Его кожа отливала странным золотистым цветом, а черты лица были настолько идеально симметричны, что при взгляде на него возникали ассоциации не с живым человеком, а будто смотришь на какую-то античную статую, созданную великим скульптором прошлого.

Его длинные волосы свободно ниспадали на плечи, а одет он был в простой, но безупречно сидящий серый камзол и брюки, мерцающая ткань которых выдавала, что эта одежда, в отличии от моей, явно очень и очень не проста.

Но на самом деле всё это меркло при виде его синих колец становления, которых явно было больше пятнадцати. Точное количество с моей позиции определить было затруднительно, поскольку они постоянно вращались, но мне вполне хватало мощи, которую излучал этот разумный, чтобы понять, что связываться с ним — себе дороже. Он был настолько силён, что по сравнению с ним даже Кассиан казался просто безобидным щенком.

Когда этот разумный окончательно проявился в материальном мире — его золотые, с вертикальными зрачками глаза, медленно оглядели всю комнату, скользнув по замершему, с опущенной головой полковнику, по застывшим бойцам, и по Лене, которая стояла, широко раскрыв глаза, а её кольцо под ногами горело как будто бы ярче обычного. Наш незваный гость сразу же выделил её, задержавшись взглядом дольше, чем на всех остальных, вместе взятых, а потом на его безупречных губах появилась лёгкая, довольная усмешка.

— Вот надо же… — произнёс он низким голосом, полным издевательского превосходства. — Кто бы мог подумать, что обычное, скучное задание на задворках мира может оказаться настолько… прибыльным?

Я ожидал увидеть тут пепел, панику, может, парочку выживших крыс… Но живой монарх? Да ещё и, если судить по ауре, довольно… специфический? Это что-то из разряда фантастики… Если мне не изменяет память — что-то связанное с разумом, верно? — Он сделал едва уловимый вдох, словно пробуя воздух на вкус, после чего продолжил:

— Да-а-а… Этот аромат силы я ни с чем не спутаю, и готов поставить своё месячное жалование, что Верховный будет доволен такой находке. Очень доволен.

После этого он обратил своё внимание на артефакт, и начал медленно обходить комнату, рассматривая его со всех сторон, склонив голову набок.

— Но что это? — его голос потерял нотки удовольствия, и в нём чётко послышалось холодное любопытство. — Артефакт управления восстановлен, и даже целостность подняли до восьмидесяти семи процентов… Интересно. Очень интересно. — Внезапно он резко обернулся, и уставившись на нас тяжёлым взглядом, словно пытаясь прожечь насквозь, произнёс:

— Вот зачем, спрашивается, было восстанавливать этот клоповник, который и так был уже почти списан? Это нарушило наши планы, детки… Нарушило очень тщательно составленные планы, а за нарушение планов Верховного… ну, вы понимаете. Отвечать придётся по всей строгости, но сначала…

Он не закончил, а потом я ощутил, как невидимая, и неодолимая сила обхватила моё тело, после чего я оторвался от пола и подчиняясь чужой воле, медленно развернулся в воздухе, чтобы лицом к лицу встретиться с нашим страшным гостем, и одному богу известно — чего мне стоило сохранить на своём лице маску растерянности, потому что близость разумного такой силы… Она подавляла.

Тем временем золотые глаза мужчины переключились на меня, изучая с отстранённым интересом, как энтомолог рассматривает редкого жука. Он внимательно посмотрел под мои ноги, где скромно светились два зелёных кольца, и задумчиво продолжил:

— … Но сначала нам нужно разобраться в возникшей путанице… Мне прекрасно известно, что для восстановления повреждённого артефакта управления требуется согласие минимум трёх монархов, а здесь же… — он кивнул на Лену, — … один. Всего один монарх, который, по всем канонам, должен был либо сгореть дотла в процессе восстановления, либо сойти с ума от отката…

Тем не менее артефакт цел, монарх жив и относительно здоров, а откат… — он снова взглянул на шар, — … откат был мастерски сброшен куда-то в сторону. В этом чувствуется умелая и крайне тонкая работа, на которую монарх с двумя кольцами становления совершенно точно не способен.

Отсюда я делаю простой вывод, что здесь был кто-то ещё. Какой-то незарегистрированный монарх, судя по изяществу работы — довольно высокого круга, решил вам помочь, после чего сразу же исчез, оставив вас разбираться с последствиями… Он явно не хочет быть обнаруженным, но я узнаю правду. Обязательно узнаю.

После этого обещания он ленивым жестом указал пальцем на полковника, предположив, что в силу возраста он является нашим командиром, и в следующее мгновение, подчиняясь его воле, полковник медленно полетел к нему навстречу, стиснув зубы от унижения и бессильной ярости.

— Ну что, кардонги, — произнёс пришелец практически ласковым голосом, вот только эта ласковость… Она ужасала. — Будем говорить по-хорошему, или мне сразу стоит перейти к допросу с пристрастием? Я искренне советую вам сэкономить время всем нам, и рассказать всё самостоятельно.

После этого он щёлкнул пальцами, сразу после чего к полковнику вернулась способность говорить, и он тут же судорожно глотнул воздух, сверля нашего противника глазами, полными чистой ненависти.

— Кто ты такой, чёрт тебя побери⁈ — прохрипел он, пытаясь взять диалог под контроль. — По какому праву ты вмешиваешься в нашу спасательную операц…

Договорить он не успел. Существо даже не стало хмуриться, а просто, со скучающим видом, лениво взмахнуло рукой, словно отмахивалось от назойливой мухи, вот только эффект от этого лёгкого движения превзошёл все наши ожидания.

Стоявший ближе всех к полковнику боец, тот самый молодой парень, который совсем недавно привёл Илью и неизвестную девушку, вдруг неестественно выпрямился, его рот открылся в беззвучном крике, а потом… потом из каждой поры его кожи, из уголков глаз, и даже из-под ногтей брызнули тонкие, алые струйки.

За несколько мгновений живой человек превратился в самый настоящий фонтан крови, а спустя пару нереально жутких секунд его тело просто разорвалось изнутри с ужасающим хлюпающим звуком, разбрызгивая фрагменты плоти и внутренностей по всей комнате.

Тёплые, липкие брызги окатили всех, находящихся в комнате, но наш пленитель остался чист. Все последствия взрыва замерли в сантиметре от его тела, встретившись с едва мерцающим энергетическим барьером, а потом просто безобидно стекли вниз.

Бледный как смерть полковник не издал ни единого звука, но вот его глаза… В них чётко читалось обещание мучительной смерти для нашего пленителя, вот только в его положении это всё вызвало у мужчины лишь пренебрежительную усмешку. Спустя несколько мгновений он подошёл к полковинку, после чего равнодушным голосом произнёс:

— Если ты ещё раз посмеешь говорить со мной в подобном тоне, рикут, то умрёт ещё кто-то из твоих товарищей, и я тебе обещаю… Это будет очень громко и очень… Медленно. — После этого он несколько мгновений помолчал, и наконец продолжил:

— Тем не менее — ты прав, где мои манеры… Меня зовут Адрастикс, и я — око Верховного монарха. Послан сюда, дабы проконтролировать… эвакуацию и ликвидацию последствий инцидента. — В его голосе явственно прозвучала ложь, которую он даже не старался скрыть, что доказывало правдивость слов Шани: Он пришёл убедиться, что город уничтожен, и, в случае необходимости, помешать его восстановлению. Свою задачу он не выполнил, но вместо этого обнаружил неожиданный «улов», и прямо сейчас менял свои планы на ходу, допытываясь у полковника:

— Итак, я повторяю свой вопрос… Где остальные монархи⁈

Я же тем временем лихорадочно соображал — как выпутаться из этой передряги без особых потерь. Мне было понятно, что военные были совсем не помощниками в этом деле, Лена или Илья? Это было даже не смешно против существа с пятнадцатью кольцам, и тут я понял, что давненько не видел своего компаньона.

В первое мгновение у меня даже промелькнула паническая мысль, что этот урод мог его прихлопнуть, однако когда я потянулся к нашей связи, то сразу же почувствовал крайне серьёзное напряжение от зверя, который чувствовал существо на вершине пищевой цепочки, и затаился, чтобы не привлекать его внимания.