— Не бойся поговорить со мной обо всем, что тебя волнует или пугает. Уверен, смогу успокоить и избавить тебя от страхов. Только не молчи, Алина. Я должен знать, если в какой-то момент тебе станет некомфортно со мной.

— Обещаю озвучить, если что-то пойдет не так.

— Рассчитываю на это. Продолжим. — Богдан снова вернулся к моей анкете. — Порка, бондаж, кляпы, вибраторы, пробки… — перечислял он мои предпочтения. Я тут же ярко представила, как Богдан меня связывает или затыкает рот кляпом… Мгновенно я почувствовала возбуждение. Все практики, где стояло мое «да», он пролистнул, останавливаясь на пунктах, рядом с которыми я указала неуверенное «возможно». — МЖМ, передача власти, публичность. — Богдан провел носом вдоль моей скулы, склонился к уху. — Есть где разгуляться.

Я судорожно облизнула губы. Тело, едва успев расслабиться, снова напряглось и возбудилось еще сильнее, когда картинки озвученных пунктов промелькнули в голове.

— Там написано «возможно». Это значит почти «нет». — Давала я заднюю собственным фантазиям.

— Я сделаю так, что твое «возможно» станет почти «да».

Не сдержавшись, я все же сжала бедра. Не думала, что обсуждение моей анкеты может быть таким возбуждающим. Не теряя времени, Богдан включился в нашу игру, настойчиво утягивая меня за собой в этот порочный мир.

— Думаю, прямо сейчас я хочу получить свое стоп-слово.

У моего уха раздалась тихая усмешка.

— Уже так хочется меня остановить?

На самом деле нет. Сейчас я наоборот хотела, чтобы Богдан продолжал. Мое тело точно жаждало продолжения, начиная изнывать. Но все же нам нужно все обсудить, прежде чем мы начнем играть.

— Нет, не хочется, но это помогло бы мне чувствовать себя с тобой более уверенно.

— Прямо сейчас твоя неуверенность не мешает тебе наслаждаться происходящим. — От Богдана не скрылись мои реакции, и это заставило меня нервничать чуть сильнее. Как будто я вся была у него на ладони. Хотя мне самой не хотелось сильно раскрываться перед ним, но от меня как будто бы этот момент не зависел. — Будем использовать стандартные слова-сигналы: зеленый — спокойно продолжаем, желтый — мы достигли твоих пределов или близки к этому, красный — немедленно остановить происходящее.

Такой вариант меня полностью устраивал.

— Хорошо.

— Есть что-то, что ты не указала в анкете, но хотела бы мне рассказать?

На некоторое время я задумалась, прокручивая в голове любую информацию, которая может быть важна для нашего взаимодействия.

— У меня аллергия на ибупрофен. — Это может иметь значение, если Богдан решит использовать обезболивающую мазь после порки.

— Понял. — Он переместил руку с моего горла чуть ниже, останавливаясь над грудью. Тело хотело более откровенных прикосновений, но Богдан никуда не спешил, медленно разжигая во мне огонь на этой ступени. — Что-то еще?

— Больше на ум ничего не приходит.

— По моей анкете у тебя есть вопросы?

Я заставила себя сосредоточиться.

— Думаю, нет. — Анкета Богдана была хорошо составлена и не требовала уточнений. — Но у меня есть вопрос другого плана. Как ты хочешь, чтобы я к тебе обращалась?

— Хозяин. На время сессий я твой Хозяин, девочка.

— Хозяин, — повторила я, наделяя это слово особым смыслом.

К Нему я обращалась иначе. Господин. И сейчас была рада, что Богдан настаивал на ином обращении. Мне хотелось избежать любых напоминаний о прошлом опыте, начать с чистого листа насколько это было возможно.

— Ты предохраняешься?

— Нет.

— Будет удобнее, если начнешь. Я здоров, но для твоего спокойствия могу сдать анализы.

— В этом нет необходимости. Я тебе верю.

— Останешься сегодня у меня?

Я понимала, что сегодняшняя наша встреча вряд ли ограничится только разговором и, придя сюда, так или иначе, была готова к сексу. Все во мне было настроено на Богдана. Меньше всего мне хотелось сейчас от него отстраняться.

— Да, Хозяин. Останусь.

— Сними трусики.

Вот так резко мы перешли к самому захватывающему.

Все еще стоя к Богдану спиной, я ощущала растущее волнение. Оно растекалось по венам, проникая в каждую клетку тела. Мне нравилось это состояние. Нравилось, когда возбуждение и нервозность шли рука об руку. Тесно переплетаясь, они создавали волшебную смесь, заставляли чувствовать себя по-особенному. Ваниль мне такого дать не смогла.

Богдан отошел от меня. Больше я не ощущала его тела, но продолжала чувствовать на себе горячий взгляд. Медленно выдохнув, я потянула подол платья выше, оголяя бедра. Подцепив белье, я медленно сняла его. Сердце билось о ребра как безумное. Развернувшись, я посмотрела на Богдана.

— Я подержу. — Он забрал у меня трусики и засунул в карман брюк. Под его взглядом я чувствовала себя беззащитной, и без белья это ощущение усилилось в разы. — Сядь на стол.

Градус нашей встречи стремительно повышался. Не сводя глаз с Богдана, я подчинилась.

— Покажи мне себя.

Я снова собрала платье на талии, оголяя бедра, и медленно развела ноги шире. Едва Богдан коснулся взглядом моих половых губ, низ живота прострелило. Горячее возбуждение увеличило количество смазки. Сладкое томление, острое желание полностью вытеснили ставшее лишним смущение. Ему просто не осталось места.

— Нравится сидеть на моем столе, Алина?

Богдан меня не трогал, только смотрел, а я чувствовала себя так, будто в этот самый момент мы занимаемся сексом физически.

— Да, Хозяин. Очень.

Он сократил расстояние между нами и оперся ладонью о стол. Другой рукой обхватил мою ногу и медленно повел от колена выше. Чем ближе он подбирался к тому месту, где я больше всего хотела почувствовать его руку, тем жарче мне становилось.

— Хочу узнать, как ты кончаешь. — Костяшкой указательного пальца Богдан провел по моему лобку, останавливаясь в миллиметрах от нужной точки. — Собираюсь изучить тебя всю.

Бедра напряглись. Я ждала. Он не двигался. Прозвучавшие слова подбросили поленьев в бушующий внутри меня огонь, вынуждая его разгореться еще сильнее. Продолжая смотреть мне в глаза, Богдан коснулся половых губ. Горячая волна прокатилась по телу, оставляя после себя россыпь мурашек. Едва он надавил пальцем на клитор, я тихо простонала и непроизвольно закрыла глаза, на мгновение чувствуя облегчение. Но очень скоро этого уже не было достаточно.

Снова посмотрев на Богдана, я мысленно умоляла о продолжении. Наблюдая за мной, он усилил нажим, заставляя задыхаться от желания почувствовать больше. Сдвинувшись на столе, я вжалась в ладонь Богдана.

— Такая нетерпеливая мне досталась девочка.

Его голос обволакивал. Прикосновения плавили. Пожар внутри увеличивался.

— Простите, — судорожный выдох, — Хозяин.

Облизнув пересохшие губы, я постаралась вести себя сдержаннее, хотя все внутри меня умоляло послать все к черту и просто насадиться на его пальцы.

— Я поработаю над твоей выдержкой, — пообещал он.

В каждом действии Богдана чувствовалась спокойная уверенность, в которой мне хотелось раствориться. Ощущение долгожданной власти надо мной пьянило. Несколько лет я уговаривала себя, что все это мне больше не нужно. Самообман. Нужно. И очень сильно.

Истосковавшееся по ощущению мужской власти тело изнывало, сгорало изнутри. Я пыталась сдерживать стоны, но быстро бросила это бесполезное занятие, полностью отдаваясь умелым ласкам. Напряжение сковало тело. Каждый нерв как натянутая струна. Низ живот объяло огнем.

В поисках необходимой опоры, я уткнулась лбом в плечо Богдана.

— Можно я кончу, Хозяин?

— Не так быстро. — Он чуть замедлил движения, ослабил нажим, заставляя поманивший меня приятными ощущениями оргазм отступить. — Потерпи немного.

Хотелось простонать от отчаяния, но я сдержалась. Прикусив губу, я боролась с собой, стараясь обуздать неумное желание получить разрядку.

Богдан продолжил изощренно мучить меня, наращивая давление и темп. Подводил к черте, но не давал ее пересечь. Томил в ожидании. Заставлял изнывать и снова просить разрешения.