— Он прощался со мной, с нами, — Лиана плакала! Моя железная леди плакала, где бы записать. Я и сам находился на грани, чтобы не разрыдаться. Тихоня улетел и вряд ли вернётся.

— Ему надо поправиться, в Пекле есть чем питаться. Мне кажется, мы ещё встретимся, — попытался утешить я Лиану не особо веря в сказанное.

— Ты думаешь? — с надеждой спросила она.

— Конечно, что с ним случится? Видала как он отделал эту образину, — проскрипел папаша Кац. — На, выпей! Крепенький!

— Спасибо, — Лиана вылила содержимое фляжки себе в рот и не поморщилась. Папаша Кац широко открыл глаза не веря, что его пойло кто-то смог выпить, вот так за один присест. — Всё-таки он защитил нас!

— Да, но радиация нас обязательно добьёт, пора ехать.

Подъём наверх мы нашли гораздо быстрее. Примерно в том месте, где недавно располагался ангар с тремя челноками. Его не стало, он похоже провалился в глубокий овраг, по которому мы и поднялись на плато. Вокруг стояло безмолвие и хорошая погода. К сожалению, оставаться здесь мы не могли. У нас даже элементарно нечего было жрать, даже повара. Его поглотила морская пучина.

— Какие планы на вечер, командир? Ночевать, мы похоже будем в броневике? — спросила Пенелопа.

— По очереди, — согласился я. — посадочных мест всего пять штук, так что дежурим по парам. Но перед этим я бы сгонял в магазин.

— Жень, сдурел? Сегодня последний день перед перезагрузкой. Там такие экземпляры ходят, — воскликнула Лиана.

— Экземпляры все ушли, перезагрузка будет сегодня, — обратил её внимание на радар папаша Кац. — Там уже нет никого. Какова дальность радара в городской застройке?

— Пять километров. Получается я ошиблась?

— Даже к лучшему, перезагрузка начнётся рано утром, так что у нас есть все шансы затарится, — повеселела Ракета.

— А потом к Протеус, — сообщил папаша Кац. — У них остался бур и кристалл. Мы не можем просто так этого оставить.

— Изя правильно говорит. Сами знаете, чем может закончиться, — погладила знахаря по голове Соня.

— Но потом мы наконец сможем уехать отсюда? — раздражённо спросила Рейко.

— Да и с большим удовольствием. Между Гранитным и тем местом, где нас чуть не разобрали на органы, есть небольшой кластер в стороне от дороги. Там в своё время регулярно прилетал чудесный супермаркет, — вспомнила Лиана. — Главное не забыть взять воду. Дальше километров триста ничего не будет.

— Что нам триста километров, за один день сделаем, — махнула рукой Ракета.

— Не скажи. В будущем дорогу регулярно чистят, по ней гоняют патрули и разбирают завалы. В каком она состоянии сейчас, никому не известно, — прокряхтел папаша Кац. — Я бы в Центре пожил. Мерлина ещё нет, я имею все шансы стать его учителем. Он так мне и не сказал, кто его всему научил.

— Вы разве учитесь? — удивилась Соня.

— Опыт, сын ошибок трудных! Это не я сказал, но опыт, это всё в нашей профессии, детка!

— В любой, — откликнулась Лиана. — Жень, подмени! Профессор похоже убил меня своим живчиком, всё перед глазами плывёт. Кац, как можно пить это пойло?

— Вообще-то это была тормозная жидкость на споранах. Или спораны на тормозухе. И щепотка ванили, для вкуса.

— Урод! — обессилено прошептала Лиана и клюнула головой в руль. Я еле успел перехватить управление. Захрапевшую бесчувственную Лиану перетащили в салон. Папаша Кац сидевший рядом испуганно посмотрел на рыжую.

— Изя, ты бы предупреждал в следующий раз, — укоризненно сказал я. — Чуть не врезались. Вечно исполнишь какую-то пакость, а люди мучаются потом.

— Она сама взяла фляжку, я и сказать ничего не успел, — виновато шмыгнул носом папаша Кац.

— На нервах отхлебнула, а так, Изя, этот твой «нектар богов» просто моча скреббера, — подтвердила Соня. — Жень, нам одежду надо найти и лучше покрепче. Что-нибудь для туристов, скафандров то у нас нет.

— Лучше сразу бронежилеты, — предложила Пенелопа. — Розовые бывают?

— Не встречал, — усмехнулся я, не отрываясь от дороги. — С хвостиком?

— Перекрасим. Пришьём, — сквозь сон прошипела Лиана.

— Тогда нам к Меге надо поворачивать, я там для туристов хороший магазинчик видел, — посоветовал мне папаша Кац. — Через три дома направо.

Перезагрузка прошла совсем недавно, во всяком случае мне так показалось. Заражённых ещё не было, они появятся позже. Пришлые и местные перерождённые, у нас по моим подсчётам оставалось два часа до появления первых медляков. Я повернул, куда указал папаша Кац и резко нажал по тормозам. Перекрывая широкий проспект, громоздилась египетская пирамида, оставляя небольшой проход справа. Невысокая, этажей в десять, но настоящая и почти новая, блестящая. С чего я это взял? Так всё просто! По проспекту шагали строем египтяне во всё белом. Кто-то тащил носилки с кувшинами, кто-то с едой. Отдельно плелись голые девки, их щедро охаживал кнутом жирный надсмотрщик с бабьим лицом.

— Евнух! — донеслось со спины. Лиана проснулась с мешками под глазами и со всклоченными волосами уныло смотрела в окно броневика.

— А вот и сам начальник! Почивший, — Изя Кац ткнул пальцем указывая на замотанного в белые бинты усопшего. На глазах у него лежали большие золотые монеты. В лапах он зажал золотую палку с красивым набалдашником в виде орлиной головы, а на ногах у него блестели золотые тапки. Мы молча переглянулись с папашей Кацем, и я остановил броневичок ловко подрезав процессию.

— Всем стоять и боятся, это ограбление! Прыжок на месте — провокация! Шаг влево или вправо, побег! Стреляю на поражение! — первым выскочил знахарь и несколько раз выстрелил в воздух. Евнух с удивлением посмотрел на свой хлыст и выбросил его на дорогу.

— Парле франсе? — из пассажирского отсека вылезла злющая Лиана с автоматом. — Дую спик инглиш? Папуасы долбанные, отвечать, когда вас спрашивают!

— О, Богиня! Не гневайся, — от процессии отделился старик с седой длинной бородой и бухнулся мордой в песок. — Разреши нам захоронить нашего фараона. Не забирай нас в загробный мир вместе с ним! Достаточно того, что он нас и так заебал во время своего правления!

— Конечно, конечно, — Изя Кац с трудом вырвал из цепких пальцев фараона жезл. — В связи с последними распоряжениями с регалиями власти на тот свет нельзя! У нас там знаете сколько фараонов уже? Все палками меряются у кого длиннее! И монетки я приберу, у нас теперь бесплатный проезд для пенсионеров.

— И в тапках таких тоже не пускают! — ехидно объявила Соня, сдирая подковы с фараона. — Вот, держите, сменку. — Она кинула им пару белых тапок из отеля РА.

— Ариведерчи! — Лиана, не целясь выстрелила в лоб евнуху, и он молча свалился рядом с кнутом. — Бегите девки, трахайтесь пока есть время!

За пирамидой проспект приобрёл знакомые очертания, и через двести метров мы увидели вывеску «Мега». Особо не церемонясь, я вышиб стеклянные витрины и въехал внутрь. Испуганные покупатели и продавцы начали судорожно доставать какие-то прямоугольники и усиленно тыкать в них пальцами. Отовсюду доносились крики «Где сеть?», «112 не пашет», «Нам пиздец, я же предупреждал!», «Наконец-то они прилетели, теперь его уж точно выебут!». Тем временем парочка папаша Кац и Соня исполнили в своём репертуаре. Изя начал палить в воздух, а Соня разбила витрину с драгоценностями и брезгливо осмотрела самоварное золото с цирконием вместо брюликов.

— Что за отстой? Женя, поехали дальше, в соседнем квартале продуктовый, — дёрнула меня за рукав Лиана. Я медленно тронулся, давя витрины пятидесятидюймовыми колёсами. Папаша Кац и Соня как заправские гангстеры повисли на подножке двери. Ошарашенные люди звали охранника, но он почему-то замер у стенки и пускал слюни страшно вращая белками без зрачков, а потом набросился на спелую куртизанку с огромными губами. Стоило ему только прокусить их, как его плешивую морду забрызгало прозрачной жидкостью. Охранник взвыл от такой несправедливости и потерялся в меховом отделе.