Она коснулась моей щеки, её пальцы были холодными и чужими.

— Если ты кричишь имя другой женщины во время оргазма, Адам, это значит, что тебе нужно трахнуть её, ты просто обманываешь себя… — прошептала она, глядя прямо мне в глаза.

В её словах была какая-то злая правда, которая резанула моё сознание.

Она усмехнулась и добавила:

— Если ещё раз захочешь "забыть", можешь позвонить, лично мне всё понравилось…

С этими словами она быстро оделась и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Я остался в одиночестве один на один со своим позором, чувствуя на себе чужие прикосновения, ощущая на своём теле запах Алины, от которого меня затошнило. Мерзость происходящего давила на меня. Как я могу расслабиться, если мои мысли всегда возвращаются к Еве? Это уже не просто наваждение, это проклятие какое-то. Она играет со мной, я это знаю. Затеяла свою игру, словно в награду этому был доступ ко мне, словно проверяет мои рамки, и я не могу ей позволить переступить эти рамки, мы – кровные родственники, между нами ничего не должно быть, тем более секс. Но чем больше я убеждал себя в этом, тем больше понимал, что рано или поздно я поддамся искушению. И именно последствий этого искушения я боялся больше всего.

Поднявшись с дивана, я сорвал с себя презерватив и выбросил его в мусорную корзину. Этот секс – ничто иное, как ошибка, фарс. Какая-то жалкая пародия на то, что должно было быть. Не успел я натянуть брюки, как в мой кабинет ворвался Влад.

Влад был моей правой рукой, моим верным псом в этом проклятом зверинце, который я называл клубом. Он знал все мои секреты, прикрывал мою задницу, решал проблемы. Но он же и был самым язвительным человеком, которого я знал. И сейчас, увидев меня в таком виде, он не упустил возможности поиздеваться.

— О, Адам, прости, не знал, что ты занят, — протянул он слащавым голосом, прикрывая рот рукой, словно кашляя. — Похоже, "Белый Тигр" теперь предоставляет не только развлечения премиум-класса, но и возможность снять стресс прямо на рабочем месте!

Он прошёлся по кабинету, оглядывая разбросанную одежду, смятую простыню на диване и мой совершенно потерянный вид. Его взгляд задержался на мусорном ведре, где валялся скомканный презерватив.

— Я видел, как Алина выходила из твоего кабинета, — с ухмылкой продолжил Влад. — Неужели такая горячая штучка не пришлась тебе по вкусу? Хотя, если честно, я удивлён. Обычно тебе по вкусу блондинки, а тут… брюнетка… Значит, решил изменить своим принципам?

Я смерил его предостерегающим взглядом, не в силах выносить его насмешки. Сейчас, когда я чувствовал себя выпотрошенным и униженным, мне меньше всего хотелось выслушивать его подколки. Ева уничтожила меня окончательно. И всё, о чём я мог думать – это о ней. О её коже, нежной и бархатистой на ощупь. О вкусе её губ, сладком и пьянящем. О том, как её мышцы сжимались вокруг моего пальца… Чёрт, я просто конченный психопат!

— Решил попробовать что-то новенькое, — натянуто улыбнулся я, пытаясь скрыть внутреннюю бурю. Достав из шкафа бутылку виски, я налил себе щедрую порцию. — Надоели блондинки, все они одинаковые… Вот и решил, почему бы и нет?

Влад скептически приподнял бровь.

— Признавайся, снова Ева вывела тебя из равновесия?

Чёрт. Ева. Даже её имя звучало как обвинение.

— А ты помнишь хотя бы один день, когда она меня не выводила? — усмехнулся я, делая большой глоток виски. Жидкость обожгла горло, на короткий миг заглушая душевную боль.

— С тех пор как ты взял её под свою опеку, я только и вижу, что ты пытаешься согнать с себя стресс, — покачал головой Влад. — Отправь её в квартиру её родителей, ей восемнадцать лет, Адам, она уже взрослая! Ты можешь оплачивать ей учёбу, расходы, что угодно, но пусть она живёт своей жизнью! Дай ей свободу и… дай свободу себе.

— Какая свобода, Влад, о чём ты? Она ходит в клубы, она… — я начал чувствовать, как закипаю и задыхаюсь. Ярость, негодование, и… чёрт возьми, ревность разъедали меня изнутри. — …она трахается со всеми подряд! — прошипел я сквозь зубы, чувствуя, как взгляд непроизвольно наливается яростью.

Я представил её, смеющуюся, пьяную, в объятиях какого-то смазливого подонка, и меня передёрнуло. Чёрт, да что со мной такое?

— Если она забеременеет, что я буду делать? Ты себе это представил?

Влад расхохотался, запрокинув голову. Звук его смеха эхом отразился от стен кабинета, как издеваясь надо мной.

— Адам, ты сейчас серьёзно? Ты же ей не папочка какой-то… и не ревнивый муж… или, постой…

Он внезапно замолчал, испепеляя меня долгим, изучающим взглядом. Влад всегда умел видеть меня насквозь, и сейчас я ощущал это как никогда остро. От его взгляда у меня всё зашевелилось внутри, противное предчувствие скорого разоблачения. Только не это. Не хватало только этого.

— Ты что-то не договариваешь… — медленно произнёс Влад, в его голосе сквозила неприкрытая настороженность. — Колись, что между вами произошло?

Я отвернулся от него, пытаясь собраться с мыслями. Как же я ненавидел эту свою жизнь, полную лжи и лицемерия.

— Ничего, Влад. Между нами ничего не произошло, — как можно более спокойно ответил я, стараясь придать голосу уверенность. — Просто… я чувствую ответственность за неё. После смерти её родителей…

Я замолчал, не договорив фразу. Слова звучали фальшиво даже для меня самого. Ответственность? Да я одержим ею! Я хочу контролировать каждый её шаг, знать с кем она говорит, с кем спит. Чувствую себя конченным сталкером, преследующим свою жертву.

Влад не поверил. Я видел это по его взгляду.

— Адам, я знаю тебя тысячу лет. Не надо мне этой лапши на уши. В тебе что-то изменилось после того, как Ева поселилась в твоём доме. Ты стал нервным, раздражительным, ты срываешься по пустякам. Что, чёрт возьми, происходит?

Я сделал ещё один большой глоток виски. Алкоголь медленно растекался по венам, притупляя остроту момента.

— Да ничего не происходит, Влад. Просто… она напоминает мне о прошлом, о тех ошибках, которые я совершил. Видеть её каждый день… это как вечное напоминание о моей вине.

Это была полуправда. Да, Ева напоминала мне о прошлом, о трагедии, которая разделила нашу семью. Но она также пробуждала во мне какие-то тёмные, запретные желания, о существовании которых я даже не подозревал. И эта смесь вины и похоти сводила меня с ума.

Влад замолчал, молча достал свой телефон, и как ни в чём не бывало стал листать что-то в интернете. Тишина повисла в кабинете, нарушаемая лишь моим тяжёлым дыханием и тихим шорохом его пальцев по экрану. Я попивал виски, не понимая, что вообще сейчас происходит, почему он резко отвлёкся. Я отвернулся, погружаясь в собственные мысли и размышляя, как не поддаться тем манипуляциям, что устраивала мне Ева. Она явно желала, чтобы я сорвался и взял её… Но я не хочу. Если это случится, назад дороги не будет. И мы утонем в этой похоти оба, забывая обо всём. Я этого не хотел.

— Ты знаешь, давно я не заглядывал в её инстаграм, — вдруг произнёс Влад, вырывая меня из раздумий. — Она симпатичная, да чего уж там, твоя племяшка просто красотка! К тому же блондинка, нет, ну я знал, что она блондинка, но к восемнадцати она совсем расцвела, прямо раскрылась…

Я чуть не выплюнул виски, которые только что отпил. Ярость волной поднялась изнутри.

— Чего? — прохрипел я, с трудом сдерживая гнев.

— Да смотрю на твою Еву, она красивая… — Влад оторвался от телефона и вперил в меня взгляд, ожидая ответа. — Ты что, запал на неё?

Чёрт, и что делать? Неужели мне придётся расколоться? Но с другой стороны, не буду же я держать это в себе вечно.

— Она пытается меня соблазнить, — сухо ответил я и отпил ещё виски, пытаясь успокоить дрожь в руках. — Достаточно информации?

Влад рассмеялся. Его смех, обычно такой заразительный и поднимающий настроение, сейчас звучал как насмешка.

Когда он наконец успокоился, то произнёс:

— Слушай, ну если ты не против, могу за ней приударить. Чтобы девчоночка наконец-то почувствовала, что такое настоящий, взрослый мужчина. Мне просто кажется, что её тянет к таким… ну, если ты не против, конечно.