Я вздохнула, вспоминая, как легко и просто заключались браки в моем мире, и позволила Ивару повести себя в сторону общежития. надо признаться, что ориентировалась я в замке плохо. Вернее сказать — никак.

Да и как можно ориентироваться в новом для себя огромном строении за сутки?

В общем, я просто шла, погруженная в свои мысли, а потом неожиданно обнаружила, что идем мы по совершенно пустому коридору. Тьма была впереди, и тьма была позади, лишь магические светильники на стенах тускло вспыхивали при нашем приближении.

— Куда ты меня ведешь? — прямо спросила я у Ивара.

— В нашей академии есть много интересных, потаенных мест. Мало кому туда есть доступ…

— Пускают по титулу? — ехидно уточнила я.

— По дару, — ничуть не обиделся парень.

Он остановился возле одной из ничем непримечательных дверей, окинул ее изучающим взглядом и произнес:

— Кажется, здесь…

— Здесь что? — поинтересовалась я.

Вместо ответа парень вдруг кинул на меня по-мальчишески озорной взгляд синих глаз и спросил:

— Хочешь посмотреть, как работает наш дар?

Что за вопросы⁈ Конечно хочу!

Но ответила я почему-то сдержанно, как будто всю жизнь воспитывалась в пансионе благородных аристократок.

— Ну, удиви меня, — пожала плечами.

Ивар крепко сжал мою ладонь и щелкнул пальцами.

Весь скудный свет в коридоре мгновенно погас, ослепив темнотой, а парень потянул меня за руку, вынуждая передвигать ноги. Я делала шаг за шагом, ожидая, что сейчас впечатаемся в дверь, которая по моим расчетам была прямо на нашей траектории…

Но двери не было.

Вокруг была лишь бархатная, мягкая темнота и какая-то уютная тишина. Словно я шла сквозь нежный тюль или мягкий шелк. И, удивительное дело, но страшно не было.

Я думала, мы сейчас будем идти так до самого общежития, но шаг-второй-третий и вдруг темнота вокруг изменилась. Точнее, не сама темнота, а ее ощущение.

Пропала мягкая бархатность, начали проступать очертания предметов, исчезло ощущение уютной ткани по коже. Напоследок как будто та, другая тьма, провела уголком своего нежного покрывала по моей щеке, прежде чем окончательно меня отпустить.

Мы оказались в небольшом круглом зале, чьи стены терялись в темноте за спиной, и казалось, что мы вышли в пространство вне замка. Ряд редких колонн, с затейливой резьбой по камню, окружал центр, где на постаменте из нескольких ступеней стоял высокий круглый стол на одной ножке.

Откуда-то сверху падал тусклый рассеянный свет, но он не мог осветить зал. Лишь стол и тот предмет, что на нем располагался.

— Что это? — спросила я.

Зал странным образом исказил мой голос, и по темноте эхом прошелестело «Что… что… что…»

— Можешь посмотреть, — отозвался Ивар. — Здесь безопасно.

Я выпустила руку парня из пальцев и медленно подошла к постаменту. Стук каблуков тоже не разносился по залу, словно я шла не по каменному полу, а по мягкому ковру.

Преодолев три щербатые ступеньки, я подошла к столу и озадаченно замерла. Под скудным бледным светом в полутьме издалека было невозможно различить стоящий предмет по той простой причине, что цвета у предмета не было. Им оказалась большая чаша из неизвестного мне прозрачного камня. А вот внутри нее оказалось что-то странное. Интересное и пугающее одновременно.

В прозрачной чаше клубился серый туман.

— Яснее не стало, — произнесла я и подняла взгляд от чаши.

Ивар неожиданно оказался не за мной, а напротив. По другу сторону круглого стола. Парень смотрел на меня сосредоточенно, словно бы чего-то ожидал. Его синие глаза снова светились, и от этого лицо принимало хищное, но чарующее выражение.

И я снова вспомнила нашу первую встречу.

— Ты знал, — сказала я утвердительно. — Знал, что мой дар — Тень с момента встречи.

— Скорее, догадывался, — отозвался парень.

— Но откуда? — нахмурилась я.

— Это сложно объяснить, — протянул Ивар. — Возможно, чуть позже, когда ты освоишься.

Хотелось одновременно допросить его и ничего не спрашивать. Мне было любопытно, ужасно любопытно! Но в моем воображении ответ звучал как лекция по теории вероятности, а на сегодняшний день у меня и так было слишком много новой информации.

К тому же дважды переспрашивать не хотелось, поэтому я кивнула на чашу.

— Ты не ответил.

Ивар усмехнулся:

— Это древний артефакт. Он определяет чистоту крови.

— Типа, маг я по рождению или не маг? — обалдела я, вспоминая сюжет одной популярной книжки.

— Что? — не понял парень, затем фыркнул: — Нет, что за глупости. У нас есть благородные сословия, и бывают прецеденты, когда нужно установить родство.

— Бастарды доказывают свое право на наследство, — сообразила я.

— Типа того, — кивнул Ивар. — Ты можешь узнать, есть ли в твоей крови что-то от аристократических семей.

— Но я из другого мира, — напомнила очевидное парню.

— Это не важно, — пожал он плечами. — Магия — есть магия.

Я снова посмотрела на вяло бурлящий в чаше туман. Узнать, есть ли во мне что-нибудь от дворян? А то может и от князей? Княжна Валерия Ливен! Звучит же?

— Просто коснись его ладонью, — подсказал Ивар.

Я медленно, осторожно, как будто бурлящий туман мог укусить или обжечь, опускала руку в чашу. В голову уже уверенно звучало «Княжна Валерия Ливен!» и я кружилась в залитом золотым светом зале вместе с Иваром, почему-то одетом в имперский военный мундир.

А потом в голову пришла резко отрезвляющая мысль — а если нет?

А если я не княжна и даже не дворянка, а просто Ливен из рабоче-крестьянской семьи, приобретшей фамилию по названию деревни?

Картинка разбилась на мелкие осколки, напомнив, что передо мной аж целый герцог, а я-то еще неизвестно кто!

Пальцы сами сжались в кулак, и я одернула руку. Туман раздосадовано булькнул.

— Пожалуй, хватит на меня сегодня открытий, — сказала я, и была горда собой, что голос мой при этом даже не дрогнул.

Я подняла взгляд, ожидая увидеть раздражение или разочарование на лице парня, но он единственное, что я уловила — какую-то грустную задумчивость на красивом лице.

— По крайней мере, теперь ты знаешь, что можешь это сделать, — отозвался Ивар и, обойдя стол, протянул мне руку. — Идем в общежитие?

Я кивнула в ответ и вложила пальцы в его горячую ладонь.

Из зала мы выходили также, как пришли — Ивар за руку провел меня через тень в коридор. Теперь я старалась во все глаза всматриваться в обступавшую меня темноту. В какой-то момент даже показалось. Что я начала что-то различать, но парень щелкнул пальцами и вспыхнули светильники коридора.

На миг я ослепла и замерла, пытаясь проморгаться. На всякий случай покрепче сжала ладонь Ивара, но парень даже не дернулся. Он спокойно стоял рядом и ждал, пока я вновь прозрею.

— Ты как будто одинаково видишь и в темноте, и при свете, — заметила я, когда мы снова зашагали по коридору.

Светильники все также вспыхивали по мере нашего продвижения, но темнота впереди и позади уже не казалась такой бездушной и непроницаемой.

— Вижу одинаково, — неожиданно отозвался Ивар.

— Это какая-то генетическая особенность? — оживилась я.

— Гене… что? — не понял парень.

— Семейная, — с некоторым трудом я подобрала достойный синоним. — Семейная особенность?

— Ну… — протянул Ивар, — смотря с какой стороны посмотреть.

Я чуть поджала губы, решив, что парень не хочет делиться секретом, но он внезапно продолжил:

— Как правило в семье один дар или смежные, — медленно проговорил Ивар. — Но в моем роду давно не было теневиков. Когда три поколения не наследуется дар, его считают выродившимся. В моей семье Тени не было уже как пару веков…

— Ого, получается, ты — уникален? — совершенно искренне восхитилась я.

— Мы, — усмехнулся Ивар. — Мы — уникальны. Кроме тебя и меня есть еще парочка теневиков, и все они на службе у короны. Ну и тут в академии мается от безделья в отсутствии студентов.