И я рискнул.

Вместо того чтобы отступить, подпрыгнул, пропуская свистящее древко под собой. А едва приземлившись, рванул вперёд. Этот крошечный шанс позволил мне выскочить на дистанцию удара.

Я выбросил меч в колющем выпаде, вкладывая в него весь свой вес. Целился в незащищенный бок под ребра.

ВЖИК!

Орк оказался быстрее, чем я рассчитывал. Его звериные рефлексы сработали безупречно. Он неуклюже, но весьма эффективно отшатнулся. Мой клинок лишь распорол кожаную ткань его жилета и оставил на пепельной шкуре длинную, кровоточащую царапину.

Громила зарычал сквозь стиснутые зубы, бросил копье и, не давая мне развить успех, встретил меня коротким ударом ноги.

Удар получился мощным, словно лошадь лягнула. Я успел подставить локоть, но меня всё равно отшвырнуло назад. Из лёгких вышибло весь воздух и я проехался спиной по земле.

Всего мгновение, и надо мной уже нависла тень. Орк торжествующе оскалился, глядя на поверженного врага сверху вниз.

— Жаль, — с искренним сожалением прохрипел он, сплёвывая в сторону. — Никто не видеть… Склиг побеждать человек.

— Никто? — эхом отозвался я, чувствуя, как страх уступает место ледяному спокойствию.

Его слова стали ключом, с щелчком отворившим замок. В голове всё мгновенно встало на свои места. Этот бой начался с подлого удара из темноты. Ни один орк не решился бы на такую низость, знай он, что за ним наблюдают соклановцы. Позор из-за обвинений в трусости для них страшнее смерти. А теперь он сам подтвердил то, на что я мог лишь надеяться.

Мы здесь были одни. Вокруг нас ни души.

А значит, мне больше не нужно сдерживаться и скрывать свои силы.

Воздух между нами завибрировал. Свет появившейся сциллы озарил его изумлённую физиономию, застывшую в гримасе суеверного ужаса.

Орк открыл рот, но не успел издать ни звука.

Я вскинул ладонь и почти в упор полностью разрядил руну «плоти».

Серия сухих хлопков слилась с влажным хрустом. Десяток костяных спиц мгновенно превратили лицо здоровяка в кровавую маску, густо ощетинившуюся белыми шипами.

Склиг отшатнулся назад, словно наткнулся на невидимую стену.

Его пальцы, ещё мгновение назад сжимавшие оружие мертвой хваткой, вдруг предательски дрогнули и разжались. Копьё выскользнуло из ослабевшей руки. Сначала тяжёлый наконечник с глухим звоном клюнул каменистую землю, а следом в пыль безвольно легло и само древко.

Великан пошатнулся. Его ноги вдруг стали ватными. Он сделал неуверенный шаг назад. Затем ещё один, пытаясь вернуть равновесие.

В абсолютной тишине орк медленно, словно во сне, поднял руку к лицу. Он не кричал и не хрипел. Его скрюченные пальцы судорожно потянулись к костяному частоколу, пытаясь нащупать и вырвать страшные шипы, чтобы избавиться от раздирающей боли.

Ослеплённый, он несколько раз судорожно схватил воздух перед собой. Но пальцы лишь беспомощно сжимали пустоту. На новой попытке рука замерла в воздухе, дрогнула и плетью рухнула вниз. Следом за ней сдалось и тело.

Бум.

Орк рухнул на колени, на долю секунды застыл, словно монумент, и тут же мешком повалился вперёд мордой вниз.

Раздался сухой, тошнотворный треск, похожий на звук ломающегося валежника.

Земля довершила то, что начала магия рун. Часть костяных игл под весом туши переломилась, разлетаясь белыми осколками, но остальные, самые прочные, с влажным хрустом вошли ещё глубже, пробивая череп насквозь и ставя в нашей схватке жирную, кровавую точку.

Я хотел встать, но попытка подняться закончилась неудачей. Мир качнулся, и меня повело в сторону. Голова закружилась так, словно меня ударили кузнечным молотом. Резкое, почти мгновенное опустошение руны не прошло бесследно.

Я снова повалился на спину, жадно глотая прохладный воздух. Глядя в чёрное небо, где между редкими облаками проступали холодные звезды, горько усмехнулся.

Какая ирония. Я берег стихию «тени», чтобы сохранить силы на случай затяжной драки, а в итоге, вложил весь резерв в один убойный залп. И истощил себя куда сильнее. Сейчас, пока организм боролся с магическим откатом, меня мог бы спеленать даже тощий гоблинский юнец.

Впрочем, лежать долго мне не пришлось. Хвала богам за их мудрость в балансе при создании рун. Спустя каких-то пять минут дурнота отступила. Ноги всё ещё гудели, но я смог встать.

Прежде чем уйти мне требовалось вновь «накормить» руну.

Я подошел к трупу Склига.

Сил, чтобы вырвать позвонок совсем не осталось. Пришлось поработать мечом.

Спустя пару минут, весь перемазанный в крови, я уже заметал следы. Повсеместная разруха в лагере сыграла мне на руку. Чтобы скрыть убийство просто оттащил тяжелую тушу орка в сторону и завалил её грудой обгорелых досок и мусора. Если специально не приглядываться, то вполне обычная куча хлама.

Главное, что руна «плоти» была вновь заряжена. И на этот раз качество «материала» превосходило все ожидания. Плотная кость орка это не хрупкий скелет гоблина. Я чувствовал, что теперь смогу сформировать десяток костяных игл куда крупнее и прочнее прежних. Такие почти наверняка пробьют не только плоть, но уже даже лёгкую броню.

Оперевшись на меч, позволил себе задержаться ещё немного, чтобы поразмыслить.

Всё обдумав, я пришёл к неутешительному выводу. За шатром учителя следили. Орки предугадали, что попытаемся сбежать. Чтож вполне логично с их стороны.

Но это означало, что возвращаться мне нельзя. Категорически. Те, кто остался в дозоре, видели, как за мной ушёл Склиг. Если вернусь один, без «конвоира», это мгновенно вызовет подозрения. Наблюдатели поймут, что что-то пошло не так, и это может спровоцировать их на немедленную атаку.

— Арах! — выдохнул я, когда меня пронзила страшная догадка.

Если Склиг пошел за мной, то кто-то мог пойти за Полуухим.

Сердце пропустило удар. Без Араха не будет лошадей. А без лошадей мы далеко не уйдём.

Впрочем, я заставил себя успокоиться и рассуждать трезво. Паника это плохой советчик.

Да, слежка была несомненной, но, если подумать, то нападение Склига всё-таки выглядело как самодеятельность. Иначе я не мог придумать ни одной веской причины почему меня атаковал одиночка.

Не похоже это на часть плана Драала.

А значит… по всему получалось, что в первую очередь им нужен старик. Дальше додумывать и углубляться в размышления не стал. Мне нужно было спешить.

Даже если Полуухому ничего не угрожает, он наш единственный шанс. Ведь я не мог вернуться к шатру, не выдав себя, а значит, перехватить гоблина на обратном пути это единственный способ передать учителю предупреждение о засаде.

Я накинул на плечи плащ, снятый с мертвеца, и натянул капюшон на самый нос. Ткань была тяжелой и грубой, но теперь в темноте я вполне сойду за хобгоблина.

Подхватив снова завернутый в тряпку меч, я растворился во мраке и быстрым шагом направился к коновязи, надеясь, что ещё не слишком поздно.

Несмотря на спешку, искушение подобраться к нашему шатру и провести разведку было велико. Хотелось своими глазами увидеть, сколько именно своих «гончих» Драал спустил с цепи, где они засели и, главное, чем вооружены. Знание врага это уже половина победы.

Однако я вовремя одёрнул себя. Риск был неоправданным, да и время работало против меня. Если меня заметят раньше времени, то весь план побега рухнет. Пришлось довериться интуиции и действовать вслепую.

Накинув капюшон поглубже, я обогнул жилище учителя по широкой дуге, стараясь держаться в «мёртвых зонах».

Араха я обнаружил довольно быстро, неподалёку от временной коновязи. Гоблин стоял возле пляшущего на ветру костра и о чём-то яростно спорил с двумя крупными фигурами. Даже издалека было видно, что собеседники превосходят его в габаритах минимум на голову. Хобгоблины.

Чтобы не выдать своего присутствия, мне пришлось замереть за нагромождением ящиков на приличном удалении. Поэтому их слов я разобрать не мог. Ветер уносил обрывки фраз в степь, но язык тела говорил не менее красноречиво.