— Я вызову такси. — Безразлично сказала она. Дождь смывал грязь с ее ладоней. Она больше не смотрела на меня так, как смотрела минуту назад.

— Оно будет ехать час. А в такую погоду еще больше. Садись. — Крикнул, пытаясь перекричать бурю, разворачивающуюся у нас на глазах.

Романова замотала головой.

Упрямая до одури.

— Не зли меня. — Рывком открыл дверь, схватив ее за руку.

— Отпусти. — Сбросила мою руку. — Мне ничего от тебя не нужно. — Заорала, как будто само появления меня здесь ей не приятно.

Хлопнув со всей силы дверью, припечатал ее спиной к машине.

— Ты только со мной такая смелая? Почему ты позволила этим шмарам себя ударить? Почему? Ведь дело не в камерах. — Она не на шутку разозлила меня. Злость кипела, как в бурлящем котле. — Романова? — Навис над ней. До ее губ оставался миллиметр.

— Мне хотелось, переключить боль. — Ее губы шевелились, а жар дыхания окутывал.

— Помогло?

— Нет.

— А потом?

В голубых глазах снова начала скапливаться влага. Я прижался к ней всем телом ответив за нее.

— Ты вспомнила, что за твоим именем стоит имя твоего отца.

Арина ударила меня в грудь, пытаясь вырваться. Я попал в точку. В самую цель. Но продолжил.

— Еще раз повторю. Он бы гордился тобой. Но, Романова. Никогда не позволяй телкам, которые в своей жизни не держали ничего тяжелее члена, так с собой обращаться. Никому не позволяй. Даже, если сильно хреново. Тебе нельзя.

— Мне можно. Мне все можно. Да и кто ты, мать твою, такой, чтобы указывать мне, что делать?

— Села нахрен в машину. — Ударил по крыше, рядом с ней.

Арина от неожиданности вздрогнула и закрыла руками лицо, а я, открыв дверь, запихнул ее в машину. Она покорно послушалась. Надо было выбираться. Дождь усиливался, а видимость в скором времени станет нулевая.

Арина

Дождь барабанил по лобовому стеклу пытаясь пробить его насквозь. Рома поспешил залезть на водительское сиденье. Капюшон его худи промок насквозь. По лицу текли капли. Кожаная куртка не спасала его от нахлынувшей бури. Стерев подолом толстовки влагу с лица, он завел машину. Яркие огни спидометра и планшет, встроенный в панель, осветили наши лица. В салон подул теплый ветерок. Сдержалась, чтоб не застонать. Не знаю, как он, но лично я продрогла до костей. Зубы стучали, а руки никак не могли согреться. Дворники метались из стороны в сторону, работая из последних сил, но будем честны, даже они не могли справиться с тем порывом дождя за окном. Мы на кладбище. Кругом темнота.

— Надо было выезжать раньше. — Посетовала я, обтирая грязные и холодные руки о ткань джинсов.

Рома хмыкнул.

— Если б кое-кто не закатил истерику.

— Именно. Всегда тебе об этом говорила. Рома будь сдержанным, твои истерики до добра не доведут.

Уголки его губ поползли вверх. Бросив на меня острый взгляд, мотнул головой.

— Замерзла?

— Нет. На улице же май. А это не дождь, а тополиный пух.

— Всегда, когда нервничаешь начинаешь дебильно шутить. — Рома повернул голову в мою сторону.

Его расслабленная поза бесила. Развалился на своем сиденье так, как будто нам ничего не угрожало. За окном не творился апокалипсис, а мы в полной безопасности. Мои руки тряслись от испуга. Потому что ветер настолько сильно завывал, пытаясь проникнуть в салон авто, а деревья кренились максимально низко. Дождь размоет грунтовую дорогу и тогда мы засядем здесь надолго.

— Поедем или так и будем сидеть здесь и чего-то ждать?

— Не терпится избавиться от меня? — Ответил вопросом на вопрос. Провел большим пальцем по губам, а я снова заострила внимание на его татуированных кистях.

Включил передачу и нажав на газ мы наконец-то тронулись с места.

— Не знал, что моя компания тебе настолько не приятна. — В тоне его голоса были слышны нотки отчаяния. Обиделся на меня? Пускай. Этого я хотела больше всего на свете.

— Хочу поскорее оказаться дома. — Не хотелось спорить, кто и от кого хотел побыстрее избавиться.

— Пару минут назад, сидя у меня на коленях, ты хотела другого.

Мудак.

— Самодовольный ты Аринин. Тебе показалось. — Легкомысленно ответила, поежившись в своей тонкой куртке.

Этим я разозлилась его еще больше. Вжав педаль газа нас занесло и почти развернуло на дороге. Я вскрикнула на автомате вцепившись в руку Ромы. Машина остановилась. Губами ощутила тепло его шеи. Такая нежная, горячая. Неужели не замерз?

— Испугалась? — Тихонько шепнул мне на ухо.

Быстрый кивок. Это все, что я могла дать ему в ответ. Сердце грохотом отдавалось в груди.

— Не бойся. Ты же со мной. — Запустил пальцы мне в волосы, губами прижимаясь к моему лбу.

Подняла на него взгляд, встречаясь с серостью его глаз. Такие родные и прежде безумно любимые. Уверенные и никогда не лгущие мне.

Сколько себя помню, с Ромой мне было спокойно. Рядом с ним никогда и ничего не боялась. Как за тысячью дверями, как за каменными баррикадами, он всегда ставил мое душевное равновесие превыше всего. И я знала, заранее знала, что рядом с ним я в безопасности. Что он доставим меня домой в целости и сохранности.

— С тобой. — Слетело с моих губ.

На секунду закрыл глаза, продолжая гладить меня по голове. Нежно и аккуратно, как будто я фарфоровая и могла разбиться. От него очень вкусно пахло. Как-то по-новому, но мне безумно нравилось. А еще сильнее нравилось, обнимать его бицепс и чувствовать его силу. Мои руки сразу согрелись, а по телу стало разливаться тепло.

Это просто работающая на полную мощность печка в машине. Не более. Так я должна себя переубеждать. Всегда в обратную сторону. Аринин больше не влияет на меня. Не может.

Мы снова тронулись. Машину кинуло влево, потом вправо, и через пару метров мы начали буксовать. Зажмурилась, хватаясь за руку Ромы, как за спасательный круг. Ему пришлось открыть дверь и выглянуть. Холодный ветер проник в салон, и я снова поежилась от перепада температуры. Закрыв дверь, Рома продолжал газовать. Дождь хлестал по стеклам и по крыше пугая до чертиков.

Мы нахрен не выберемся отсюда. Чудовищный раскат грома заставил меня закричать и подпрыгнуть.

— Блядь. — Закрыла я уши.

Я настолько сильно перепугалась, держась за грудь. Дыхание сперло, и мне стало не чем дышать.

Мои руки перехватили сильные руки Ромы.

— Посмотри на меня. — Произнес так близко.

Не думала, что зажмурилась. Все происходило самопроизвольно. Его ладони легли на мои щеки, нежно поглаживая.

— Посмотри на меня. — Попросил снова. Да почему он так спокоен? Его не колотит, как меня от дикого испуга.

Мне хотелось снова плакать. Мы стояли посреди леса и наверняка завязли в грязи. Хрен там. Мы не выберемся до утра. Ждать в ближайшее время помощи не стоило. А если ветер усилиться? Если на нас упадет дерево? Так много если.

Открыла глаза. Наши лбы соприкоснулись.

— Тебе нечего бояться. Это всего лишь дождь и ветер.

— И гром. — Поспешила обрисовать погоду подробнее.

— И ты. Девочка, которая надерет мне зад, если я не привезу ее сегодня домой.

— Я придушу тебя, Аринин.

Смешок сорвался с его губ.

Наши лица настолько близко друг к другу. И тепло, мне с ним так тепло и хорошо. Боже.

Не отпускай меня, Ром.

Звонок его телефона раздался на весь салон. Ему пришлось убрать руки с моего лица, но в ту же секунду правая сгребла обе моих прижав их к его груди. Такой спокойный снаружи, но внутри? Его сердце прыгало до самого горла. Губами прикоснулся к моим пальцем, оставляя пару коротких поцелуев.

— Да, Дим. — Ответил на звонок. — Не приеду. Сел по среди леса. — Послушал друга, а потом продолжил. — Пока не надо. Я позже наберу.

Мне было не слышно, что говорит ему Димка.

— Нет. Не один. Арина со мной.

Задумала убрать руки, потому что он не сказал сразу, что мы в полной жопе. Мы останемся здесь до самого утра. Придется ждать эвакуатор. А перспектива провести с ним ночь в машине не была для меня радужной. Он сильнее сжал мои запястья.