— Не понимаю, — выдохнула. — Как такое возможно?

— Бред, — мрачно произнес Арсанов. — Если вы адвокат, выполняете последнюю волю. приехали сюда, чтобы вскрыть конверт с завещанием, то вы обязаны знать, кто именно оплатил ваши услуги.

— Нет. Почему же? — адвокат пожал плечами. — Все оплачивает частная компания. У меня контракт с ними.

— Что за компания? — моментально поинтересовался мой бывший.

Мужчина подал ему документы, в которые я и сама заглянула, но мало что поняла. Название компании никогда прежде не слышала. А судя по бумагам, это оказалась частная контора, исполняющая различные заказы.

— Вам будет полагаться неустойка, — прибавил мужчина. — Но точная сумма станет известна, лишь когда мы вскроем завещание.

— Вы издеваетесь? — резко бросил Давид.

— Нет, я абсолютно серьезен. Дело в том, что сложилась не самая приятная ситуация. Компания… хм, скажем так, они потеряли ваши документы. Это завещание должно было быть вскрыто примерно двадцать лет назад.

— Что? — обронила с изумлением. — Двадцать лет назад?

— Нет, вы точно издеваетесь, — подытожил Арсанов. — Таких задержек не бывает.

Мужчина развел руками.

— Это не моя вина. Все вопросы вы можете направить прямо в компанию. Так сложилось, что на тот момент они меняли офис. При переезде папка с вашими документами попала в архив. По ошибке дело отметили, как завершенное. И лишь недавно, при пересмотре старых файлов в архиве, было выяснено, что то самое завещание так и не вскрыли. Потому компания и готова выплатить необходимую компенсацию.

Двадцать лет прошло.

Возможно, это завещание от каких-то дальних родственников, которых я даже не знала?

— Подождите. А на чье имя завещание? — решила уточнить. — На мое? Или там указана моя мама?

— На вас. Здесь указано только ваше имя.

История становилась все более запутанной.

— Приступим? — спросил мужчина.

И опять посмотрел на Арсанова.

— Я должен присутствовать, — холодно произнес тот. — Ирина моя жена.

— Больше нет, — сказала я. — Давид, прошу, оставь нас наедине.

Он помрачнел.

А я слишком устала, чтобы затягивать спор. Хотелось поскорее разобраться с этим завещанием. Понять, кто оставил его для меня.

— Если тебе настолько не терпится узнать, что именно в этом завещании, то можешь посмотреть все по камерам, — бросила я.

— Ну уж нет, — криво усмехнулся Давид. — Подслушивать ваш разговор не собираюсь. Если ты решила, что я не должен знать, кто оформил эти документы, то я и правда оставлю вас вдвоем.

— Хорошо.

— Это твой выбор, Ира.

Он вышел. С грохотом захлопнул за собой дверь.

Недоволен. Ну и ладно. Это его дело.

— Начинайте, — обратилась к адвокату.

Он распаковал конверт. Начал зачитывать текст. Один документ за другим. А я слушала и не верила.

Это имя…

Незнакомое. Вот только.

В какой-то момент остановила адвоката. Забрала у него бумаги, начала сама вглядываться в строки.

Мама никогда не называла имени отца. Точнее… я была совсем маленькой, когда ее не стало.

Но теперь…

Сомнений быть не могло.

— Это же, — пробормотала. — Это мой отец!

— Да, — кивнул адвокат. — Судя по документам, все выходит именно так. Ваш отец оставил вам наследство. Здесь не так много имущества. Квартира. Счет в банке. Впрочем, с учетом набежавших за двадцать лет процентов, это уже совсем другая сумма. Гораздо более значительная. И не забывайте про неустойку от фирмы. Я попробую прибросить…

— Да какая разница сколько там? — оборвала его речь. — Папа… думал обо мне. Не забыл.

— Разумеется. Кстати, к завещанию прилагалось кое-что еще. Отдельный конверт. Специально для вас.

Он достал из своего портфеля другой конверт.

— Вот, прошу вас.

— А это…

— Полагаю, это письмо от вашего отца. Для вас. Вы должны были получить его после того, как его не станет.

Понятно.

Должна была получить еще двадцать лет назад.

— Папа…

Прошептала и сжала конверт дрожащими пальцами. Слезы навернулись на глаза. Смахнула их, подавила подступающие к горлу рыдания.

Хватит. Сейчас мне нужно было успокоиться, все прочесть.

— Хотите, чтобы я вышел? — вдруг поинтересовался адвокат.

Рассеянно мотнула головой, посмотрела на него. Настолько сильно погрузилась в собственные размышления, что едва ли замечала, будто в комнате помимо меня есть еще хоть кто-нибудь. Полностью ушла в собственные мысли и переживания.

— Да, — пробормотала. — Хотелось бы остаться наедине.

— Разумеется, прекрасно вас понимаю.

Сказав это, мужчина вышел.

— Буду ожидать вас снаружи, — бросил он, прежде чем прикрыть дверь.

Опять посмотрела на конверт в своих руках. Смешанные чувства переполняли меня изнутри, не позволяя мыслить трезво.

Все это было слишком неожиданно. Резко. Странно. И абсолютно непонятно. После стольких лет отец вдруг вышел со мной на связь.

Да. Это совсем не то, чтобы встретить его в реальности. Но лучше так, чем совсем ничего.

Осторожно открыла конверт. Пальцы не слушались. Извлекла сложенный в несколько раз листок, пробежала взглядом по строчкам.

Только в этот момент поняла, что слезы застилают мои глаза. Ничего нельзя было прочесть. Каждая буква плыла перед моим затуманенным взглядом.

Постаралась успокоиться, взять себя в руки.

Получилось не сразу.

И все же, наконец, я начала читать то, что написал мой отец. В горле стоял ком. Меня ощутимо потряхивало. Старалась держаться, но это было уже попросту нереально. Слишком много эмоций. Чувства накрыли меня в считанные секунды.

Да и как тут успокоиться, если папа обращается ко мне с того света?

Сколько же времени я провела, будучи уверенной, что моему отцу на меня глубоко наплевать. Что он бросил мою мать. Что возможно у него другая семья. Жена и дети, которых он действительно любит. Где-то там. Далеко.

Так утверждала моя тетка.

И хоть в глубине души я все равно не могла представить, что моя мама связалась с женатым человеком или с тем, кто просто использовал ее, а потом исчез, казалось все труднее отвергать очевидную реальность.

Факты упрямая вещь. И факты говорили о том, что отец действительно меня бросил. Меня и мою маму.

Но как же я ошибалась…

Чем дальше читала его прощальное письмо, тем сильнее в этом убеждалась. Мы с мамой были для папы важнее всего на свете. Всегда. И все, что он делал, было направлено на то, чтобы нас защитить, сберечь от опасности.

«Привет моя родная доченька, Ирочка,

Мама обещала назвать тебя именно так. Уверен, она свое слово сдержала. Имя мы выбирали вместе. Сейчас, когда пишу это письмо, ты только появилась на свет. Новости об этом получил не от твоей мамы. К сожалению, напрямую с ней не могу связаться. Запрещено. Но об этом позже.

Ира, моя любимая девочка, хочу, чтобы ты знала главное — ты и твоя мама — самое дорогое, что у меня есть. Если потребуется буду защищать вас обеих ценой собственной жизни».

Запрокинула голову назад, смахнула вновь набежавшие слезы ладонями. Некоторое время так и сидела, прикрыв лицо руками.

Тяжело читать…

Но я должна все узнать. Дойти до конца.

И я продолжила.

«Ира, боюсь, если ты читаешь это письмо, то меня уже нет на этом свете. Жаль, что я так и не увидел тебя. Только узнал, что ты родилась. Хотя это уже очень многое значит. Меня не станет. Но ты будешь жить. Будешь самой счастливой и самой любимой девочкой на свете. Даже не сомневаюсь в этом, ведь у тебя будет самая лучшая мама. Она сделает все, чтобы тебя защитить. Как и я».

Да, моя мама была именно такой. Но жизнь ее оборвалась слишком рано.

Папа об этом так и не узнал.

Теперь я могла лишь надеяться, что они вместе на небесах.

«Твоя мама — моя первая и единственная любовь. Да. В этом я уверен. Вообще, я не мастер красивых слов. Всегда выбирал действия, но сейчас такой момент, что хочу не только оставить тебе свое имущество, но и… поговорить. Как бы странно это не звучало.