Мне пришлось постараться, чтобы заставить его вернуться к лагерю османов. Он прекрасно помнил, чем для него обернулось противостояние с ними.

Несколько раз мне пришлось повторить приказ лететь к османам, и только после этого дракон развернулся. Я велел лететь над самым лесом, чтобы нас издали не заметили. Калифрон послушно парил так низко как мог, почти касаясь кончиками крыльев верхушек деревьев.

Как только мы вынырнули из леса и оказались над лагерем османов, я тут же осуществил то, что задумал. Первым делом облил самыми ядрёными зельями боевые машины. Одни вспыхнули ярким пламенем, который невозможно потушить. Другие я облил новым зельем, смешанным из двух: в «Ледяную пелену» добавил «Разъедающее прикосновение». Получилась «Разъедающая пелена». Теперь кислота будет оставлять не только дыры туда, куда попадёт, а распространится вместе со льдом и нанесёт куда больший урон.

Калифрон тоже не остался в стороне и принялся, как и прежде, поливать огнём, хватать когтями людей, разрывать палатки и беспрестанно щелкать зубами, перемалывая всех, кто попадётся.

В общем, повеселились на славу. Когда в нас полетели заклинания, я велел даркону лететь к отряду, но в последнее мгновение увидел тех, в бордовых костюмах. Они взобрались на лошадей и рванули к лесу, даже не пытаясь помочь своим людям.

Ну что ж, тем же лучше. Я направил дракона за ними.

Догнали их быстро, поэтому, когда всадники увидели дракона над головой, то в панике погнали лошадей через сугробы, пытаясь оторваться. Но где там, от нас не уйдёшь.

Я велел Калифрону поймать хотя бы одного и обязательно сохранить ему жизнь, но мы не могли спуститься — мешали деревья. Я пытался попасть из зельестрела в беглецов «Оковами», но попадал в ветки или в стволы, но не в всадников.

Вскоре я заметил, что лошади устали. Они часто спотыкались, вязли в снегу, дергали головами, однако всадники даже не думали их жалеть. Мужчины нещадно били животных пятками и плёткой.

Вдруг одна из лошадей упала и больше не поднялась. Мужчина дергал за узду, бил её ногами и руками, но животное отказывалось вставать на ноги. Это было нам на руку. Я наклонился, прицелился и выстрелил. Патрон с «Оковами» попал прямо по затылку. Зелье быстро прошло сквозь шапку и уже через несколько секунд мужчина рухнул в снег рядом с лошадью.

— Один готов! — обрадовался я и отправил Калифрона вслед за остальными.

Если сможем, возьмём всех. Если нет, то один у нас уже точно в руках. Эх, кажется мне, они не простые офицеры, а птицы куда более высокого полёта.

Всадники продолжали в панике гнать лошадей сквозь сугробы и хрустящий наст. Ветви обнаженных деревьев мелькали перед глазами, когда я пытался высмотреть их и понять, как же подобраться к беглецам в бордовых одеждах.

Для большего эффекта я велел Калифрону зареветь, что он и сделал, вложив в свой голос достаточно силы. Ух-х-х, мороз по коже.

Я заметил, как ускорились османы, изо всех сил орудуя плетьми по крупам своих лошадей. Как они с опаской поглядывали на огромного дракона, парящего над ними. Боятся и правильно делают, я их не упущу.

Калифрон скользил над верхушками елей, уворачиваясь от высоких деревьев, поэтому я не мог увидеть, что находится впереди. Однако с темных фигур под нами ни на секунду не спускал взгляда, будто хищник, высматривающий добычу.

Вдруг лес закончился, и всадники, гнавшие лошадей во весь опор, выехали на открытое место. Скорее всего, здесь находилось озеро или болото.

Я уже было обрадовался, что сейчас мы их схватим, но как оказалось, радоваться было рано. Вдвоём они замахали руками, выкрикивая какие-то слова, и прямо перед мордой дракона начала появляться та самая зеленая сфера.

«Уходи влево!» — в панике заорал я.

Однако дракону не надо было подсказывать. Он сам всё понял и ринулся в сторону тот самый момент, когда я крикнул. Зеленая сфера, напитавшись энергией, сорвалась с места и пронеслась мимо нас, угодив в сосну. Послышался треск, и дерево разлетелось на щепки, а оставшийся пенёк вспыхнул ярким пламенем.

Раздосадованные османы вновь принялись творить заклинания, но в это время я приказал своему могучему питомцу:

«Калифрон, хватай их!»

Дракон резво ринулся к ним, заклубилась снежная пыль, поднятая его крыльями. В следующую секунду дракон осторожно схватил обоих всадников когтями и с легкостью вырвал из седел.

Лошади, почувствовав свободу, ринулись куда-то вбок, а мы поднялись вверх. Я обмотал одну руку ремнем и сильно наклонился вбок, чтобы посмотреть на османов, которых теперь можно называть пленниками.

Мужчины были живы и даже пытались вырваться из цепких лап Калифрона, но где там. Наверняка дракон даже не чувствовал их потуг, легонько придерживая, чтобы не раздавить.

«Летим к своим!» — велел я и направил его в сторону отряда.

Свои оказались довольно близко. Члены отряда первыми увидели нас и принялись махать руками и отправлять вверх огненные стрелы, чтобы мы не пролетели мимо.

Дракон нашёл свободное место, и перед тем, как спуститься, сбросил свой груз в мягкий нетронутый снег. Османы попытались сбежать, но я вытащил и-за пояса зельестрел и крикнул, показав им его:

— Сдавайтесь! Иначе пристрелю!

Я не знал, понимают ли они русскую речь, но демонстрация оружия им точно подскажет, что я имею в виду.

Османы перебросились парой фраз на своём языке и вмиг выхватили оружие, но я не дал им ни малейшего шанса. Два выстрела — два попадания. Одновременно они упали в снег, не в силах пошевелиться. «Оковы» заблокировали способность управлять свои телом.

— Саша! Ну наконец-то! — послышался сзади радостный голос Орлова, и весь отряд показался из леса. — Мы уже успели подумать о плохом.

Он подкатил ко мне на лыжах и заключил в крепкие объятия.

— Ну и напугал ты нас, — он перевёл взгляд на османов. — А это кто такие?

— Трофей, — усмехнулся я.

— Ну ладно. Сейчас всё расскажешь, — он повернулся к отряду и крикнул. — Привал!

Все с облегчением принялись снимать лыжи и доставать сухпайки. Двое магов заковали османов в антимагические кандалы и привязали к деревьям, чтобы те ничего не отморозили себе, лёжа в снегу.

Сидя с кружкой горячего чая и жуя аппетитный бутерброд, я подробно рассказал обо всём, что происходило. Орлов остался доволен и велел немедленно связаться с лагерем и доложить Грибоедову о случившемся, затем подошёл к османам, которые потихоньку начали приходить в себя, но могли только бессвязно мычать и мотать головами.

— Странно, что с собой у них нет никаких документов и опознавательных знаков, — задумчиво проговорил граф и ещё раз прошёлся по карманам османов, которых уже обыскивали. — Действительно, ничего нет. Саша, ты уверен, что они представляют для нас хоть какую-то ценность? Может, пристрелить их, и дело с концом?

— Нельзя их убивать. Судя по тому, как к ним относились, это люди высоких чинов.

— Что ж, мне придётся кого-то отправить с ними в лагерь, — недовольно протянул Орлов и окинул взглядом свой отряд. — Вообще-то у меня каждый человек на счету.

— Нет, не надо. Мы с Калифроном сами это сделаем. А вы двигайтесь по этому же курсу. Если ничто не остановит в пути, вечером вы подберётесь к войску.

— Ну хорошо, — с облегчением выдохнул он. — В очередной раз решил большую проблему.

Он вытащил из своего рюкзака шоколадный батончик и с улыбкой отдал мне.

— Держи, заслужил.

В полевых условиях этот батончик с цельными ядрами фундука казался божественным лакомством.

Перекусив, отряд засобирался в дальнейший путь, а я повёл османов к Калифрону, который с хрустом жевал пойманного лося.

— Если будете себя плохо вести, попадёте в его пасть, — сказал я и кивнул на окровавленную морду.

— Эй, парень, я деньги дам. Отпусти, — вдруг сказал один из пленников — осман с тонкими чертами лица и черными глазами.

— А-а, так вы русский знаете, — удивился я. — А чего раньше молчали?