— Кончай.

Получив долгожданное разрешение, я со стоном выдохнула. У меня не сразу получилось расслабиться. Тело было сильно напряжено из-за многочасовой потребности сдерживаться. Но больше я не опасалась нарушить приказ. Продолжая резко врезаться, Кирилл причинял мне боль, смешанную с долгожданным удовольствием. Через несколько мгновений я задрожала под ним, переживая мощнейший оргазм. С ним они всегда были такими сильными, сносящими с ног, разрушительными…

До боли сжимая мою грудь ладонями, Кирилл в очередной раз за вечер кончил и отстранился. Я вся была в его сперме, пропиталась ею. Ему нравилось помечать меня. А я с ума сходила от подобной порочной близости. Обожала, когда его было много, пусть и таким образом.

Собрав остатки сил, я сползла с кровати и, встав на колени, поцеловала его ладонь.

— Спасибо, Господин. — Я всегда благодарила его за доставленное удовольствие. Благодарила за наказание, за уроки воспитания. За все благодарила. Так он меня воспитал и позже я делала это уже не потому что должна, а потому что ощущала внутри такую потребность.

Кирилл засунул мне в рот два пальца. Я тут же откликнулась, начиная их облизывать. Всегда с готовностью я делала для него все, что он хочет. Ему даже не нужно было приказывать. Я научилась считывать его желания по взгляду, по движению бровей. Всегда была настроена на него. Кирилл вращал пальцами, поочередно надавливая то на небо, то на язык. Действовал расслаблено и уверенно. Мое тело принадлежало ему. Он делал со мной все, что хотел.

— Сука моя. — Он протолкнул пальцы глубже, надавливая на корень языка, вызывая рвотный рефлекс. Ему нравилось всячески доводить меня до грани. Он не упускал ни одного способа воздействия, постоянно раздвигая мои границы, от которых спустя время уже почти ничего не осталось. — Мокрая отчаянная сука.

Я готова была для него быть кем угодно, главное продолжать ощущать на себе его внимание, угождать ему, знать, что он все еще мой Господин. Этого мне было достаточно, о большем и не мечтала.

Кирилл вытер мокрые пальцы об мои волосы и сев в кресло, закурил. Не в силах держаться от него на расстоянии, я подползла к нему и расположилась у его ног. Скоро он скажет, что на сегодня закончил со мной, и значит, мне придется без лишних разговоров сразу уйти. А мне очень этого не хотелось и пока у меня оставалось несколько минут до этого момента, я спешила насладиться его близостью перед очередной разлукой.

— В среду я уезжаю в Казань на неделю и хочу, чтобы ты поехала со мной.

Неожиданное приглашение вызвало внутри мгновенную радость. Впервые Кирилл сделал мне подобное предложение. И я отчаянно желала поехать с ним. Счастье бурным потоком заполнило душу. Провести целую неделю с Кириллом, быть с ним днем и ночью, засыпать и просыпаться рядом с ним. О таком я даже не мечтала. Но в следующую секунду радость сменилась горьким разочарованием. Сердце тревожно сжалось.

— Но… у меня ведь работа… Я не смогу… — произнесла я тихо и неуверенно. Отказывать Кириллу было физически тяжело. Все во мне сопротивлялось этому. Я всегда старалась ему угодить. Слова «нет» не было даже в мыслях. Всегда только «да» и ничего кроме этого. Я привыкла к такому положению вещей.

Кирилл сбил пепел с сигареты прямо на пол и, бросив на меня равнодушный взгляд, снова затянулся. Его молчание давило на меня, заставляло нервничать и переживать о том, что я неспособна дать моему Господину то, в чем он нуждается. А я всегда стремилась быть для него идеальной нижней, боялась его разочаровать. Мозг тут же начал искать доступные варианты.

— Я возьму отпуск, Господин. — Хотя прямо сейчас у меня было напряженное время. Много проектов в работе, запланированы встречи с заказчиками, но все это мгновенно отодвинула на задний план перспектива провести целую неделю с Кириллом. Столько времени вместе мы ни разу не были. Все, что мне перепадало, это несколько часов наедине. Иногда Кирилл позволял мне остаться на ночь. Времени с ним мне всегда было катастрофически мало.

— Хорошая девочка. На сегодня можешь быть свободна.

В понедельник первым делом, как только пришла на работу написала заявление на отпуск за свой счет.

— Здравствуйте, Хозяин. — Я стояла в холле, прислонившись к стене, и с улыбкой смотрела на Богдана. Мы неделю не виделись. И это внезапно оказалось слишком долгим сроком врозь.

— Заждался тебя, девочка. — Он сложил руки на груди, так же внимательно изучая меня.

— Пробки, — пожала я плечами, объясняя свое опоздание.

Я не делала попытки приблизиться к Богдану. Просто смотрела на него, не в силах отвести глаза. Очень соскучилась по нему и поэтому тихо впитывала его близость, наслаждалась вниманием, которого мне так не хватало все эти дни.

— Так и будешь там стоять?

Оторвавшись от стены, я зашла в квартиру. Богдан помог мне снять плащ. На мне было тонкое шерстяное платье, обнажающее плечи и мои ошейники. Последнее было единственным, что позволяло мне ощущать присутствие двоих мужчин. Пусть один из них и был сейчас далеко, но так или иначе продолжал незримо присутствовать рядом.

Богдан прижал меня к своей груди. Откинув голову ему на плечо, я закрыла глаза. Долгие мгновения мы не двигались. Крепко прижимая меня к себе, он водил носом у моего виска. На время стерлись все правила, все роли, что мы на себя взяли. Мы были просто мужчиной и женщиной, которые соскучились друг по другу…

Мы переместились в гостиную. Я сидела у Богдана на коленях и обнимала его за шею, перебирая пальцами короткие волосы на затылке. Он поглаживал меня по спине.

— Ты сегодня очень тихая.

— Соскучилась сильно. — Я теснее прижалась к нему, желая получить максимум его тепла. И Богдан давал мне желаемое, крепко удерживая в объятиях. Повинуясь порыву, я поцеловала его. Через секунду отстранилась и запоздало спросила, — можно, Хозяин?

— Не останавливайся, девочка. — Он обхватил меня за шею, побуждая продолжить начатое.

Я посасывала его губу, лизала язык, целуя медленно, почти осторожно. В этот момент я чувствовала особенную нежность к Богдану и старалась выразить ее через поцелуй. Меня разрывало от потребности быть к нему ближе, хотелось раствориться в нем… Перехватывая инициативу, Богдан усилил давление на мою шею. Я отдавалась настойчивым и в то же время нежным прикосновениям. Сильная энергетика окутывала, проникала под кожу, питала меня…

— Что-то не так? — Спросил он, продолжая водить носом вдоль моей скулы.

— Непривычно, что мы только вдвоем. — Я поглаживала пальцем вену на его руке. Я привыкла, что мы постоянно втроем. И сейчас наша близость без третьего участника ощущалась неполной.

— Скучаешь по нему?

— Да… Мне его не хватает.

Богдан продолжал обнимать меня и вдруг сжал так сильно, что на секунду стало трудно дышать. Обхватив за шею, я положила голову ему на плечо, вдохнула запах. Присутствие Богдана немного глушило тоску по Зорану. Не до конца, но этого хватало, чтобы держаться.

Несколько минут мы не двигались. Богдан не разжимал рук. Я тоже не желала отстраняться. Как два магнита намертво приклеились друг к другу. В нашу тихую близость вмешался звонок телефона.

— Да, Зоран, — принял Богдан вызов.

Я вся обратилась в слух. Мы созванивались с Зораном днем, но этого мне не хватило. Короткий разговор лишь разбередил душу и усилил тоску.

Затаив дыхание я, не отрываясь, смотрела на Богдана. Я слышала голос Зорана в динамике, жадно ловила каждое слово.

— Алина с тобой? Не могу до нее дозвониться.

— Со мной. На видео переключись.

Богдан развернул на меня экран, и теперь я могла видеть Зорана, а он меня. Его волосы были немного взъерошены, на губах улыбка, две верхние пуговицы его синей рубашки были расстегнуты. Он выглядел расслабленным. На заднем фоне звучала приглушенная музыка, разговоры, смех.

— Здравствуй, Алина.

— Здравствуйте, Хозяин.

Зоран вставил сигарету в рот и щелкнул зажигалкой. Я не сводила глаз с экрана, всматриваясь в знакомые черты. Скользила взглядом от глаз, по линии носа, к губам и обратно.