И тут произошёл взрыв. Подземный ядерный взрыв в ограниченном пространстве тоннеля в одну килотонну. Однако мы не учли самого бура, лежавшего дне. Чем его напичкали Протеус мы так и не узнали, но это вещество детонировало и вступило в синергию с ядерным зарядом. Результатом был просто вулкан плазмы, вырвавшийся из тоннеля. Пройдя наверх десять километров, он поднялся ещё на добрые пять сжигая всё на своём пути. Корабль вычислителя перестал существовать, не выдержав такого воздействия. Первым лопнул кристалл, а затем уже разорвало и сам корабль изнутри и полностью сожгло пламенем плазменного выброса.

Земля ходила ходуном. Мимо нас пролетали тысячи тонн грунта создавая новую горную гряду. Вокруг булькала расплавленная порода поглотившая Рейко и самого Вычислителя. И только щит поставленной нашей героиней остался незыблем. Она отдала ему всё что имела, включая четыре цистерны и энергию самого Вычислителя. Стихия бушевала ещё минут десять и наконец успокоилась. Что интересно счётчик Гейгера молчал, так как мы по-прежнему находились под щитом. Лиана начала выбираться задним ходом. Корпус броневика из белого превратился в чёрный. Резиновое покрытие на колёсах, разумеется, исчезло, но едва мы начали движение, как оно само начало восстанавливаться. Так мы пятились ещё минут десять при полном молчании. Наконец Лиана развернулась и разогнавшись направилась к проходу в черноте. Щит исчез, стоило нам только достигнуть коридора. На той стороне всё было спокойно. Старый город жил своей обычной жизнью. Заражённые увлечённо гонялись друг за другом, а мы взяли курс на Гранитный.

— Жалко девчонок. Изя, доставай своё пойло, помянем, — вздохнула Соня.

— Сонечка, душа моя, ты решила присоединиться к ним? — встревоженно спросил папаша Кац. — Попробуй эту штучку, намного демократичнее. Янтарь скреббера на виноградном соке с добавлением двух капель стеклоочистителя, — знахарь достал маленькую фляжку.

— Полагаешь? Зачем в ней стеклоочиститель? — Соня подозрительно отнеслась к жидкости голубого цвета, что нацедил Изя Кац.

— Для цвета, душа моя. Исключительно для цвета! Определённо тебе понравится. Перед тобой отроются новые горизонты, столько красок ты ещё ни разу не видела, — закивал знахарь. — А какая вкусовая палитра, пальчики оближешь!

— Изя, ты хочешь один дальше ехать? — хмыкнула Лиана. — Соня, выпей просто обычной водки.

— Ну и как хотите, — раздосадованный знахарь опрокинул колпачок себе в рот и его волосы вдруг встали дыбом, но через десять секунд опали. — Кто вам такое ещё предложит! Лесник, что дальше?

— Да, Женя! Куда мы дальше? — Пенелопа лежала и смотрела в потолок переживая смерть подружек. — Что мы теперь впятером сможем? Абажур, Чукча, Рейко, Ракета…

— Пенелопа, ты в курсе моей теории? — оживился папаша Кац. — О двойных сущностях?

— Какой ещё? — нехотя ответила нимфа.

— То, что мы здесь все аватары! Призраки, тульпы, биороботы. Короче, нолды считают, что наши оригиналы остались на Земле, а нас можно кромсать как душе угодно.

— Ты, может и биоробот, я не удивлюсь. Всякую дрянь пьёшь, а я можно сказать жить только начинаю. Высадите меня в первом попавшемся стабе, — плаксиво попросила нимфа.

— Я ей про Фому, а она мне про Ерёму! — хлопнул себе по коленке папаша Кац. — Я про убиенных. Они уже дома. Так что, в каком-то плане, ребята отмучились.

— В чём проблема, попроси Лиану тогда. Она быстро тебя отмучает, — пожала плечами Пенелопа. — У неё руки давно чешутся.

— Это деяние будет расцениваться как самоубийство. Не подходит. А зачем тебе стаб, позвольте узнать? — коварно спросил папаша Кац.

— Пионерский лагерь сделаю, — не моргнув глазом ответила Пенелопа. — Буду там директрисой.

— Ты вожатой что ли была? — догадалась Соня.

— Ага. Прикинь, Сонь, с каким наслаждением я бы этих маленьких засранцев сейчас разорвала на части! Ах, как они меня достали, как достали. Нет слов. Будем мать-и-мачеху собирать, металлолом опять же. Эшафот строить…

— Заражённых подкармливать, — подсказал папаша Кац.

— И это тоже, обязательно надо, особенно когда в холодное время им хочется больше питаться. Скворечники строить для них, в общем-то дела найдутся.

— Эдак у тебя пионеры быстро закончатся, — хохотнула Лиана.

— Ничего страшного, новых наберём. Кстати, Кац, почему я не могу на нолдов воздействовать? — вспомнила Пенелопа.

— Потому что у них двадцать пять пар хромосом. Они не чувствительны к твоим чарам. Советую в Пекло идти. Там подружишься с элитой, будешь ужас на всех наводить, — ответила за знахаря Лиана.

— Как вариант, если с пионерами не выйдет, — пообещала Пенелопа.

— Скорее всего её пристрелят, — предположил папаша Кац. — Я бы на твоём месте по-тихому работал. Не выпячиваясь. Проблема всех нимф в том, что они остановиться не могут. Галатея дошла до того, что из живых людей начала строить дерево Зла. Это же форменный садизм и содомия!Неужели плохо живётся в тени главного на стабе и руководишь всем исподволь. Надоел мужик, другого на его место поставила. Нет же вам подавай всемирной известности! Если губы, то чтобы утки завидовали! Если задница, то обязательно на два ведра. А знаешь, я читал как-то в Америке хирурги-недоучки увеличили задницу чёрной девке монтажной пеной? Они влили ей по баллону в каждую ягодицу! Вот смеху было, когда спустя неделю её пытались в гроб затолкать, а она всё пружинила. Пришлось срезать немного.

— Я тебя не понимаю, Кац! Ты меня сейчас с негритосиной сравнил? Да я тебе в говнище превращу! — пообещала Пенелопа.

— Не сможешь! Знахарь, это тоже своего рода нимфа, только умнее! — подмигнул ей папаша Кац.

— Кац, сними блок? Ну что тебе стоит, а? Я тебе век благодарна буду! — попросила Пенелопа.

— Но-но, деточка. Мы, по-твоему, совсем дурные что ли? — взвилась Соня. — Чтобы ты нас пешком в Пекло отправила?

— Ну нет. Так… приближенными сделала, — скромно ответила Пенелопа, стряхнув несуществующие крошки с красного платья.

— Ай, спасибо, императрица, — рассмеялась Лиана. — Жень, ты что думаешь по этому поводу?

— Какому?

— Такому, кому мы такое счастье оставим? Ведь нам потом весь Улей благодарен будет, сгрузили нимфу на стаб и дальше поехали. Не по-людски как-то. Может пристрелим, пока не поздно? — спросила Лиана, Пенелопа побледнела и подобралась.

— Мы в любой момент сможем её грохнуть, если будет безобразничать, — напомнил папаша Кац.

— Ты не забывай, Пенелопа. Живи спокойно, без перегибов, — посоветовала Соня.

— Хорошо, — буркнула нимфа. — Попробую. Но вы меня тоже не сдавайте каждому встречному.

— И в мыслях не было, — откровенно признался я. — Иначе зачем такой дар тебе оставлять. Изя всегда может заменить его, не забывай.

— Договорились. Я поняла, не маленькая! — взбрыкнула Пенелопа. — Аккуратно, осторожно, без перегибов.

— И без концлагеря! — добавил папаша Кац.

— Уговорил, — кивнула нимфа. — Мы теперь где остановимся?

— Но не здесь уж точно, мы только выехали из Вавилона. Не знаю, как сейчас, а в будущем, это самая опасная дорога. Её ещё назвали «дорога смерти». По ней только вооружёнными караванами ходят по три тысячи человек минимум. Кого здесь только нет. Элита из Пекла, Атомиты, Нолды, просто засранцы всякие типа муров. Как-то случилось вообще нечто. Примерно на середине пути Иштар вышла на дорогу и проголосовала. Помнишь Иштар? — сказала Лиана.

— Которая нимфа? — ревниво переспросила Пенелопа.

— Она, — ухмыльнулся папаша Кац. — И тормознула караван, следующий из Гранитного в Вавилон. Больше его никто не видел. Три тысячи душ завернула к себе и устроила войнушку с Атомитами. В итоге загнулись все. Люди, Атомиты и даже медузы с соседнего стаба. Кроме Иштар, разумеется.

— Офигеть! — по глазам Пенелопы можно было понять, что она очень хочет повторить подвиги этой милой девушки. — Жалко, что её сожрали, охотно бы поболтала с ней.