Леон выглядел отстраненным.

— На выход, — продолжила я.

Он двинулся вперед будто робот.

Жуть.

И если так влиять на всех людей? Нет, нет. Пароль никто не должен узнать. Никогда. Это слишком серьезная информация.

Мороз пробегал по коже, как только стоило представить, что за последствия могут быть, если такая информация попадет к плохим людям. А плохих людей много. Кто бы не захотел использовать нечто такое себе на пользу? Начать можно с благих целей. Начать и не остановиться. До разного дойти.

Леон открыл дверь. Мы вышли из белой комнаты и двинулись по темному коридору.

Здесь все выглядело старым, заброшенным. Особенно сильно этот контраст ощущался на фоне идеальной комнаты, из которой мы только что вышли.

— Куда ты меня ведешь? — спросила, крепче сжимая прибор.

— На выход, — сухо бросил Леон.

Но далеко пройти мы не успели.

Послышалось какое-то странное шипение. А дальше я обернулась и заметила клубы дыма. Они появлялись словно отовсюду. И сверху, и снизу. И со стороны стен.

Запах. Странный запах теперь витал здесь.

— Это ты? — резко спросила Леона.

Тот покачал головой.

— Нет.

— Тогда что это?

— Не знаю, но…

Он застыл на месте. А потом резко повалился вниз. Растянулся передо мной на полу.

Сюда пустили газ.

Я попробовала закрыть нос рукавом кофты. Дышать так. Но вряд ли бы это сильно помогло.

В горле скребло, перед глазами все расплывалось.

Сделала усилие, чтобы толкнуть ближайшую дверь. Хотела закрыться в комнате, но эта комната уже была наполнена знакомыми серыми клубами.

Меня начало тянуть вниз.

Я больше не могла сопротивляться.

Возможно, процесс замедлился благодаря той гадости, которой Леон вырубил меня прежде. Но полностью защититься от газа не удавалось.

Я медленно сползла на пол.

Последнее, что видела — высокая темная фигура приближалась ко мне. Мужчина в маске.

Монах?

Очнулась от головной боли. Затылок раскалывался.

Я с трудом открыла глаза. Знакомое место. Но пришлось приложить усилие, чтобы вспомнить.

Мне кажется? Снится?

Да, это точно сон.

— Как ты себя чувствуешь, Ира? — послышался голос Давида.

Кровать спружинила под тяжестью его веса.

Бывший муж присел рядом со мной. Поправил мою подушку.

— Может болеть голова, но это быстро пройдет, — сказал он. — Извини, но нам пришлось использовать газ, чтобы пройти в бункер.

— Что? Бункер? — закашлялась.

— Воды? — спросил Давид.

— Да, пожалуйста.

Он подал мне стакан. Наверное, только в этот момент я и поняла, как сильно у меня в горле пересохло. Выпила все залпом, попросила еще.

— Газ безвреден, — продолжил Давид. — Но может вызывать тошноту или головную боль.

— Где Леон?

— В полиции, — ответил бывший муж, внимательно глядя на меня. — Он рвался давать показания против себя.

— Неужели?

— Странно, да?

— Видимо, совесть не давала покоя.

— Леон не похож на того человека, которого терзает совесть, — усмехнулся Давид.

— Наверное, ты не все про него знаешь.

— Как тебе удалось так повлиять на него?

Я молчала.

В свете того, что я узнала от Леона, можно было довериться Давиду. Он сделал все, чтобы защитить нас и детей, но между нами оставалось столько недомолвок, что довериться ему сейчас на полную я все-таки не могла. Что-то внутри мешало.

У нас было не так много времени для откровенных разговоров. Хотя Давид мне прямо говорил, что делал все для защиты семьи.

Но…

Кто может учесть абсолютно все?

Наших детей похитил один из его конкурентов. Тот человек был еще связан с этими экспериментами по воздействию.

А что могло произойти в будущем?

Сегодня Давид победил, убрал всех врагов. Но что ждет нас завтра?

Да тот же Леон. Он всегда казался мне неприятным, мутным, но я не могла бы подумать, что он дойдет до такого.

А если бы я не обнаружила пароль в квартире отца? Если бы письмо не дошло до меня? Если бы я просто что-то в этом письме не поняла?

Это все могло обойтись слишком дорого. Безумно дорого.

Мозг «заботливо» нарисовал картинку. Как я стою в кабинете Давида над его бездыханным телом.

Или здесь. В нашем доме. В нашей спальне.

Да, это был тот самый дом, где мы жили после свадьбы. Столько светлых воспоминаний связаны с этими стенами. Но тяжелые воспоминания тоже никуда не пропали. Именно отсюда Давид выгнал меня с детьми.

Он заботился о нас. Защищал. Но он также слишком сильно погряз в мире криминала.

— Ты сказал что-то про бункер, — посмотрела на него снова.

— Лаборатория располагалась в бункере.

— Лаборатория?

— Леон тебе не рассказал?

Лгать не хотелось.

— Леон рассказал мне так много, что я уже совсем запуталась.

— Ира…

— Ничего не хочешь мне объяснить?

— А ты? — он усмехнулся. — Никогда раньше не видел Леона таким. Как ты смогла его настолько сильно впечатлить?

— У всех свои таланты.

— Не доверяешь мне? — прямо спросил он.

— А должна доверять? После всего?

Что-то внутри надломилось. Наверное, я просто устала бороться. Вообще, устала от всего.

Слезы подступили к глазам. Горло сдавило.

Наверное, так выходил стресс, пережитый в обществе Леона. Все-таки не каждый день меня похищают такие психопаты.

— Твой друг планировал захватить мир, — заметила и посмотрела в глаза Давида.

— Бредовая идея.

— Уверен?

— Леон помешался на старых разработках. Но… не хотел признавать очевидное. Проект закрыли, потому что влиять на человека подобным образом невозможно. Все исследования не принесли никаких видимых результатов.

Он достал из кармана прибор, который был мне уже слишком хорошо знаком. И меня невольно передернуло.

— Ира, тише, — улыбнулся Давид. — Этим прибором можно только голос менять. Никто тебя не зазомбирует.

Он нажал на кнопку. Ту самую.

— Теперь ты узнаешь меня? — спросил голосом Монаха.

Точнее — механическим голосом.

При активации с паролем прибор работал совсем иначе. Но никакого кода не последовала. Лампочка не загорелась.

— Не узнаю, Давид, — тихо ответила я. — Извини, но я хочу побыть наедине с самой собой. Подумать обо всем.

На меня навалилась чудовищная усталость. Даже не физическая, скорее уж моральная.

Получается, все это время Давид выдавал себя за Монаха? Защищал нас.

Теперь вся ситуация открылась совсем с другой стороны, и я не понимала, что с этим делать, как на происходящее реагировать.

Было тяжело…

Однако долго оставаться в комнате не собиралась. У меня не было никакого права сейчас расклеиться. Первым делом нужно было увидеть малышей.

Как они там? Без меня?

Я привела себя в порядок и вышла из комнаты. К счастью, почти сразу столкнулась с горничной в коридоре, и она подсказала мне куда пройти.

Малыши в детской комнате были не одни. С ними находился Давид. И было даже как-то удивительно наблюдать за тем, как они поладили.

Странно, однако Артур принял Арсанова, хотя изначально был настроен против него намного больше чем Антон или Анюта.

— Мама! Мама! — закричали дети, увидев меня, бросились вперед.

Вообще, они не сразу меня заметили, были слишком сильно увлечены игрой с отцом. Что-то кольнуло в груди, пока я наблюдала за открывшейся мне картиной.

Это хорошо, что Давид сумел найти общий язык с детьми. Особенно после такой долгой разлуки, после того, как несколько лет они вообще его не видели.

Но с другой стороны — как же горько было от того, что у нас украли столько лет вместе. Лет счастья. Любви.

Хотя кто знает, как бы сложилась жизнь, если бы мы тогда не расстались?

Однако от осознания того, сколько вокруг нас зла, причем до сих пор, мне стало холодно внутри.

Леон вел себя как настоящий психопат.