Завершился наш шоппинг покупкой масла, сыра и нескольких отличных кусков мяса, курицы и рыбы. Я глянула на тележку. Интересно, а ведь Нэйлия наверняка закупала примерно столько же. И как только умудрялась дотащить до дома? Однако спрашивать я не решилась: уж слишком много вопросов задаю.

Тучи уже почти закрыли солнце, и очередной раскат грома прозвучал так угрожающе, что я невольно вскинула голову. Посетители рынка тоже то и дело поглядывали на небо. У продавцов на лицах появилась озабоченность.

— Госпожа, прошу прощения, не могли бы вы выбирать быстрее? — поинтересовался продавец, торгующий мясом, обращаясь к высокой женщине в чёрной накидке.

Я несколько раз слышала что-то про «непромокаемый купол». А интересно было бы глянуть, как они тут защищаются от дождя.

— Думаю, на сегодня всё, — прервал мои размышления голос мужа. — Можем идти к стоянке.

— Что же получается, когда польёт дождь, рынок придётся закрыть? — спросила я, послушно двигаясь следом.

— Каждый продавец наложит непромокаемый купол на свою палатку, — пояснил Адриэн. — Но, сами понимаете, весь рынок так не закроешь, поэтому покупатели и спешат быстрее разделаться с покупками и добраться до дома. И нам с вами тоже лучше поспешить.

Адриэн

И всё-таки мы не успели. Примерно на полпути к стоянке с неба упали первые крупные капли. Сильный порыв ветра сбросил с Элианны капюшон, и девчонка, смеясь, вернула его на место. Я старался идти как можно быстрее, но и давая ей возможность приноровиться к своему шагу.

Капли почти сразу же превратились в ливень. Мимо нас пробегали служанки, без стеснения подхватив подолы платьев. Кто-то визжал, кто-то смеялся, некоторые звали знакомых. Интересно, успела ли Мэдейлин управиться с покупками?

Я обернулся к Элианне: она почти бежала следом, одной рукой придерживая капюшон, который уже успел промокнуть, а второй пытаясь подобрать полы платья. И при этом продолжала весело смеяться. И что её так веселит?

Когда мы, наконец, оказались возле машины, оба уже основательно вымокли. У девчонки на лице появилась боевая раскраска из-за потёкшей косметики. Торчащий из-под накидки подол светлого платья уже грязный и мокрый, как и туфли.

— Быстро в машину, — приказал я, открывая дверь, и протянул руку, но девчонка с неожиданным упрямством отскочила и покачала головой.

— Сначала помогу вам выгрузить покупки, — непререкаемым тоном заявила она. Ну вот, узнаю настоящую Элианну: взбалмошную и упрямую. Которую так и хочется хорошенько так… утихомирить. Чтобы не осталось сил на пререкания.

— А потом будем лечить вас от простуды? — сурово спросил я.

Потемневшее небо озарила яркая молния.

— Да какая простуда, Адриэн? — воскликнула девчонка и снова залилась весёлым смехом. — Отличный, тёплый, летний ливень и…

Её последние слова заглушил мощный раскат грома.

— Хотите, чтобы я вас наказал за непослушание?

— Да пожалуйста, хоть сейчас! — Девчонка посмотрела вызывающе и показала мне язык.

Нет, она всё-таки забавная. И что делать? Ну не запихивать же её насильно в машину, в самом деле!

— Вечером — непременно, — мрачно пообещал я и направился к багажнику. Девчонка, подобрав подол, последовала за мной.

Я открыл багажник под отблеск молнии, за которой тут же последовал очередной оглушительный раскат грома. Элианна остановилась рядом, надвинув на лицо насквозь мокрый капюшон. Однако как только багажник открылся, шустро начала перекладывать туда пакеты из тележки.

— Там же мои конфеты, — заметила она, быстро забрасывая внутрь багажника сразу три пакетика из кондитерской палатки. — Если вы будете перекладывать их в одиночку, они промокнут.

— Значит, остальная еда вас не интересует? — поддел я, осторожно укладывая сбоку пакет с мукой.

— Интересует, — засмеялась девчонка, — но ей ничего не сделается. А вот сладости могут пострадать.

Я невольно усмехнулся. Иногда в Элианне вдруг просыпается самый настоящий ребёнок. И почему мне так легко в её присутствии?

— Конфеты уже в безопасности, так что бегите в машину, — приказал я, запихивая в багажник последние пакеты. — Давайте, давайте.

И подтолкнул Элианну пониже спины. К счастью, девчонка не стала спорить. Открыла дверь и начала забираться внутрь. Как же забавно она выглядит, когда так карабкается в салон. Однако воспитание не позволило долго наблюдать за её мучениями: я обхватил девчонку за талию, подсадил и захлопнул дверь.

Из ворот выбегали те, кто не успел вовремя закончить с покупками, и спешили кто к остановке дилижансов за углом, кто к машине. Я кое-как протиснулся мимо грузной служанки и вернул тележку на место. Всё, можно возвращаться к Элианне. Надеюсь, с ней за эти пару минут ничего не случилось. Надо быстрее ехать домой и запихивать девчонку в ванну. Не хватало ей ещё и в самом деле простудиться.

Когда я забрался в машину, рубашку вполне можно было выжимать. Девчонка сочувственно покачала головой. Сама она уже избавилась от накидки, оставшись в мокром платье, и стёрла с лица следы косметики.

— Вы совсем промокли. — Элианна озвучила очевидное и, протянув руку, зачем-то осторожно коснулась пальцами моей щеки и слегка провела по ней, словно стирая влагу. От этого нежного прикосновения тёплых пальцев что-то в душе отозвалось давно забытым ощущением уюта и заботы.

Лишь огромным усилием воли мне удалось не отшатнуться. Я спокойно повернулся и, приподняв брови, иронично глянул на Элианну. Она поспешно отдёрнула руку, переведя взгляд на окно, по которому потоками стекала вода.

— Не страшно. Можно подумать, вы сами остались сухой, — проворчал я. — Ведь говорил же: ждите в машине. Но нет, вам же никто не указ.

— Не ругайтесь. Вы и так обещали меня наказать. — Девчонка хитро сверкнула глазами.

Я поспешил отвернуться. Завёл двигатель и включил фары: не хватало ещё сбить какую-нибудь нерасторопную служанку. На всякий случай даже окно пришлось приоткрыть, потому что артефакты очистки стёкол справлялись с трудом. Медленно выехав со стоянки, я прикрыл его, потому что салон тут же начало заливать.

Элианна, откинувшись на спинку сиденья, смотрела вперёд и выглядела безмятежной и умиротворённой. Причёска растрепалась, и несколько намокших прядей прилипли к лицу. Я подавил желание протянуть руку и убрать их. Платье облепило тело так, что почти ничего не скрывает. Так, всё, нельзя отвлекаться от дороги.

Но, кажется, такой беззаботной я девчонку вижу впервые. Сегодня вообще всё идёт как-то не так. Элианна зачем-то наблюдала за тем, как я сплю, и даже плед поправила, сама приготовила завтрак… Что-то новенькое. А когда я понял, что травить меня она не собирается, стало даже немного стыдно за свою резкость.

Дождь, кажется, ещё усилился, и даже сквозь шум двигателя то и дело слышался гром. Девчонка слегка подалась вперёд, глядя на сплошную стену дождя.

— Может, лучше остановиться и переждать? — спросила она, заметив мой взгляд.

— Если вам страшно, то, пожалуй, могу съехать на обочину. Мы как раз проезжаем через пустырь.

— Мне не страшно. — Элианна пожала плечами, однако голос всё-таки её подвёл. — Просто… наверное, так безопаснее. Дорогу почти не видно из-за ливня.

— Говорите, что не страшно, а сами боитесь, — иронично хмыкнул я, осторожно начиная тормозить. — Помнится, вы собирались повеситься или утопиться, лишь бы не выходить за меня замуж. Полагаю, на болотах оказались именно по этой причине.

— Я ничего такого не помню. — Элианна на меня не смотрела. — Но теперь-то дело уже сделано.

— Ещё не до конца.

Я притормозил и медленно съехал к краю дороги. Вообще-то девчонка права: так безопаснее. Долгие годы мне было совершенно плевать на собственную жизнь, и если бы не желание отомстить, я бы давно сам свёл с ней счёты. Но бессмысленно рисковать девчонкой не стоит. При хорошем стечении обстоятельств она должна остаться жить.

Повернувшись назад, я нашёл глазами аккуратно сложенное на заднем сиденье одеяло, которым укрывалась Элианна в воскресенье. Надо было сразу сообразить… Перегнувшись назад, протянул руку и подцепил край одеяла. Подтянул к себе и развернул перед девчонкой.