Марьяна, мать и младший брат толпились-толкались на небольшой кухне.

Лилиана остановилась в дверях, окинула взглядом стол, на котором лежала купленная в магазине еда – колбаса, сыр, сосиски, которые ожидали своей участи в греющейся на плите кастрюле с водой. Но попасть в кипяток, им было не суждено. Младший брат схватил упаковку со стола и с криками потребовал, открыть ее. Лилиана протянула сосиску пятилетнему Давиду, тот, жадно жуя, побежал по коридору и скрылся в большой комнате.

Они сели за стол, мать и проснувшийся Генрих снова затеяли бессмысленный спор, Марьяна устало наматывала на вилку спагетти, Лилиана сделала глоток воды – та встала комом посреди горла. К еде она так и не прикоснулась несмотря на то, что желудок изнывал от голода. Совесть не позволяла, отчего-то звеня в голове вчерашними Марьянкиными словами – работать надо, а не без дела сидеть. Да и сестра то и дело бросала на нее насмешливые взгляды.

- Всем привет! – раздался звонкий голос старшей сестры Ульяны.

- Ульяша, приехала. – Отозвалась мать, поднимаясь из-за стола.

Старшая сестра счастливо обняла Давида, вынула из большой сумки упаковку конфет, машинку и большую красивую книгу. Брат с радостью принял гостинцы и убежал в комнату. Лилиана прикоснулась щекой к дверному косяку, наблюдая, как она обнимает Марьяну и мать.

- Доченька, сколько всего привезла! – воскликнула мать, заглядывая в огромный пакет, доверху набитый едой. – Тяжесть-то, какая! Как донесла от остановки? Где ты столько заработала?

- Да я на такси! – отмахнулась Ульяна, снимая новые белоснежные кроссовки. – Привет, Лилиана, чего такая хмурая?

Лилиана усмехнулась, отмахиваясь, вновь окинула сестру оценивающим взглядом. На такси из Питера? Четыреста километров на такси? Неплохо же сестра устроилась.

- Откуда деньги? – завистливо спросила Марьяна, сорвав вопрос с губ Лили. – Модная-то какая! Вот это джинсы! А когда-то так же, как и мы в лосинах за сто рублей ходила. Да, большой город меняет людей! Красивая какая!

Лилиана тоже заметила перемены в старшей сестре. Она была всегда симпатичной на смуглое лицо, но сейчас ее глаза светились счастьем, черные от природы волосы блестели от салонного ухода, на карих глазах слегка серебрились тени, черные ресницы, казались невероятно длинными от дорогой туши. Высокая, тоненькая, как модель, со счастливой улыбкой.

- Ты так расцвела! – восхитилась Лилиана и взяла сестру за руку, скользнула по тонким пальцам взглядом. Красный маникюр на длинных ногтях, кожа нежная, как бархат, на запястьях черные с синевой полоски.

- А это что такое? – одновременно вспыхнули непониманием младшие сестры и Ульяна, вздрогнув, выдернула руку.

- Ничего! – натянуто улыбнулась она, и сестры переглянулись. – Пойдемте, в спальню, устала с дороги! Посекретничаем!

Девушки двинулись по коридору, скрепя дощатым полом под ногами. Мать отправилась на кухню, старший брат вместо приветствия потребовал триста рублей на пиво.

- Ну как дела, девчонки? – спросила Ульяна, раскрывая сумку и протягивая, Лили новый роман, а Марьяне стопку модных журналов.

- Спасибо! – Лилиана по-хозяйски выдернула из рук сестры сумку, начала ревизию – косметика, флакон духов – какой аромат, пожалуй, она тоже подушится. – Марьяна опять на трассе стояла! И меня с собой потащила, да Макар вовремя объявился!

Ульяна легла на диван, без удивления посмотрела на Марьяну. Та, словно, не слыша села на стул у зеркала и принялась расчесывать черные, точно как у старшей сестры, волосы.

- Мари! – выдохнула требовательно Уля. – Зачем ты себе жизнь портишь? Хватит уже. И зачем потащила с собой Лилиану?

- А пусть поменьше в облаках летает! – отозвалась Марьяна, оборачиваясь и с вызовом посмотрев на сестер. – Мечтает о принце на белом коне, да только где его взять в нашей-то глуши? Говорила ей иди в клуб, там знакомься с нормальным парнем, быстренько залетай от него и в загс. Только чтобы до клуба доехать, надо денег заработать, а у нас, сама знаешь, можно заработать только так.

- Не права ты, Мари. Нельзя так. – Мягко отозвалась Ульяна, покачала головой. – Не навязывай ей свою точку зрения на этот мир. У нее все впереди, и любовь, и дети, и брак. Сначала выучиться надо и вообще…

- Хватит, а! – оборвала ее Марьяна. – Это ж, сколько лет пройдет, пока она выучиться, работу найдет! Годы то идут, а когда жить нормально? Когда счастливыми становиться? Вот тебе скоро двадцать пять, и ты все еще учишься! А где семья, где муж, где счастье? У тебя даже парня нет! И, по-моему, никогда не было!

- Мари, зачем ты так? – вспыхнула Лилиана.

- Да ничего, - ласково прикоснулась к ее плечу Ульяна. – Пусть говорит, может легче станет. Надо же ей куда-то девать свою злость.

- Да идите вы!

Марьяна отмахнулась, не желая продолжать разговор. Лилиана встретилась глазами со старшей сестрой. Та была на удивление спокойна, хоть обычно и рьяно отчитывала среднюю сестру за подобные выходки.

- А ты ябеда! – зло бросила Мари, посмотрев на Лилиану в зеркало. – Лучше бы к моим советам прислушивалась! Действовать надо, пока молодая и красивая! А то женская красота не вечна! Будь у меня такая внешность, как у тебя, я бы давно уже горы свернула! И сидела бы сейчас, не здесь, как ты, на сломанном трехногом табурете, а где-нибудь, на море. Да что я с вами разговаривать буду! Не учите жизни, со своей разберитесь! Тоже мне монашки!

Марьяна отбросила расческу, бросилась из комнаты. Лилиана посмотрела ей вслед и Ульяна заметила, как у младшей сестры вспыхнули от ее рассказов глаза.

- Не слушай ее, сказки все это! Ничего не бывает в жизни так просто, даже если ты красив! – сказала Ульяна, сев на диване. – Она, упрямая, со своей идеологией и как всегда, никого не слушает!

- Ну да. – Проронила Лили, посмотрела на сестру, спросила, спохватившись: - Скажи лучше, ты надолго?

- Я вечером обратно. – Выдохнула Ульяна, убирая черную прядь волос за ухо. – Дела.

- Какие? – вспыхнула Лилиана, заглядывая сестре в лицо. – Какие дела? И что у тебя с руками?

Ульяна открыла рот, чтобы ответить, но в ее кармане заиграл мобильный. Она отодвинула Лилиану и, нахмурившись, посмотрела на дисплей. Лили попыталась посмотреть на экран телефона, но Ульяна встала, пряча телефон в кармане.

- Извини, мне надо поговорить. Можешь выйти?

- Выйти? – удивилась Лилиана.

Раньше у них не было друг от друга секретов.

- Пожалуйста. Это важно для меня. Я потом тебе все объясню.

- Ну, хорошо, раз важно. – Пожала плечами Лили и поднялась.

Уля прикрыла за ней дверь, что еще больше поразило Лилиану. Не желая уходить, она припала ухом к двери, послышался настороженный шепот сестры.

- Я не уверена, я еще не решила. Ну и что, что он хочет и ждет. – Сестра замолчала, выслушивая собеседника. – Сколько он готов заплатить? Серьезно? Немало. У меня как раз деньги закончились и за комнату скоро платить и дома.… И все же я не готова морально, даже за такие деньги, которые он мне предлагает. Извини.

Лилиана возмущенно отпрянула.

Что за разговоры? Какие деньги? За что он готов ей платить?

Она выдохнула, чувствуя, как сердце собирается выпрыгнуть из груди от волнения, вновь припала ухом к двери. Сестра продолжала, чуть смягчившись:

- Хорошо, я согласна, но в последний раз и стоить это будет в два раза дороже. Хочет такого удовольствия – пусть платит.

Лилиана зажала рукой рот и, услышав, приближающиеся к двери шаги сестры, бросилась прочь.

На улице слепило солнце, мать и Марьяна сидели на лавочке.

Она прошмыгнула мимо них на задний двор, остановилась у покосившегося сарая, перевела дыхание.

Что же получается?

Что сестра, всегда отличавшаяся серьезностью и благоразумием, тоже ступила на эту грязную дорожку? Она что занимается этим за деньги?

Лилиана поперхнулась несказанными словами, закрыла рукой рот. Вот откуда у нее деньги, красивая одежда, такси. И неудивительно теперь, что она так мягко отреагировала на ее заявление о ночных похождениях Марьяны – что ей сказать, когда и сама погрязла в пороке.