— На хрена⁈ — рыкнул я. — Я его уже взял!

Игнат лишь ухмыльнулся.

Я оглянулся на людей. Они вжались в угол, отвернулись, обхватили головы руками, зажмурили глаза. До того были напуганы, что ничего не видели.

По сути, только я видел, как он добил преступника.

Камеры наблюдения в зале бандиты повредили.

И тут раздался стон. Я обернулся. Бородатый мужик лежал на полу и истекал кровью. Когда шёл обмен выстрелами, его зацепило.

Бандиты лежали мертвые, третий, тот который Коршун, судя по всему, тоже не жилец, где-то там наверху Пантелеев его прикончил.

— Всё, — сказал я, поднимаясь. — Всё позади.

Шагнул и сморщился от боли в боку.

— Свободны! — крикнул я и открыл дверь.

Люди ринулись к выходу.

В зале остался только бородатый. Я подскочил к нему, оторвал кусок ткани от рубашки, прижал к ране.

— Держите. Сейчас вам окажут помощь. Врача сюда! Скорее!

Я выскочил на крыльцо. За оцеплением дежурила скорая.

Через минуту в здание вбежали двое врачей с носилками. Следом за ними спешил Степаныч.

— Ну что? Три бандита. Три трупа. Молодец, Фомин, молодец! — он подошел ко мне и похлопал по плечу.

— Это не я. Всех убил новенький. — я посмотрел на Игната. — Причём одного он добил уже тогда, когда тот был обезврежен. Теперь нам не с кого брать показания. Неизвестно, кто за этим стоит. А кто-то точно есть. Уверен, что эти три дебила сами до такого бы не додумались.

— Теперь уже не узнаем, — ответил Степаныч.

Я снова посмотрел в сторону Игната.

Новенький, конечно, наломал дров. Но при этом вовсе не был взволнован или как-то даже встревожен. Будто не убил только что троих, а за хлебом сходил. Хотя нет, буднично это тоже не выглядело. Я прищурился, оценивая его: взгляд, позу.

Было ощущение, что он красовался. Плечи расправлены, походка неспешная. Будто хотел что-то показать, доказать всем окружающим.

— Странный он, Степаныч, — буркнул я. — ППСник, а работал, как спецназ.

— Не знаю, — пожал плечами Степаныч.

— Зато я знаю, — ответил я, но дальше тему не стал развивать.

Не к месту пока говорить, что уже пробил его, вернее, Иби пробила: никаких горячих точек он не проходил, даже в армии не служил, сразу после школы поступил в академию МВД.

— Слушай, Фомин, — понизил голос Степаныч, — следаку из комитета не говори, что этот павлин стрелял после того, как ты обезоружил головореза. Понимаешь, это превышение. Под уголовку подтянуть могут парня. Он хоть и мудак, это по взгляду видно, но наш теперь, получается, отделовский…

— Понимаю, — ответил я. — Бандитов не жалко, конечно, но ведь можно было избежать жертв. Один из гражданских пострадал.

Я вспомнил, как уже договаривался о машине.

— Я готов был сесть за руль. Они просили водителя, с условием, что это будет женщина. Можно было вытащить людей.

— Где ж мы тебе добровольца-бабу за пять минут нашли бы? — пожал плечами Степаныч. — Может, и к лучшему, что всё так обернулось.

— Не попробовали — не узнали бы.

Игнат стоял невозмутимый. Ни тени эмоции на лице. А на крыльце уже появились репортёры. Судя по всему, они давно были где-то тут, просто прятались по кустам. И вот теперь работники прессы накинулись на вышедшего из торгового центра Пантелеева и наперебой лезли к нему, пытаясь взять интервью. А он охотно рассказывал, как велись переговоры сотрудником, который отвлекал, а сам он в это время героически обезвредил преступников и освободил заложников.

А вечером это показали в новостях.

Показали не только Пантелеева. В кадре появился генерал-лейтенант Кольев. Вот так неожиданность.

— Сотрудник, который сегодня героически освободил заложников, — вещал генерал, — входит в научно-исследовательскую программу «Селена». Проект «Селена» призван мобилизовать физические и интеллектуальные навыки сотрудников посредством улучшения когнитивных способностей с помощью особых приборов.

Я смотрел на экран, не отрываясь. Вон оно что! Пазл потихоньку начал складываться в моей голове.

— Я не буду сейчас рассказывать тонкости, — говорил генерал в камеру, — честно говоря, не обладаю такими узкоспециальными познаниями, чтобы донести всё максимально корректно. Но могу сказать одно: положительный результат налицо. Лейтенант Игнат Романович Пантелеев сегодня это наглядно продемонстрировал.

Он выдержал паузу.

— Теперь я буду ставить вопрос перед руководством о запуске в серию этого проекта.

— Скажите, Александр Андреевич, — спросила репортёр, — можно нам узнать чуточку подробнее, в чём заключается суть проекта? Правильно ли я понимаю, что это что-то вроде гипноза или нейролингвистического программирования? Простите мою некомпетентность, но представить это сложно.

Кольев чуть усмехнулся.

— Я думаю, что это знать широким массам пока не обязательно, это информация для служебного пользования, — ответил он. — Всё будет доведено до вас позже через пресс-службу МВД и в рамках дозволенного. Зрители и все граждане узнают о проекте «Селена».

Он развёл руками.

— Сейчас я не уполномочен раскрывать все подробности. Но вы сами сегодня наглядно увидели проект в действии.

Генерал посмотрел в объектив.

— Надеюсь, мы сможем многих сотрудников страны, сотрудников МВД, наделить такими способностями и навыками. Не каждого, разумеется, но значительную часть личного состава. Конечно, впереди дополнительные научные разработки и наблюдения. Пантелеев у нас первый. Для демонстрации его возможностей я уже связался с руководством. Согласовано проведение презентации его способностей. На такое мероприятие будут допущены гости и журналисты. Всё будет освещаться в средствах массовой информации.

Он говорил спокойно и уверенно, будто речь шла о выпуске нового приказа, а не о создании чего-то куда более опасного.

— Вот как! — воскликнула журналистка. — Презентация — это очень интересно. А в чём её суть?

Генерал выдержал паузу, словно придавая вес этим словам.

— Лейтенант Пантелеев пройдёт ряд испытаний на глазах у зрителей и прессы. Он продемонстрирует, что без многолетней специальной подготовки способен действовать в экстремальных условиях и выполнять особые задачи.

Он кивнул в сторону Пантелеева, стоявшего неподалёку.

— Речь идёт о демонстрации навыков — от владения огнестрельным оружием до физической силы и выносливости. Однако, как вы понимаете, я не могу раскрывать все карты. Пусть это останется интригой. Думаю, зрителям и вам лично это понравится.

— Спасибо, Александр Андреевич, — сказала журналистка.

Камера переключилась на неё.

— Уважаемые зрители, мы будем следить за развитием событий и за дальнейшей разработкой МВД «Селена». Уже сейчас многие специалисты и критики пророчат проекту большое будущее. И мы ещё раз благодарим нашего сегодняшнего героя — Игната Романовича Пантелеева.

Она сделала паузу, голос стал серьёзнее, она прижала руку к наушнику.

Пауза.

— К сожалению, поступила информация, что один из заложников, получивший ранения в ходе операции, только что скончался в больнице, — проговорила журналистка.

Камера вновь выхватила лицо генерала. На долю секунды на нём мелькнуло раздражение, будто что-то пошло не по плану.

Он отмахнулся, мол, бывает, и репортаж тут же закончился.

Я выключил звук.

Теперь я уже не сомневался. Пантелеев и Кольев связаны. Еще и Еремеев, как говорится, с ними в товарищах.

— Егор, — сказала Иби, — я, кажется, расшифровала двойственность Пантелеева.

— И в чём же она заключается?

— Я поняла, в чём секрет. В нём действительно живёт нечто…

— И кто же это?

— Моя сестра. Моя противоположность. Демон, если можно так сказать. Антипод. Им удалось воссоздать проект. Это Селена.

Я спустился в подвал нашего здания ОВД, где размещалась патрульно-постовая служба. Большинство из сотрудников ППС, конечно, несли службу на улице, но некоторые административные вопросы решались и в помещении. А так как кабинеты второстепенным службам у нас распределялись по остаточному принципу, то им достался подвал.