— Хотел извиниться за тот случай. Просто был не трезв, решил подкатить…

Ах, вон оно что. Это тот самый парень, которому я врезала, стоило его руке прикоснуться ко мне. Улыбнулась. Теперь все встало на свои места.

— Ты тоже прости. Надеюсь, тебе не сильно прилетело?

— Не сильно, но нормально. — Пожал он плечами.

— Да ты ему чуть ребра не сломала. — Осмелился сказать второй парень, чуть повыше ростом, чем я. Кажется его зовут Артем. Немного пухловатый, но симпатичный. Похож на плюшевого медвежонка.

— Да, заткнись ты. — Резко ответил другу Руслан. — Ну ты, Арин, обращайся, если что. Мы с ребятами сразу примчим. В сто второй живем. Ты это… стучи в любое время. Вещи там перенести или еще чего. — Парень нервничал, не зная, куда деть руки. То складывал их на груди, то запихивал в карманы.

Так смешно на него смотреть. Засуетился он, а остальные поддакнули.

— Договорились. — Парни оживились, весело заулюлюкав между собой.

Сбежала, чтоб не задавали больше вопросов. Первым делом разулась и взяв халат и необходимые принадлежности пошла в душ. Сбросила с себя всю грязную одежду. На джинсах и ботинках история не закончилась. Куртка тоже прошла боевое крещение. Наверное, вымазала ее об машину, когда Аринин решил прочитать мне содержательную лекцию и сам же ответил на все вопросы. И да, как и всегда оказался прав. За моим именем всегда будет стоять имя моего папы. Встала под потоки горячей воды. Мне до сих пор было холодно, но уже не от того, что продрогла, а от того, что руки Ромы меня больше не обнимали и не обнимут уже никогда. Отталкивать его с каждым днем все труднее и больнее. Эта пустота внутри, не заполненная его нежными словами разрасталась, продолжая расти все пять лет.

— Ромка. — Шептала я, стоя под душем. — Рома.

Мне настолько хорошо с ним было. Я едва не перечеркнула все над чем упорно работала. Для нас не существует будущего вместе, но я так сильно по нему скучаю.

И силу эту ощутила, когда обнял.

Он по-прежнему помнил этот день. Знал, как мне жутко и страшно оставаться одной и приехал. Сорвался. Нашел и успокоил.

Выдавив гель на мочалку, прошлась по шее, медленно опускаясь к груди. Возбуждение никуда не делось. Фрагменты прошло будили и будили во мне воспоминания. Хотелось снова плакать и я дала волю слезам, сев в душе. Почему жизнь так беспощадна ко мне? Единственно, о чем мечтала после смерти родителей, чтобы Рома был со мной и даже если бы мы разошлись по-человечески, разлюбили друг друга, я бы поняла, приняла и отпустила, чтобы он был счастлив. Но мне пришлось отказаться от него. Насильно. Разорвать все. Исчезнуть. От всего его и от того, что было, между нами. Попытаться забыть то, что никогда не забывается.

Вспомнила о вечеринке у Димы. Ромка наверняка поехал туда. Интересно там будет Диана? Ему нужно было избавиться от жесткого стояка. Убеждала себя не ревновать, но с трудом получалось. Все мое тело горело от возбуждения, а между ног адски пульсировало. Мне, как и Аринину нужна разрядка. Закрыла глаза, пытаясь переключиться. Губы помнили жар его кожи. Руками обхватила грудь, медленно играя с сосками. Думая, что мои руки — это ладони Аринина. По телу пронеслись мурашки. Капли воды падали сверху помогая ласкать мое тело. Опустилась ниже, к животу и накрыв ладонью клитор стала тереть себя между ног. Стон сорвался с моих губ, стоило вспомнить, как он сжал мою задницу. Как командовал, руководил. Какая легкая я была для него, а он моим самым сильным мужчиной. Я вся горела, но долбанная разрядка так и не наступала.

— Блядь.

Бесило, что мысли сбивались. Что я не могу сама получить то, что в данный момент хочу. А нужен мне один взгляд на него. Поспешила вымыть голову и остальные части тела. Фото Ромки есть в моем телефоне. Оно поможет мне.

Перекрыв воду и надев халат, забежала в комнату принимаясь искать телефон в сумке. Но его не оказалось ни в одном из отделений. Ни в карманах грязных джинсов, ни в куртке. Долбаный мобильник, как сквозь землю провалился.

— Это пиздец. — Я закрыла лицо рукам, стараясь снова не заплакать. Какая ж я дура. Как могла? Всегда собранная, всегда внимательная, вдруг взяла и потеряла половину своей жизни.

Либо он выпал на кладбище из кармана, либо… я не знаю где его искать. Можно купить новый и симкарту восстановить, но фотографии нет. Целая галерея памятных и дорогих моему сердцу снимков. Многие по дурости не перенесла на компьютер. Придется завтра ехать обратно.

Не знаю, что меня больше злило или расстроило, но я под конец сломалась. Достала банан из холодильника быстро съев. Погасила свет и легла под теплое одеяло. За окном плясали тени от фонаря, а я, закрыв глаза снова очутилась в салоне авто с парнем, который меня ненавидит…

Роман

Дверь открылась прямо перед моим носом. Напрягся. Плана, как пройти к Арине ни в голове, ни в карманах не имелось. Готов был встретиться с раздраженным лицом вахтерши, но ошарашенные глаза женщины шатенки, и расползающаяся улыбка в узнавании в миг стянули весь груз с моих плеч. Шанс есть.

— Ромочка, дорогой. — Ей пришлось прикрыть рот руками от удивления. — Какими судьбами, да в столь поздний час? Да ты заходи. — Потянула меня за рукав кожаной куртки затаскивая внутрь. — Промок весь до нитки. Чай будешь? Сейчас чайник поставлю.

Как же мне фортануло ее встретить. Медленно выдохнул, осматриваясь по сторонам. Нина Михайловна умчалась в свою проходную кабинку клацнув по кнопке чайника. Нас разделяло стекло.

— Замерз?

— Ага. — Турникеты манили меня перепрыгнуть через них и мчаться на поиски Романовой, но куда именно? Общежитие казалось необъятным. Стучать во все двери в поисках своей Золушки? Так и сделаю, если комендантша общаги не выдаст мне точное местоположение. — Нина Михайловна? — Ласкового позвал. — Я чай не буду. — Состроил жалостливые глазки.

— Да, Ромочка? Почему? Как там папа? — Она вышла ко мне, оглядывая с ног до головы. — Возмужал. Такой высокий. Красивый, как отец.

— Я и был.

— Давно тебя не видела. Не заходишь совсем. Так, погоди. — Нахмурила брови. — Ночь на дворе. Пришел к кому?

Быстро закивал.

— Папа хорошо. — Ответил ей на один из вопросов, засунув руки в передние карманы джинсов.

— Девушка. Высокая. Блондинка. Красивая. Заходила передо мной. — Рукой замахал в сторону вертушки.

— Понравилась? — Заулыбалась пожилая дама, тряся перед моим лицом указательным пальцем. — По глазам вижу.

Облизав от волнения пересохшие губы выдал:

— Очень.

— Ариша Романова. Красивая девочка. Последний курс заканчивает. Перевелась к нам недавно. Очень скромная. Здоровается всегда.

— Да. Да. Она. — Затараторил, прервав старую знакомую. Еще немного и у меня от перевозбуждения и нервозности задергается глаз.

— Не пущу. — Сказала, как отрезала.

— Ну, теть Нин. — Всплеснул руками. — Пустите. Мне не до шуток. Обещаю вести себя очень хорошо. — Сложил ладони в умоляющем жесте.

— Почему без цветов, Аринин? Отец тебе не рассказывал про пути к сердцу дамы? — С укором посмотрела на меня. — И грязный весь. Не пущу. Езжай домой, а утром приходи. С цветами.

Бля. Вот заладила. Готов был уже сбежать и мчаться, как угорелый по коридорам, но мне нужен был хотя бы номер комнаты.

— Обещаю. Как только так сразу. Папе от вас привет передам. — Зашел с козырей. Отца моего она очень любила и уважала, как старого доброго друга.

Женщина засмущалась. По щекам пополз румянец.

— Ладно, негодник. В сто двадцать восьмой она. Живет одна. — Теть Нина снова скрылась в своей кабинке наливая кипяток в чашку.

А я, хоть и получил номер комнаты Арины, но спешить уходить не собирался. Наклонился к окошку.

— Ну, чего тебе еще? Иди давай. — Махнула рукой. — Иди. Пока не передумала.

— Теть Нин. — Прошелся пятерней по коротким волосам. — Мне было ключик от сто двадцать восьмой. В долгу не останусь. — Приложил руку к бешено бьющемуся сердцу.