спустя час на жаре, мы вошли в здание элитной школы. Парни бежали, как будто на партах их ждал королевский обед. Я же брел размеренным шагом никуда не спеша. Оборачивался назад, где за спиной шла классуха и та самая девчонка.

Блядь. Она даже ходит с какой-то грацией. Как настоящая леди. Добрался до класса, запрыгнув на стул рядом с Максом. Мы с ним сидели за одной партой все школьные годы, да и жили в домах напротив. Немного ниже меня, темноволосый весельчак всегда готов был к любым приключениям. Я же в нашей маленькой компании сбавлял его пыл. С учебой у него не клеилась, что нельзя было сказать про меня.

— Тишина. — Крикнула Мария Львовна, заходя в класс.

Следом вошла и новенькая. Таким же размеренным уверенным шагом, каким шел и я. Обвела глазами класс, остановившись возле доски.

— Это кто? — Обернулась Карина. Одноклассница, бесповоротно влюбленная в моего соседа-друга, а он ее? Вертел во всех позах. На большее он просто был еще не способен.

— Не дрейф малышка. Я люблю только тебя. — Ответил ей Макс, а она послала ему испепеляющий взгляд.

Мда. Девчонки напряглись. Ведь каждая в классе дралась за наше внимание.

Наши взгляды с новенькой снова встретились. Я выделялся из толпы своим ростом метр девяносто. Да и она сейчас тоже. На своих высоченных каблуках была выше всех девчонок в классе, но не комплексовала по этому поводу. Наоборот. Спинка прямая, а движения плавные, как у балерины.