А теперь, приготовьтесь.

Согласно местным канонам, женщины, родившие сына, почитаются больше тех, кто рожает девочек.

Парадокс, да?

Вроде бы женщина почитается чуть ли не как богиня, а в приоритете всё равно те, кто рожает пацанов!

Но меня взбесил не этот факт, а другой: если женщине повезёт умереть раньше мужа, то будет ей вечный почёт и уважение. Посмертно, ага.

Если же женщина останется вдовой, то вместе с мужем уйдёт и уважение и благополучие: она станет изгоем в собственной семье настолько, что по обычаю ей даже нельзя есть за столом с домочадцами!

Мол, это она не уберегла своего благоверного. Из-за недостаточной любви её муженёк и откинул копыта, точнее, хвост и ноги.

Явно этот писака законов для женщин был обиженным на них.

Понимаете моё возмущение?

А теперь смотрите, что придумали для воинов!

Воины — это прямо отдельная каста. Уважаемая.

Кто бы сомневался.

Воины здесь занимаются исключительно военными делами, при этом превосходное оружие им выдают, доспехи тоже, лошадей и слонов им предоставляют, ухаживают за животиной слуги. Воины только сражаются, ну или тренируются, ещё несут караул, если назначали, охраняют вождя, дворец, а всё остальное время ведут беззаботную жизнь. Клан платит им хорошее жалованье, на которое без проблем и лишений они и живут.

Воином быть почётно.

Отбор проходит жёсткий, даже жестокий. Но тут понятно, кому захочется содержать вялый кусок дерь… нага или человека.

Но как я говорила ранее, особых военных конфликтов в мире не было, и нет. Наги стараются решать любые вопросы на начальном уровне при помощи переговоров.

Но воинов всё равно тренировали, совершенствовали техники ведения боя. Создавали новые магические заклятия. И это делалось не против своих же, а против тех, кто вдруг пожелает вторгнуться в их мир и завладеть им.

Хотя, среди нагов были и те, кто всласть увлекался тёмной магией и вызывал из тени страшных существ, например, кшасов. С созданиями тени тоже нужно было уметь сразиться.

Такие вот дела.

И мне теперь стало понятно, почему проводятся в кланах рассветные игры. Это своего рода шанс заполучить исполнение заветной мечты.

Но не в моём случае.

Зато мне понравился тот факт, что ни слова не сказано, кто может быть воином. Нет ни слова, что это может быть только мужчина.

Вот тут на моих губах и расплылась коварная улыбка.

— Александра-

Когда у меня в голове начал складываться примерный план действий, который очень и очень не придётся по нраву ни Сандару, ни всем остальным мужам этого мира, в библиотеку и конкретно ко мне точно вихрь ворвалась запыхавшаяся Эша.

— Вот ты где! — воскликнула нагиня, усаживаясь в одно из кресел напротив меня. Она смотрела на меня с укором и обидой.

— Что? — вздёрнула я одну бровь.

— Ты не будешь участвовать в рассветных играх! — обиженным ребёнком произнесла амина и надула губки. — Это несправедливо, Александра!

Пожала плечами и сказала:

— Несправедливо подвергать невинных людей и нагов страшной участи. Как оказалось, моя кровь может сотворить настоящий апокалипсис во время состязаний. Знаешь, вряд ли ты мне тогда скажешь спасибо.

Намёк Эша поняла и опустила взгляд в пол.

— Да. Я всё понимаю… — произнесла она убитым голосом.

Я раздражённо вздохнула.

Она вскинула на меня несчастный взгляд и прошептала:

— Но что же делать? Мой любимый не отступит!

Я возвела взгляд к потолку и досчитала до десяти. Потом посмотрела на девушку и произнесла спокойно:

— Эша, а почему ты не доверяешь своему возлюбленному? Он мужчина — раз. Воин — два. Не собирается отступать, наоборот, желает победить и явно верит в свои силы. Это три. В чём проблема?

Эша задумалась и потом грустно ответила:

— Ты не понимаешь, Александра. Испытания очень сложные и пройти их практически невозможно. Давно уже не было победителей и я боюсь, что Шехар проиграет… О повторном участии несколько лет можно и не мечтать. Игрокам даётся шанс раз в десять лет. Десять лет, Александра! Меня за это время выдадут замуж за другого! Я не хочу за того, кого выберет отец!

И столько гнева и ярости было в её словах, что мне в голову закралась одна мысль.

— Эша, дорогая, а сажи-ка мне, ты действительно любишь этого своего неблагородного нага Шехара из Клана Риши?

Я даже подалась чуть вперёд, чтобы наблюдать за её реакцией.

— Что за вопрос? — тут же взвилась Эша. — Конечно, я его люблю! А он любит меня!

Она недовольно впилась в меня взглядом и явно гневалась, так как из-под верхней губы показались острые клыки и тут же промелькнул раздвоенный язык.

Злится. Но на кого? На себя или на меня?

И я решила задать ей несколько вопросов, которые, однажды, в годы моей юности, точнее, полового созревания, задал мой отец.

— Если ты его любишь, то, значит, знаешь своего возлюбленного, как саму себя, — произнесла я и Эша согласно кивнула.

Я коварно улыбнулась, помня себя в юные годы, полную важности и непоколебимого упорства, а также веры в то, что он — моя единственная любовь до гроба. А вот Эша, скорее всего, мотивируется не влюблённостью, а злостью на местные порядки. Она желает выбирать сама будущего супруга. Вот и выбрала первого попавшегося или же, он выбрал, запудрив юной нагине мозги своей «любовью».

Нет, Эша — красавица! Но… не верю я в любовь этого Шехара. В желание подняться по социальной лестнице — да, а в любовь к амине — нет.

Хотя, вдруг я ошибаюсь?

— А он знает всё о тебе, — добавила я.

— Александра, мы любим друг друга, и я знаю, что мы — истинная пара! — выдохнула с лёгким раздражением амина и добавила: — Отец даст разрешение на обряд только в случае победы Шехара на играх и когда он попросит меня у отца. А так… А так Шехара ждёт страшная участь.

Тем более, если всё несерьёзно и это только увлечение, а также бунт, то следовало бы неправильные отношения прекратить.

— Тогда скажи мне, какой любимый цвет Шехара? — спросила Эшу.

Нагиня удивилась моему вопросу. Сначала хмыкнула, потом нахмурилась, глядя на меня как на врага народа, затем задумалась и произнесла озадаченно:

— Не знаю…

— Ладно, это самый простой вопрос, — улыбнулась понимающе и спросила дальше: — Тогда какое его любимое блюдо? Любимый фрукт, любимое время года? И какими видами оружия владеет?

Эша долго смотрела на меня, замерев памятником самой себе, а потом, словно очнувшись, как от пощёчины, прошипела:

— Я знаю, на что ты наталкиваешь меня, глупая сссмертная! Я люблю его, ясссно?

— Ясно, ясно, — вздохнула я и улыбнулась ей печально со словами: — Какие подарки вручил тебе твой возлюбленный? Должен был подарить нечто такое…

— Я дарила ему, — оборвала меня амина. — Шехар не делал мне подарки из соображений безопасности и чтобы не опорочить мою честь!

Боже! Что за бред!

— И ты реально поверила? — удивилась наивности Эши. — На первый взгляд ты умная девушка.

Эша сложила в недовольстве руки на груди и сказала:

— Это ничего не значит, Александра! Я всё равно знаю, что мы…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Истинная пара! — закончила за неё. — Слышала уже, повторять не нужно. Лучше проверь своего ненаглядного. Подошли к нему какую-нибудь хорошенькую служанку, посмотришь, чем дело кончится.

— Сколько в тебе наглости! — опешила Эша. — Да как ты можешь даже предполагать, что мой Шехар неверен мне!

Я развела руками.

— Просто проверь. И если я ошиблась, то…

— То ты встанешь передо мной на колени и попросишь прощения! — тоном истинной принцессы заявила Эша.

Я коварно улыбнулась, на все сто уверенная в своей интуиции и сказала:

— Идёт. Но в случае моей правоты, ты поможешь мне в одном деле.

— В каком? — насторожилась Эша.