Пенелопа с опаской взяла в руки перламутровый абрикос и сунула в рот. Сейчас она растворяется, ещё мгновение и папаша Кац погрузил её в полудрёму от греха подальше. Пенелопа рухнула вниз с замиранием сердца как на аттракционе. С удивлением всмотрелась не понимая, что видит вокруг себя. Лес каких-то серых теней с полощущимися лентами. Высоко вверху что-то тлело, Пенелопа, оттолкнувшись от дна понеслась к мерцающему крохотному огоньку изгибаясь всем телом. Она обратила внимание на свои кисти руки с появившимися перепонками между пальцев, тоже самое наблюдалось и на ногах. Пенелопа чувствовал себя в прозрачной воде каньона как рыба, как хищное животное. В какой-то миг проплывая мимо стены она увидела своё мелькнувшее отражение в граните. Её прелестная головка существенно видоизменилась. Вместо волос её теперь обрамляли змеи, нос провалился, оставив вместо себя две дырочки. Огромный рот полный острых игольчатых зубов был приоткрыт в усмешке. Кожа приобрела зелёный цвет и покрылась чешуёй. Пенелопа в ужасе отшатнулась и вскоре достигла вершины стебля с тлевшей искрой.

В этот момент над каньоном что-то лопнуло и всё вокруг озарило ярчайшим светом, распространившимся по всей поверхности воды. Затем также неожиданно собралось в крохотный сгусток и тотчас впиталось в искорку. Она как будто послужила запалом и последовал чудовищной силы взрыв. Пенелопа схватилась за голову почти расколовшуюся наполовину и опять увидела себя со стороны. Теперь на неё взглянула женщина божественной красоты. Она парила в прозрачной воде, её белые космы плавно покачивались. Пенелопа взмахнула рукой, и разъярённые чудовищным взрывом стебли успокоились. Искра отныне мягко сияла под водой наводя на все неактивные дары умиротворение. Пенелопа открыла глаза.

— Это было великолепно, Изя, — поблагодарила знахаря счастливая Пенелопа.

— А я видел. Поздравляю, Пенелопа. Господа, перед нами нимфа! Силы необыкновенной, обычно таких тут же стараются убить, если смогут. Но нам беспокоиться незачем, нас Пенелопа не тронет при всём желании. Я также обезопасил от неё стаю, включая Тихоню и Фельдшера. Но это нечто, — восхищённо пробормотал папаша Кац. — Даже Иштар не обладала подобной мощью.

— В чём же это проявляется? — спросила смущённая девушка.

— Ты можешь приказывать мужчинам, женщинам, вероятно заражённым, правда не знаю, насколько зрелым. Они будут выполнять твои приказы, для них ты становишься богиней. Но приказать им убить нас, у тебя не получится. Вообще всё что касается любого в этой комнате у тебя не получится. Блок стоит настолько глубоко и надёжно, что снять можно только убив уже саму тебя.

Поспать нам не дали. Рано утром, почти ещё ночью, нас разбудил РА с «радостной» вестью, что Протеус под покровом темноты опустили громадный бур с орбиты. И в данный момент он висит в буквальном смысле над северной оконечностью стаба у подножья горной гряды. РА был крайне обеспокоен этим обстоятельством ожидая скоро прибытия Вычислителя.

— Вы должны немедленно вмешаться! — истерил искусственный интеллект. — если бур начнёт работать, то остановить его уже будет невозможно! Скорее всего, вам даже не удастся прорваться сквозь кольцо охраны. Протеус спускают с орбиты всё свою группировку.

— Спешат? Чего-то испугались? — спросил папаша Кац.

— Нас! Рейко, которая продемонстрировала свою способность гасить пилоны. У них есть ещё два Дредноута и довольно внушительная эскадрилья Перехватчиков. На земле выстроились Магистры в ожидании бура.

— Нам всё равно не пройти их кордон. Мать Тихони едва не сложилась от Дредноута и в итоге сам видел, как её сбил единственный перехватчик, — заметил я. — Ждём нолдов. Не успеют они ничего пробурить, сам же говорил, Протеус нужна неделя на тоннель.

— Я не могу бросать дело на самотёк. На кону стоит вся группировка Инженеров. Три неактивных пирамиды… — мы не узнавали всегда спокойного и уверенного в себе РА. Сейчас его охватила самая настоящая истерика. Дрон-разведчик показал нам, что вокруг кольцеобразного бура диаметром в триста метров Протеус собрали все свои силы. Арбитры лихорадочно гвоздили вокруг бура и засаживали прилегающее пространство пилонами. В помощь им почти у каждого пилона Протеус монтировали нечто похоже на краба, только с множеством ног уходящих глубоко в золотистые соты, покрывающие землю. Пилоны при помощи батареек как мы их назвали, загорались сами, не требуя отдельной связи с соседями. Таким образом при потере соседнего пилона остальные продолжали работать, питаясь от батарейки. Впрочем, нас эти премудрые решения мало трогали. Отныне нашей целью являлся Вычислитель, всё остальное я считал ненужным распылением сил.

Однако встретить Вычислителя рядом с буром, мы могли всего два раза. В начале бурения и в конце. В этом и состояла проблема. Пробиться к нему своими силами мы вряд ли сможем, даже положив всю стаю и скреббера. Протеус понимали, что это их последний шанс и укреплялись по-взрослому. Сам командный корабль Протеус с Вычислителем тоже пришёл в движение перейдя на более низкую орбиту. Из чего следовало, что вскоре он начнет посадку. Размеры его поражали и ничем не отличались от самой большой пирамиды. Чем можно пробить такую громадину не имел понятия даже РА. Стационарные дезинтеграторы на пирамидах не доставали до предполагаемого места бурения. Если даже предположить, что каким-то чудесным образом Тихоня сможет приблизиться на расстояние выстрела… хотя нет и предполагать нечего. Не дадут ему этого сделать. Вычислитель просто собьёт Тихоню, как и его мамашу.

РА сходил с ума заводя остальных жителей Архива. В какой-то момент мне показалось, что машина спятила и больше уже не восстановится. Я даже пошептался с папашей Кацем не опасно ли оставаться в Архиве под водой наедине со спятившим РА? И тут по всему комплексу раздалась леденящая душу сирена. На наши вопросы РА не отвечал, но сирену всё же выключил. Тут же по всем экранам пошла картинка, показывающая с высоты птичьего полёта на этот раз базу нолдов. Над планетой вовсю стояла ночь, но у нолдов было светло как днём. Тысячи челноков заводили двигатели и включали габаритные огни. Многие из них разрезали темноту мощными прожекторами шаря по небу.

Между стоявшими стройными рядами челноками метались платформы снаряжая бомбами кого ещё не успели зарядить. Оказывается, всё это время они грузили смертоносные подарки на бомбардировщики не покладая рук. Дроны РА не увидели сколько-нибудь мощного десанта кроме пилотов и техников, обслуживающих челноки. Из чего мы сделали вывод, что операция планируется исключительно воздушная. А именно налёт. Нечто подобное устроили «союзнички» в налёте на Дрезден, полностью ликвидировав его и утопив в огне. Я пытался сосчитать общее количество челноков, но в темноте и постоянном мельтешении лучей прожекторов не смог. Но по самым приблизительным прикидкам что-то около двух тысяч машин с полными трюмами бомб.

РА срочно решил отвести дроны в сторону, и армада нолдов взревев двигателями начала взлетать. Небольшие эскадрильи почти вертикально уходили в небо, занимая свой эшелон и выстраиваясь тремя треугольниками. Общая задумка нолдов мне была понятна, пройтись над Протеус вместе с их долбанным буром и развалить там всё в пыль. Наверняка первые две волны несут обычные бомбы, а последняя ядерные. Кидать первой волной атомные бомбы неправильно, потом сам же попадёшь под радиоактивные выхлопы. Скорее всего они рассчитывают снести активную оборону, а потом уже окончательно раздавить Протеус. Моё предположение подтвердили несколько крупных соединений челноков-перехватчиков с ракетами, подвешенными на коротких крыльях.

— Ужас, сколько их, — прошептала Лиана. — Они весь стаб вспашут, туда ещё лет сто никто не зайдёт.

— Если они будут эти сто лет у планеты. Сейчас мы с нолдами в одной лодке. Пусть попробуют.

— Сомневаешься?

— Не знаю. Всё же нолды не такая древняя раса, чтобы соревноваться с выходцами из центра Галактики, если конечно РА не врёт.