— Вы правы, но я не знал, как ещё переубедить Мефодия Федоровича, — признался я.

— Мефодий тоже не просто так попал сюда. В военный лагерь по доброй воле мало кто идёт. Хорошо что ты ко мне пришёл. Если бы с Сергеем Орловым что-то случилось, я бы потерял не только верного и сильного бойца, но и друга. Твоё зелье сработало, и я обязательно доложу об этом, — генерал протянул мне руку.

Мы обменялись рукопожатиями. Он вместе со своими людьми двинулся в штаб, а я вдруг понял, как сильно устал.

Позвав с собой Шустрика, пошёл сначала в столовую, где мы сытно и вкусно поели, потом сходил в ещё теплую баню и только после этого со спокойным сердцем лёг в кровать и, укутавшись пуховым одеялом, заснул под тихое мурлыканье зверька.

На следующий день проснулся только в обед. Быстро одевшись, побежал первым делом в госпиталь проверить зараженных, но их там не оказалось. Оказывается, утром их ещё раз провели и отпустили, поэтому все занялись своими делами.

Когда я уже хотел покинуть госпиталь и направлялся к выходу, ко мне подошёл Кривошеин.

— Александр, хочу извиниться перед вами, — слабым голосом произнёс он и потер уставшие глаза. Судя по темным кругам под глазами и осунувшемуся лицу, ночью он не спал. — Ночью мы сделали вскрытие. Вы были правы — он бы не смог выжить в любом случае. Его органы настолько изменились, что я не понимаю, как он вообще столько времени прожил. Признаться честно, когда он стал вести себя агрессивно, мы побоялись приблизиться и просканировать его.

Он опустил взгляд на свои руки и ещё раз тяжело вздохнул.

— Надеюсь, вы не держите на меня зла? Я всегда действую прежде всего в интересах своих больных.

— Нет, не держу. Я вас понимаю.

Мы обменялись рукопожатием. Лекарь сказал, что будет рад моей помощи в будущем и, чтобы между нами не осталось недомолвок и неприязненного отношения, пригласил к себе в кабинет на «чашку чая с капелькой коньяка».

Я не стал отказываться, поэтому вскоре мы уже рассказывали друг другу забавные случаи и громко смеялись. Понятное дело, что каплей коньяка не ограничились, поэтому пришлось почистить организм, прежде чем выйти из госпиталя.

На улице встретил Орлова, который направлялся в штаб. Он ещё раз поблагодарил меня за лечение и рассказал о планах.

— Никита Иванович поверил твоему рассказу про Синарджик, но хочет убедиться в том, что там точно ничего больше не осталось, поэтому я со своими людьми и ведьмаками завтра выдвигаюсь в путь.

— Сергей Кириллович, можно мне с вами? — тут же загорелся я.

— Туда дороги нет, поэтому придется по прямой идти по лесу, а это дней пять, — предупредил он.

— Я буду на драконе и полечу перед вами. Заодно проверю, чтобы не было ловушек, — с готовностью ответил я.

Оставаться в лагере мне совсем не хотелось. Не для того я прибыл сюда, чтобы отсиживаться в тепле.

— Хм, хорошая идея, — оживился Орлов. — Доложу об этом генералу. Не думаю, что он будет против.

Я уже хотел пойти собирать вещи, но он остановил меня.

— Только одно меня настораживает, — вполголоса произнёс он и осмотрелся.

— Что именно? — заинтересовался я.

— Ведьмаки. Они идут с нами.

— И что?

— Я не знаю, что от них ждать. Непроверенные, невоенные люди, ещё и черной магией владеют.

— Думаю, вы зря из-за них беспокоитесь. Ведьмаки — обычные люди, такие же как мы с вами.

— М-да, — задумчиво произнёс Орлов. — Ну ладно, время покажет. Но если они предадут и будут действовать против нас, то до суда не доживут. Я расправлюсь с ними прямо там, — грозно сказал он.

Я не стал ничего говорить. По всему видно, что нужно время, чтобы общество приняло ведьмаков, ведь их столько десятилетий очерняли. Но я уверен, что всё изменится, и они перестанут быть изгоями.

Вечером мы все вместе в штабе ещё раз обсудили наши дальнейшие действия и разошлись по домам. Поспать удалось мало, но на рассвете все были полны решимости выполнить задание.

Часть дороги отряд с ведьмаками проедет на машинах, поэтому они уже расселись по внедорожникам. Я же пошёл на поляну, где Калифрон доедал очередного оленя. Судя по количеству рогов, валяющихся в округе, мяса он поел вдоволь.

Взбираясь на шею дракона, я думал, что слетаю туда обратно и всё, но…

Первое время я летел в облаках на Калифроне прямо над машинами с нашим бойцами. Затем дракону надоело лететь так медленно, поэтому он энергично замахал крылья и круто взмыл вверх, оставляя за собой вихрь мелких снежинок, сыплющихся с серого неба.

Я изо всех сил вцепился в шею дракона, чувствуя, как сердце неистово бьётся в груди от хлынувшего адреналина. Мне совсем не хотелось останавливать его или умерить пыл. Я получал удовольствие от полета.

Когда земля осталась далеко внизу, а машины превратились в еле заметных черных муравьёв, Калифрон внезапно нырнул вниз, закручиваясь спиралью.

— Юху-у-у! А-а-а! — я не смог сдержать крик, рвущийся из груди.

Дракон сложил крылья, прижав их телу, и мы падали в свободном падении. Сначала был восторг, но с каждым мгновением земля приближалась, а дракон и не думал, распластать крылья и остановить падение. Внутри появилась тревога. А вдруг он не успеет, и мы просто со всего размаху ударимся о землю? Тогда никто не выживет.

Однако, несмотря на мои опасения, Калифрон знал, что делает. Он распахнул крылья над самыми верхушками деревьев и вновь взмыл вверх. На этот раз он, видимо, решил проверить меня, поэтому за считанные секунды перевернулся на спину, отчего я оказался вниз головой.

— А-А-А-А! — на этот раз я кричал от страха.

Мне казалось, что затекшие руки и ноги не выдержат, и я просто свалюсь головой вниз на верхушки деревьев. Но дракон почти сразу перевернулся в нормальное положение, взмыл вверх и продолжил закладывать крутые виражи и делать мёртвые петли.

Вскоре я поймал себя на мысли, что будто сросся со своим питомцем и стал с ним единым целом. Я точно знал, что он сейчас предпримет и куда повернёт. Поэтому то всем телом прижимался к теплой шее, то закручивал на руках кожаный ремень и расслаблял ноги.

Когда дракон вдоволь налетался и опробовал новые трюки и кувырки, спустился вниз к дороге и снова размеренно полетел над машинами. Я же просто обмяк, будто это я, а не он, летал в небесах и выписывал пируэты.

Вскоре машины съехали на обочину, маги вышли на улицу и принялись вытаскивать лыжи из прицепа последнего внедорожника. Калифрон опустился на дорогу чуть поодаль, чтобы не пугать людей. Все знали, что дракон теперь мой питомец, и нападать не будет, но его внушительный и грозный вид если и не пугал, то очень настораживал.

— Ну что ж, теперь через лес, — сказал Орлов, надел большие мохнатые варежки и оперся на свои лыжные палки. — Дорога предстоит дальняя. Но главное — мы должны быть очень осторожны и внимательны. Крепость, в которую мы направляемся, находится на территории османской империи. То есть нам предстоит нарушить границу…

— И что в этом такого? — возмутился один из магов. — Идёт война на нашей земле. Они уже пересекли границы. А мы что? Миндальничать с ними будем? Я не согласен. Даже хорошо, если узнают, что мы тоже можем проходить на их территорию, а не только они на нашу.

— Не прав ты, Потап, — строго зыркнул на него Орлов из-под насупленных бровей. — Мы не тягаться с османами идём, а с секретной миссией — проверить крепость на наличие оружия. Если оно там есть — уничтожим и сразу назад. Если нет — ещё лучше. Проверим каждый угол, каждую дверь, и домой. Не надо путать цели.

Потап ещё немного повозмущался, но больше для вида.

Орлов предупредил, что мы будем идти в светлое время суток через густой лес на лыжах. По плану у нас должно уйти на дорогу в одну сторону — пять дней. Если ускоримся и будем меньше отдыхать — четыре.

Кто-то предложил весь путь пролететь на Калифроне, но я был против. Во-первых, дракон подчиняется только мне, и кроме как сидеть на шее, больше негде расположиться. Он может просто скинуть чужака, и за это ответственность придётся нести мне.