Я уже довольно долго для опера сидел в кабинете. Делал вид, что изучаю сводку, листал бумаги, водил ручкой по полям. На самом деле я общался с Иби по поводу генерала Кольева.

— Егор, я на него тут нашла кое-что, — сообщила напарница.

— Говори.

— Кольев Александр Андреевич. В конце девяностых проходил службу в одном из управлений, связанном с международным взаимодействием. В тот период в отношении него проводилась служебная проверка. Поводом стали контакты с представителями американских военных советников, которые официально проходили по линии совместных программ. По служебным документам ничего такого: обмен опытом, консультации, рабочие встречи.

Она сделала короткую паузу и продолжила.

— Однако в ходе проверки всплыли неформальные контакты. Частные встречи, телефонные разговоры вне протокола, передача аналитических материалов, которые не входили в утверждённый перечень. Хотели возбудить дело. Проверяли долго. Прямых доказательств сотрудничества с иностранными спецслужбами, однако, найдено не было.

— И что в итоге? С него сняли подозрения? — уточнил я.

— Да. Формально сняли. Он был полностью реабилитирован на службе. Проверку списали в номенклатурное дело. Материалы убрали в архив. После этого его карьера даже пошла вверх. Причём… резко. Я просматриваю документы — назначения следовали одно за другим. Должности тут отмечены всё выше. Егор, знаешь, что я думаю?

— Хотел бы знать, — коротко подбодрил ее я.

— Это коррупционный фактор. Складывается ощущение, что в этот момент у него появился серьёзный покровитель.

Иби замолчала на секунду, а я подумал, что она давно уже не просто база данных. Она понимает нас и делает выводы именно по-человечески.

Оставалось надеяться, что мы с ней из-за этого не потеряем преимущество.

— Тебе не кажется это странным? — задала она мне тем временем следующий вопрос. — Обычно, если на репутацию ложится пятно, дальше карьера закрыта.

— Думаешь, он сейчас как раз и работает на иностранные спецслужбы? — спросил я. — Вернее, с тех самых пор?

— Не исключено, — ответила Иби. — Либо он удобен тем, кто заинтересован в подрыве системы изнутри.

— Кому ещё надо подрывать правоохранительную систему в нашей стране? — пробурчал я. — Только тем, кто здесь не живёт и жить никогда не будет. Похоже, тут ФСБшников подключать надо.

— С этим нужно аккуратно. У него связи во всех структурах и на всех слоях власти, — сказала Иби. — Вот смотри.

Перед глазами всплыли изображения.

— Здесь он здоровается за руку с помощником президента. Вот здесь — на закрытом банкете. Вот на заседании совета безопасности. В общем, без твёрдых доказательств и улик тебе никто не поверит.

— Да, согласен, — задумчиво произнёс я. — И как же его подловить, интересно…

Я откинулся на спинку кресла.

— Сегодня, кстати, кражи надо отрабатывать еще. Несколько электросамокатов стырили свободным доступом, уже серия получается. И при этом ещё МВД спасать. Прямо разрываюсь, Иби.

— Самокаты можно сгрузить на Эльдара и Игоря, — подсказала Иби. — Ты теперь старший опер. Можешь им давать задания.

Я оглядел кабинет. Было тихо, только кулер жужжал в системнике.

— Игорь на смене, — сказал я. — На сутках. А Эльдар в отпуск свалил. Лето в самом разгаре. Он говорит, что всегда летом уходит. Хитрый. Самый хитрый наш оперативник.

Я помолчал и добавил:

— Ладно. Самокаты подождут. Сегодня вечером надо съездить к гостинице, где живёт Кольев. Посмотреть, кто к нему приходит.

— Я готова следить.

— Ты сможешь подключиться к камерам гостиницы? — спросил я.

— Да, — ответила Иби. — Но только если ты будешь в пределах зоны доступа покрытия Wi-Fi отеля. Мне нужен физический контакт с сетью.

— То есть мне надо быть там?

— Да. Тогда я смогу подключиться.

— Хм… Может, там вообще номер снять, — задумался я. — Если машина там будет маячить, это заметно.

— Это было бы лучшим вариантом, — сказала Иби. — И лучше это сделать прямо сейчас.

Я зашёл в банковское приложение на телефоне, посмотрел остатки зарплаты.

— М-да, — выдохнул я. — Кот наплакал. Денег на номер не хватит, а санкции у меня нет и не будет.

— Я могу попытаться взломать их систему, — сказала Иби. — И раздобыть электронный ключ от любого номера. Разблокировать тебе дверь. Во всяком случае, я попробую так сделать.

— Хм, а это мысль, — сказал я. — Тогда поехали в гостиницу прямо сейчас. Нужно подключиться к камерам.

И только я встал из-за стола, как дверь распахнулась.

В кабинет вошёл начальник ОВД собственной персоной. За ним семенил парнишка. На вид лет чуть за двадцать, а может, и за тридцать. Лицо у него было такое детское и непосредственное, что возраст в этих чертах как-то растворялся. Оно сияло наивностью и простотой. Сам он был небольшого роста, пухлый, как хомячок, улыбался, округляя розовые щечки, и смотрел на всё восторженными глазами, будто попал в сказку, а не в кабинет оперативников.

— Вот, знакомься, Фомин, — сказал начальник. — Твой новый подопечный. Пётр Коровин.

— Э-э… не понял, — сказал я.

— Что значит «не понял»? — поморщился Валентин Валерьевич. — Бери нового сотрудника. Учи, воспитывай, опекай, так сказать. Сделай из него оперативника.

— Всё равно не понял, — мотнул я головой.

— Так, Фомин, ты у нас теперь старший опер, — нажимал подполковник. — Я за тобой закрепил наставничество. Вот тебе новобранец. Ну как новобранец… бывший участковый. Перевёлся к нам из другого города. Сотрудник действующий, уже аттестован, звание есть, пистолет может получать. Приказ на должность есть. Приказ на наставничество готовится в кадрах. Ты будешь официально его наставником.

— Я? Наставником… — мой голос застрял где-то в гортани.

Я еле удержался, чтобы снова не сказать «не понял». Фраза уже почти вылезла, но я её задавил.

— Ну не я же, Фомин, — устало вздохнул подполковник. — А ты думал как? Старший опер — это не просто к зарплате прибавка. Старший на то и старший, чтобы заниматься младшими.

— Но я же в должности всего ничего, — развёл я руками.

— А это всё формальность. Я в тебя верю. Ты не прибедняйся, ты сейчас лучший сыскарь в отделе. Поэтому я тебе и доверяю новобранца, чтобы…

Он потряс указательным пальцем в воздухе.

— Чтобы другие лоботрясы его не испортили.

Парнишка расплылся в лучезарной улыбке и протянул мне ладошку с короткими пальцами-сосисками.

— Пётр, — сказал он.

— Егор, — ответил я и пожал руку. — Слушай, Петя, выйди, пожалуйста, на секунду.

— Ага, без проблем, — улыбнулся тот и шустренько исчез в направлении коридора, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Я не понял, Фомин, — нахмурился начальник. — Ты это… что себе позволяешь?

Сказал он это скорее с удивлением, чем с наездом.

— Товарищ подполковник, — сказал я. — Давайте закрепим Коровина за кем-нибудь другим. У меня тут столько навалилось…

— У тебя только кражи самокатов висят, — отрезал подполковник. — Чего там «столько»?

Он явно был в курсе моих дел. Значит, подготовился.

Я задумался.

Не скажу же я ему, что разрабатываю генерала Кольева из столицы. Генерала, который, к тому же, связан с ним самим.

— Ну… — начал я придумывать. — Мне ещё надо отработать преступления прошлых лет. Там кое-какие нераскрытые зависли. И показатели с нас спрашивают за прошлые годы. Ещё надо… — я стал загибать пальцы.

— Шоколада, — передразнил начальник.

Он махнул рукой.

— В общем, так. Это не обсуждается. Всё! Принимай пополнение. Ничего не знаю. Дел, говоришь, много. Ну так оно и кстати. Таскай его за собой, бери везде. Быстрее научится. Всё, работай. Не благодари за совет.

Еремеев развернулся и вышел из кабинета. Уже из коридора донёсся его голос:

— Коровин, я не понял, ты что делаешь? В игрушки играешь?

— Извините… простите, — проговорил тот. — Просто самолётик запускаю.