Теперь, когда он знал, что Делора находится в столь уязвимом и хрупком состоянии, он больше не отходил от неё ни на шаг. Его вожделение почти испарилось, вытесненное тревогой за неё.

— Хорошо. — Она одобрительно кивнула. — Отведи её в деревню Демонов и купи необходимые вещи. Они ей понадобятся.

— В деревню Демонов? — пробормотал Орфей с оттенком беспокойства. — Не будет ли это плохой идеей прямо сейчас?

Она насмешливо фыркнула:

— Она слаба только сейчас. Через несколько дней она будет сиять как ни в чем не бывало. Лучше отвести её туда, пока она чувствует себя лучше, чем когда её живот станет огромным и тяжелым. Она теперь Фантом. Она может идти с тобой в этой форме.

— Хмм, — промычал Магнар, поднеся когти к морде и постукивая по ней. — Я уже думал о том, чтобы отвести её туда, ведь так ей никто не сможет навредить.

— Именно. Но ты должен поспешить. Через две недели это станет слишком рискованно. Чем больше срок беременности, тем труднее ей будет удерживать призрачную форму долгое время.

— Я отведу её, когда ей станет лучше.

Ведьма-Сова кивнула и направилась к выходной двери, закончив разговор, хотя у Магнара всё ещё оставалось множество вопросов, на которые только она могла ответить. Она всегда была такой.

Когда она ушла, Магнар повернулся к Орфею с тяжестью в груди.

— И как мне, черт возьми, объяснить всё это Делоре?

— Понятия не имею, — ответил тот, подняв руку и пожимая плечами. — Я знаю об этом не больше твоего.

Ну и что мне теперь делать? — подумал он с ворчанием.

Глава 23

Делора чувствовала на лице брызги тяжелых дождевых капель; Магнар бережно нес её в своих длинных руках. В таком положении она лежала лицом к небу, не в силах укрыться от дождя, который казался ледяным на её разгоряченной коже.

Голова всё еще невыносимо кружилась, и каждый размашистый шаг Магнара заставлял её подпрыгивать в его руках. Это бередило желудок, в котором еще оставалось немного еды — ровно столько, сколько она смогла впихнуть в себя перед уходом из дома Орфея.

Поверх её тела громоздились горшок с рагу, сверток одежды, который Орфей отдал Магнару, и три пары обуви для неё.

Она прижимала вещи к себе, боясь что-нибудь уронить, но в теле не было сил. Даже дыхание давалось с трудом, время от времени вырываясь из груди болезненными, дрожащими хрипами.

— Что со мной, Магнар? — попыталась крикнуть Делора, но голос был совсем слабым. К тому же, был риск, что он не услышит её за стеной непрекращающегося ливня.

Дождь создавал вокруг них постоянный шум «ша-а-а», ударяясь о землю, а каждый шаг Магнара сопровождался хлюпаньем луж под копытами.

— Мы поговорим об этом, когда будем дома, — ответил он, не отрывая взгляда от тропы.

С тех пор как он вернулся после разговора с Ведьмой-Совой и Орфеем, Магнар отказывался смотреть на неё — ровно до того момента, когда подхватил её на руки, чтобы нести домой. И с тех пор больше не взглянул ни разу.

Он сообщил ей, что идти через Покров под дождем безопасно, так как вода смывает их запахи. Ливень также заглушал звуки, а туман был гуще, чем она когда-либо видела. Сейчас, если не подойти вплотную, они были практически невидимы.

— Пожалуйста, — пробормотала она, отплевываясь от воды. — Я хочу знать.

Усталость накатывала волнами. Она думала о том, что, когда они вернутся, она, вероятно, уснет сразу же, как только он её положит, невзирая на мокрую одежду.

Когда он не ответил, она подняла руку — настолько осторожно, насколько могла, чтобы ничего не уронить с груди, — и обхватила ладонью его морду, пытаясь повернуть к себе.

Он раздраженно фыркнул, как ей показалось, и тряхнул головой, заставляя её отпустить руку. Делора нахмурилась, стараясь скрыть обиду, и убрала ладонь.

— П-прости, что я плакала, — сказала Делора, и её голос дрогнул. — Пожалуйста, не сердись на меня.

Голова Магнара резко повернулась, и он посмотрел на неё сверху вниз.

— Я не сержусь на тебя, — быстро проговорил он.

— Но ты даже не смотришь на меня.

По крайней мере, не смотрел до этого момента. Её взгляд лихорадочно бегал по костяным чертам его черепа.

— Трудно видеть дорогу. Я боюсь споткнуться, когда ты у меня на руках, — ответил он, снова устремив взгляд вперед. — Я… я не привык так долго идти прямо, держа в руках что-то столь ценное. — его руки сжались вокруг неё чуть крепче. — Я боюсь уронить тебя из-за дождя.

— О-о, — выдохнула она, и её веки дрогнули в знак понимания. Она снова перевела взгляд на вещи, лежащие у неё на животе, чувствуя, как волна облегчения смывает тревогу. — Но ты избегал меня несколько дней.

Она не видела его глаз, но поняла, что они сменили цвет, потому что мягкое свечение вокруг его черепа стало красновато-розовым.

— Я ранил тебя, — произнес он мрачным тоном. — Я злился на себя за это, и всё же я хотел… — он тряхнул головой, не договорив, но Делора подумала, что он, должно быть, хотел сказать «хотел коснуться тебя снова». — Но я начинаю понимать, что причинял тебе боль и своим отсутствием тоже. Ты нездорова, и это сейчас важнее всего; это помогает мне сосредоточиться на том, что я должен делать.

Вспыхнул фиолетовый свет, его когти слегка впились в её тело, но сияние быстро померкло, и глаза снова стали зелеными.

— Я позабочусь о тебе.

— От чего ты будешь меня лечить? — настаивала Делора, глядя на него. — Что со мной не так?

Она почувствовала, как он внутренне съежился — его тело словно инстинктивно пыталось свернуться вокруг неё, будто он хотел опустить её на землю и сбежать в тень. Тем не менее, он продолжал идти вперед, упорно храня молчание.

— Человек заслуживает знать, что с ним происходит, когда спрашивает, Магнар. Я знаю, ты хочешь подождать до дома, но это неведение заставляет меня нервничать.

Они шли уже, должно быть, не меньше часа, и она не знала, сколько еще осталось. С каждой минутой глаза слипались всё сильнее, и она понимала: чем дольше это тянется, тем скорее её сознание поплывет. Дождь был холодным и не давал ей окончательно отключиться. Она хотела объяснений сейчас, пока еще была в состоянии соображать и помнить разговор.

— Я не знаю, как сказать тебе об этом и не расстроить, — признался он честно. — Рея заставила меня почувствовать, что это что-то плохое. Я не хочу, чтобы тебе было грустно или чтобы ты злилась на меня. — она увидела, как свечение его сфер стало синим. — Я не хотел, чтобы так вышло, Делора.

Она почувствовала, как пульс участился, и ей стало еще жарче.

— Что ты со мной сделал? — когда ответом снова стал лишь качок головы, её сердце забилось еще неистовее. — Я… я постараюсь не злиться на тебя.

— Я сделал тебя создателем. Или нас обоих — создателями. — Он опустил взгляд и увидел, что она в замешательстве качает головой, нахмурив брови. — Ведьма-Сова сказала, что внутри тебя от меня растет жизнь.

Её губы приоткрылись в недоверии.

— Ты хочешь сказать, что я беременна?

Он смотрел вперед сквозь дождь, капли которого стекали по его черепу. Ответ последовал не сразу:

— Да.

Вещи у неё на груди прижались плотнее, когда Делора порывисто приложила ладони к животу.

— Как это возможно? — спросила она саму себя. — Я человек, а ты Сумеречный Странник. Мы не должны были…

— Но ты больше не человек. Ты Фантом. Я сделал тебя такой же, как я.

Она подняла глаза на свою душу, парящую между его рогами, и её осенило. То, что я отдала ему душу, сделало нас совместимыми? Она снова посмотрела на свой живот и впилась в него ногтями.

— Я буду матерью?

Хотя её глаза и так были полны дождевой воды, она поняла, что теперь к ней примешались слезы — они были теплыми. Она была благодарна, что Магнар, кажется, этого не заметил, иначе он предположил бы худшее.

Но вместо ужаса, гнева или разочарования, которые могли бы возникнуть у любого другого человека в её ситуации, Делора впервые за долгие годы почувствовала трепет радости.