Помимо Рейза, ее услышали и остальные.

— Вы как парни? Можете двигаться? — спросила Нэрри.

— Что они дали нам за зелье? — злился Канмин. — Я не чувствую своего дракона.

Нэрри невольно опустила глаза на его ширинку.

— Куда ты смотришь? — прошипел Канмин.

— На дракона, — закатив глаза съерничала Нэрри и лучезарно улыбнулась Ашару.

Канмин что-то прошипел в ее адрес и поднялся.

— Нужно уходить отсюда, — прочистил горло Айс. — Я знаю отсюда выход.

— Тебя здесь держали в плену? — спросила Лика поняв голову от плеча Шакала.

Айс лишь сухо кивнул.

— Нам нужна королева, — жестко сказал Шакал.

— И найти оружие, — встал на ноги Ашар.

— Там пять убитых ящеров, — махнула Иви рукой на алтарь, — и у них есть что позаимствовать.

Внезапно стены буквально потряс поистине сверхъестественный крик, совершенно непохожий на все, которые они слышали раньше, это был вопль, полный жажды мести и обещания ответных страданий…

Все обменялись тревожными взглядами.

— Что это? — воскликнула Нэрри.

— Королева, — раздался низкий, мужской голос с идеальным произношением арионского языка.

Охотник неуклонно приближался в их сторону.

Иви чувствовала напряжение, исходящее от всех парней. Рейз инстинктивно задвинул ее себе за спину.

— Кто ты? — спросил он.

От охотника не прозвучало ни слова.

В груди Иви застыл вдох. Она не знала, чего ждать от него и сильно испугалась.

Стражи выстроились в ряд, молча взирая на незнакомца в железной маске и, каждому было не по себе от его пронзительного, горящего черного бездонного взгляда.

На границе.

— Ну наконец-то! — лидер южной резервации Кавер Старк поднялся из-за стола навстречу вошедшему в его шатер командиру второго отряда Литану Мэйси.

— Войско ниг'ассов приближается, — мрачно отрапортовал Литан.

— Сколько? — спросил Кавер.

— Около трех тысяч пеших и сотня на ездовых жак'ассах. Из них примерно пять сотен в хорошем доспехе с длинными копьями. Остальные экипированы хуже. С ними на цепях серые твари.

— Сколько у нас времени?

— Они близко. Сутки. Не больше. В любом случае, я оставил несколько стражей, которые сообщат нам о каких-либо изменениях.

— Ясно, — мрачно произнес Кавер потирая лицо ладонями.

В шатре повисла гнетущая тишина.

— Нам придется принять бой, — наконец ответил он и поднял голову. В его глазах читалась уверенность и готовность стоять до конца.

— Мы примем бой, — тихо, но твердо сказал Литан. — Кавер… как думаешь, они… живы?

— Главное, чтобы оставались живыми и вернулись, — и у лидера поникли плечи. — Остается только верить в это.

Литан кивнул и покинул шатер.

Лидер Кавер Старк тихо выругался. На нем лежал груз ответственности всех принятых решений. Он позволил друзьям отправиться на опасную миссию, рискуя жизнями и пожертвовать собой, если придется. Ноша на его плечах стала такой тяжелой, что почти вгоняла в землю. Ему пришлось сделать сложный выбор. И сколько еще таких решений ему придется принять? Но на кону стояли жизни людей и судьба мира Арион. Он знал, что до окончания войны еще не раз придется сделать выбор. Следовательно, он не мог позволить себе быть слабым.

Обуздав скверное настроение, Кавер вышел из шатра и прошелся по лагерю, успокаивая и поддерживая людей. Он видел, как они расслабляли плечи, слабо улыбались и кивали ему.

Он обогнул шатер и услышал спор между Тарой и Леоном. Тара стояла, уперев руки в бока, и сердито смотрела на Леона, который изо всех сил старался сдержать смех. Затем они обменялись едкими репликами, после чего Леон схватил ее и поцеловал. В стороне парни из первого и второго отрядов весело смеялись над шутками Слеша. Неон, сохраняя невозмутимость, внимательно слушал речь Джинкса, а тихий и всегда погруженный в свои мысли Форс сидел на земле и что-то вырезал из дерева ножом.

Кавер с гордостью наблюдал за своими бойцами. В любой ситуации они оставались сильными и не теряли боевого духа. Их лица, озаренные внутренним светом, излучали доброту и благородство. Прекрасные, сильные, верные и преданные, они всегда смотрели на него с непоколебимой уверенностью, являя собой образец самоотверженности и боевого товарищества. Это были лучшие воины, на которых он мог положиться в любой ситуации.

Щемящая боль в душе Кавера была настолько сильной, что, казалось, перешла в боль физическую. У него словно жгло сердце. Он не мог допустить, чтобы хоть один из них, будь то парень или девушка, погиб в этой войне.

Каверу казалось, что сердце его разорвется от боли. Вдруг он почувствовал, как по всему телу разливается тепло, и — словно вспышка в мозгу.

Кайли. Его обожаемая супруга, спутница жизни, его пара, его — душа, которая всегда рядом, несмотря на любые испытания. Она будет рядом с ним всегда и везде.

Он поднял голову к небесам и прошептал:«Вернитесь живыми». Его мысли были обращены к тем, кто в этот момент находился в зале для жертвоприношений.

Все замерли.

Казалось, прошла вечность, прежде чем руки охотника поднялись, и он резко снял маску.

— Упфр…!!! — в ошеломленной тишине раздались непонятные восклицания Нэрри.

Глаза Лики и Иви расширились. Ни что не могло их подготовить к его облику. Не было слов, чтобы описать этого… охотника.

Они не могли отвести взгляд от загадочного существа: ни ящером, ни человеком его не назовешь, это воплощение самой тьмы. Его лицо, точнее, темная кожа, напоминала высохшую, потрескавшуюся землю — как корка древнего глиняного сосуда, испещренная глубокими трещинами. Казалось, его сущность обожжена неведомым пламенем. Под глазами тянулись размытые тени с красными прожилками, похожими на вены.

Глаза существа были бездонными колодцами тьмы. В них не было привычного блеска, но они таили что-то живое и пугающее. Взгляд проникал насквозь, стремясь проникнуть в самые глубины подсознания и извлечь на свет самые сокровенные страхи.

А на лбу у него изображен символ — пентаграмма, заключенная в круг. Знак выглядел выжженным или начертанным кровью, словно печать.

В целом его облик завораживал и одновременно пугал. Он вызывал ассоциации с некромантом, демоном или древним стражем, охраняющим тайные знания.

Иви не могла отвести от него взгляд. Чем дольше она смотрела, тем сильнее охватывал ее страх. Казалось, она застыла на долгие часы, не в силах дышать. Сердце бешено колотилось, руки невольно сжали локоть Рейза. Липкий, противный ужас, как ледяной холод, медленно полз вдоль спины. Хотелось забиться в темный угол, закричать: «Чудовище!» — и бежать, не оглядываясь.

Но она не могла этого сделать.

Один лишь его взгляд подчинял своей воле всех вокруг. В его черных, бездонных глазах горел опасный огонь, и Иви осознавала: он без труда мог бы убить. Это было ясно по тому, как он без колебаний расправлялся с ящерами, демонстрируя свою хладнокровную жестокость.

Охотник также долго изучал их, прежде чем прервать затянувшееся молчание.

— Не стоит сильно пугаться меня.

— Да что вы говорите… мы не испугались, — нервно усмехнулась Нэрри, пытаясь скрыть внутреннее напряжение. — Вы просто нас поразили, оставив неизгладимое впечатление на всю жизнь.

— Весьма польщен, — ответил он. И не поймешь — он серьезно воспринял слова или произнес с иронией?

Все снова замолкли, разглядывая охотника, а он их.

— Мое имя — Арэн Дэс, Первый Демарх Гильдии Охотников.

— В нашем мире точно нет Гильдии Охотников, — невозмутимо высказал Рейз.

— Я не из вашего мира, — невозмутимо ответил он.

— Ну это мы уже поняли, — пробормотала Нэрри впечатленная обликом чужака.

— Рейз Нортон, командир первого отряда стражей южной резервации мира Арион, — представился Рейз, проявляя уважение, как это сделал чужак. Все же именно он спас его жену и ее подруг, а также сражался, чтобы освободить их. Если бы чужак хотел их убить, то сделал бы это незамедлительно, когда они еще лежали прикованными на жертвенных плитах.