— ДВОЕ ИЗ ВАС НЕ ЗАПЯТНАЛИ СЕБЯ ПРЯМЫМ УБИЙСТВОМ В ЭТОМ ИНЦИДЕНТЕ, А ПОТОМУ НА НИХ ОБВИНЕНИЯ НЕ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ.

В то же мгновение меня затопила смесь дикого облегчения и безумной радости, что мы с моим другом в безопасности и не будем отвечать за чужие поступки, а потом этот коктейль сменила горечь, что эти, впрочем-то нормальные люди… Они погибнут за то, что выполняли чужой приказ…

— ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ ПОДЛЕЖАТ НЕМЕДЛЕННОМУ УНИЧТОЖЕНИЮ. ПОМИМО ЭТОГО НА ВАШ МИР ВОЗЛАГАЕТСЯ ШТРАФ: ТЕХНОЛОГИЯ «ИСКУССТВЕННОЙ СИНГУЛЯРНОСТИ» ПОДЛЕЖИТ ПОЛНОМУ ИЗЪЯТИЮ И УНИЧТОЖЕНИЮ.

Полковник в этот момент напрягся и явно хотел сказать наблюдателю несколько ласковых слов, однако представитель семи сфер оказался предусмотрительным, и заблаговременно провёл рукой, накладывая на него немоту.

В этот самый момент голос наблюдателя неожиданно изменился — в нём появилась совершенно неуместная деловая интонация, с которой обычно ведут торг где-то на рынке, и он сказал:

— ОДНАКО КОНКРЕТНО ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС Я МОГУ ПРЕДЛОЖИТЬ ВАМ АЛЬТЕРНАТИВНОЕ РЕШЕНИЕ…

Он плавно развернулся в сторону Лене, которая всё так же была закутана в непонятную простынь, и с очень бледным лицом и огромными от страха глазами наблюдала за происходящим.

— СУБЪЕКТ «ЭМБЕР», ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ МОНАРХОМ ИСТИНЫ, И ТВОЙ ДАР КРАЙНЕ ВАЖЕН ДЛЯ ПОДДЕРЖАНИЯ БАЛАНСА. СЕМЬ СФЕР ИСПЫТЫВАЮТ ДЕФИЦИТ В НОСИТЕЛЯХ ТАКОГО РАНГА, СПОСОБНЫХ К ОБЪЕКТИВНОМУ АНАЛИЗУ.

Я замер, внутренне ахнув от этой наглой, и блестящей игры. Вот оно. Настоящая цель. Если сначала наблюдатель шёл сюда вершить правосудие, то придя сюда, он моментально всё переиграл.

Верховный хотел заполучить Лену для своих целей — и проиграл, а теперь Сферы, под прикрытием арбитража, просто забирают этот приз себе, прикрываясь для видимости законности придуманным «альтернативным решением». Они дают Лене выбор, которого у неё на самом деле нет, и в этом было столько цинизма, что от этой наглости просто перехватывало дыхание. Они пришли не судить… Они пришли собирать урожай.

— ТВОЁ СОГЛАСИЕ ПЕРЕЙТИ ПОД ПАТРОНАТ СЕМИ СФЕР, В СТАТУС НАБЛЮДАЮЩЕГО АНАЛИТИКА, АННУЛИРУЕТ ПРИГОВОР ТВОИМ СОПЛЕМЕННИКАМ В РАМКАХ ДАННОГО ИНЦИДЕНТА. ИХ ЖИЗНИ БУДУТ СОХРАНЕНЫ, НО ШТРАФ НА МИР ОСТАНЕТСЯ В СИЛЕ.

Я смотрел на эту молодую девчонку, и прекрасно её понимал… Вот какой может быть выбор, когда альтернатива — смотреть, как твоих товарищей, людей, с которыми ты прошла через ад, стирают в пыль на твоих глазах?

Полковник, даже лишённый голоса, рванулся вперёд, чтобы закрыть собой девушку. Его искажённое яростью и отчаянием лицо, одним своим видом кричало: «Нет! Не смей!». Он пытался качать головой, жестами показывая Лене, чтобы она отказывалась, потому что он, как и любой из отряда, был готов принять смерть ради выполнения миссии.

Наблюдатель на кривляния полковника не обращал ровным счётом никакого внимания. Вместо этого он спокойно смотрел на бледную девушку, и с ложной нежностью в голосе пророкотал:

— ДИТЯ, КАКОВ ТВОЙ ВЫБОР?

Слёзы текли по грязным щекам девушки, оставляя светлые дорожки. Её взгляд метнулся к застывшему Игнатьеву, к бойцам, которые смотрели на неё с какой-то странной смесью надежды и стыда, а потом к Илье, и ко мне.

После этого она сглотнула, по-детски, жалко шмыгнула носом, и тихо, но чётко сказала:

— Я… я согласна. Спасите их.

— ДА БУДЕТ ТАК.

Наблюдатель ничем не показал, что его порадовало решение девушки, и просто положил свою руку на плечо Лены, из-за чего она вздрогнула, а в следующее мгновение они просто взяли, и прямо на глазах начали растворяться, отправляясь в неведомые дали.

Вместе с их исчезновением я ощутил, как с меня сняли давящий колпак, который надёжно отрезал от всех моих способностей. В комнате несколько мгновений стояла тишина, после чего полковник повернулся к своим ребятам, и с совершенно не читаемым выражением лица, хрипло произнёс:

— Всем проверить оборудование, мы возвращаемся… Собираем вещи, и выдвигаемся на улицу, где активирует возвращение домой.

Он даже не взглянул в нашу с Илюхой сторону, поскольку мы для него отныне были не то чтобы чужими… Но свидетелями его позора. Тех, кто не смог предотвратить потерю его людей, и той, кого он должен был защитить любой ценой.

Илья подошёл ко мне, и глядя в ту точку, где совсем недавно стояла Лена, произнёс:

— Серёг…

Я на это кивнул, но дал знак, что обсуждать мы будем всё потом, а сейчас я лихорадочно размышлял о порядке наших дальнейших действий: наблюдатель ушёл, а вместе с ним ушли и ограничения, а значит Адрастикс получил возможность переноса напрямую в свою обитель.

Скорее всего он уже мчится с жалобой к Верховному, которому явно не понравится, что в его планы кто-то посмел вмешаться. Город, благодаря нашим усилиям был стабилизирован, но он вот-вот может стать для нас смертельной ловушкой, а значит нам нужно бежать, и делать это прямо сейчас, пока порталы ещё работали, пока стража не опомнилась и не начала зачистку, и пока Адрастикс не вернулся с подкреплением, жаждущим найти хоть кого-то, на ком можно было бы выместить злобу за недавнее унижение.

В этот момент мои мысли перетекли на мою команду, после чего я обвёл взглядом подвал, и задался вполне закономерным вопросом:

«Кстати говоря… А куда запропастилась Шани?»

Как будто в ответ на мои мысли, в дверном проёме, ведущем в сторону коридора, появилась знакомая женская тень. Полковник не обратил на это ровным счётом никакого внимания, и просто прошёл мимо неё, уводя своих ребят на улицу, а Шани облокотилась о дверной косяк и с крайне серьёзным лицом смотрела на нас, ожидая дальнейшего развития событий.

Я не заставил себя ждать, и коротко кивнув Илье в сторону прохода, приблизился к девушке, после чего сказал:

— Нам нужно сваливать отсюда как можно дальше, и наверно это лучше делать не при помощи порталов…

Шани на это кивнула, и криво усмехнувшись, тихо произнесла:

— А вот тут ты ошибаешься, Кейрон. Да, с одной стороны — через портал нас будет очень легко отследить, но так рассуждаешь не ты один… Ворота будут перекрывать в первую очередь, и в портальной площади заключается наш единственный шанс с гарантией покинуть этот город. Ты представляешь какой там сейчас поток? Все кто уже эвакуировался — ринулись обратно, а кто-то всё равно хочет на несколько дней покинуть проблемный город…

Не смотря на то, что слова девушки казались как будто бы вполне логичными — я всё равно очень сомневался в правильности её выводов. Мне казалось, что портальная площадь — это первое место, где будут искать беглецов после такого скандала, и идея добровольно лезть в самую пасть льва казалась мне настоящим безумием.

— Слишком рискованно, — возразил я, понизив голос, — Любой адекватный разумный сначала перекроет все порталы, а потом уже отдаст приказ на полную блокаду города. Будет блокпост, проверки… Проще прямо сейчас постараться успеть выйти за стены, а там уж пусть попробуют нас найти!

Шани на эти слова фыркнула, и уперев руки в боки, смешливым голосом сказала:

— И что мы там будем делать, глупая зелёнка? Будем бегать по горам и долам? Ты хоть представляешь, где мы находимся? Астрарий — это один из самых удалённых вольных городов. До ближайших пустошей — как минимум месяц пешего пути по землям, кишащим такими тварями, что тебе и не снилось! А до ближайшего города… ты хоть карту смотрел? Это недели, если не месяцы, на скоростных ящерах, которых у нас нет! Твой пушистый друг, может и выживет там, но мы с вами — сгинем в первую же ночь.

Да и вообще… Не забывай, что Астрарий — это вольный город, а значит власть Верховного тут номинальна, а с тем учётом, что местный лорд выведен из строя — приказ на блокировку порталов поступит ой как не сразу.

Она была права, и это, откровенно говоря, бесило. Я мысленно вызвал карту Грона, чтобы проверить слова Шани, но к большому сожалению он передал мне только карту Илиума, и из-за этой небольшой детали, сейчас вокруг моего местонахождения карта была абсолютно тёмной…