– Почему не разбудили? – спросила одного из парней, кто как раз проходил рядом, поспешно поднимаясь и приводя себя в порядок.

– Командир приказал, – темный пожал плечами, словно не понимая вопроса, – мы не опаздываем. Успеете позавтракать.

Её отвели к ручью, ненавязчиво проконтролировав и проследив, а после возвращения к лагерю вручили пару бутербродов с подвяленным мясом и кружку с теплым, вкусно пахнущим какими-то травами отвар.

В путь тронулись через четверть часа и до следующей стоянки доехали так же без приключений. Разве что наткнулись на лёжку какого-то крупного хищника – Малика так и не вспомнила названия – да спугнули его. Хорошо, что у зверя хватило инстинкта самосохранения, чтобы не связываться с превосходящим противником.

Дальнейшее же путешествие проходило с куда меньшим напряжением – Малику перестали игнорировать в общих беседах, периодически обращаясь к ней с какими-то вопросами. Ей с лёгкостью доверяли приготовление обедов, а со второй ночёвки даже выделили время для дежурства – целый час сразу после объявления отбоя. Конечно, совершенно несерьезно, но лучше уж так, чем совсем ничего не делать. А вот на охоту командир отпустил её только однажды и в сопровождении сразу троих тёмных. То ли боялся, что она заблудится в лесу, то ли еще что, но спорить девушка не стала – поохотиться хотелось сильнее, чем устраивать бессмысленные споры.

А пока Малика получала удовольствие хоть от какого-то возникшего в жизни разнообразия, Советник нервничал. У него внезапно пропала супруга. Накануне вечером он видел её в коридорах дворца, а потом и на ужине, а с утра она не появилась на завтраке. Это в общем-то не взволновало бы мужчину. Но принцесса не появилась и на обеде, а сестра её выглядела при этом на удивление спокойной. И это уже вызывало подозрения. Тайншар терпеть не мог, когда кто-то знал о происходящем на территории дворца больше него самого, а оттого еще больше раздражался, что сильно мешало думать.

Он знал, кто может дать ему все ответы, но сначала Ксайштар отвлёк решением срочных вопросов, и они несколько часов разбирали бумаги, пытаясь разобраться в куче отчетов и распоряжений. А потом и любимая крестница потребовала внимания, так что собственное беспокойство отодвинулось куда-то на задний план, и вспомнил о нём Советник только на следующее утро. И сразу же направился туда, где мог получить ответы.

– Не хочешь рассказать, куда делась с защищенной всеми возможными способами территории дворца моя супруга? – застать Таена врасплох, конечно, не получилось. Он и нашел-то его с трудом, обойдя ради такого случая половину этажей, не меньше, – или мне стоит начать допрашивать всех, кто попадётся под руку?

– Отсутствие серьезных дел плохо влияет на твою сообразительность, Палач, – управляющий улыбнулся, нисколько не опасаясь сурового взгляда собеседника, – если немного пораскинешь мозгами, само поймешь, где именно находится сейчас нарэ Малика.

– Серьёзно? Пораскинуть мозгами? – Тайншар нахмурился ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда уж там, а потом задумался и просветлел лицом, – то есть, если пропадет твоя Ирида, ты тоже начнешь раскидывать мозгами, вместо того чтобы пытаться её найти?

– Ну я-то свою жену люблю, – рассмеялся Таен, но осёкся, разглядывая Советника каким-то новым внимательным взглядом, – о, не подумал, приношу извинения. Ты же сам отдал распоряжение отправить отряд на объезд приграничной территории. Нар Аршесс предложил твоей супруге отправиться с ребятами. Они уехали вчера на рассвете.

– Я так понимаю, Её Величество в курсе, – констатировал Тайншар то очевидное, что не давало ему покоя, и окончательно успокоился, спросив только, – почему мне не сообщили?

– Но ты же сам хотел чем-то занять супругу, – шатен пожал плечами, – считай, что нар Аршесс просто выполнил твое пожелание. И потом, ты действительно думаешь, что кто-то во дворце мог допустить мысль, что ты не в курсе? Это же просто невозможная ситуация - ты же всегда обо всём знаешь.

– Действительно, – Тайншар покачал головой, словно удивляясь самому себе, – благодарю за информацию.

Мужчина не сердился. В конце концов в своем поведении виноват был он сам. Он в самом деле просил нара Аршесса занять Малику чем-то интересным, так чего теперь нервничать, когда его пожелания выполнили, можно сказать – наилучшим образом?

До возвращения отряда оставалось несколько дней, и Советник надеялся, что парни сделают всё, чтобы его супруга осталась довольна этой поездкой. Иначе… он будет разговаривать с ними совсем по-другому. И вряд ли им понравится подобная беседа. А пока у него оставалось время, чтобы заняться тем, на что, как оказалось, в последнее время он обращал преступно мало внимания.

Во время поездки с патрулём вдоль границ Империи, Малика убедилась в нескольких вещах. Во-первых, в том что стражи не только боятся тяжелого нрава Советника, но и уважают мужчину, так что ей можно чувствовать себя в их компании в полной безопасности. Поддержат, помогут, сберегут в критической ситуации и ничего лишнего себе не позволят. Во-вторых, она осознала, что, несмотря на собственное стремление заниматься чем-то полезным, длительное пребывание вдали от родных ей совсем не нравится. Ну и, в-третьих, поняла, что Тайншар был не так уж и не прав, заявляя, что для него давно уже не было работы по профилю. На самом деле, никаких подозрительных шевелений по обе стороны от пограничных меток на той территории, куда их направили, отряд не заметил. Но, пожалуй, стоило признаться самой себе – отсутствие любых опасностей стало для неё скорее приятным бонусом к поездке и позволило хорошенько развеяться.

Во дворец они возвращались уже в сумерках. Лошадей пришлось гнать, хотя, конечно, они и устали, только вот вернуться нужно было до наступления ночи: после заката все двери на дворцовую территорию запирались изнутри, и открыть их заставило бы разве что какое-то чрезвычайное происшествие, но никак не обычное возвращение патруля. Во внутренний двор въехали практически в самый последний момент, спешились и здесь же начали расседлывать взмыленных животных, которым теперь точно требовался хороший отдых.

Малика немного замешкалась и, парни, дружно попрощавшись, побрели к казармам, оставляя её в одиночестве. Она же как раз заканчивала вытирать бока своего коня сорванным неподалёку пучком травы, когда ее напугал внезапно раздавшийся негромкий, но достаточно сердитый голос.

– Позвольте поинтересоваться, где вы пропадали? – Тайншар подошел со спины незаметно – девушка так и не научилась различать его беззвучные шаги. Остановился так, что она кожей чувствовала тепло его тела, и задал вопрос чуть слышно, чтобы никто, кроме нее, не смог услышать.

– Зачем задавать вопрос, ответ на который давно уже известен? – повернув голову к супругу, так же негромко ответила принцесса, которую столь резкая реакция супруга несколько удивила. Ей казалось, что он вряд ли вообще заметит её отсутствие.

– Чтобы пробудить бренные останки вашей совести? Давайте сюда, – Тай решительно отобрал у неё из рук поводья и повёл лошадь в сторону конюшен, продолжая возмущаться, не иначе, – уехали, никого не предупредив, заставили волноваться беременную сестру.

Малике ничего не оставалось, кроме как пойти следом за ним. Возражать и объяснять, что сестра-то как раз была в курсе и вряд ли волновалась, в отличие от кое-кого другого. Того самого, что шёл сейчас впереди неё и даже своей напряжённой спиной демонстрировал недовольство. И в этот момент принцесса вдруг совершенно отчётливо поняла, что, кажется, чего-то в своих действиях не продумала и действительно повела себя неправильно, не рассказав ничего Советнику. Вот только что сказать ему, она не знала. Но и сам Тайншар не стал больше ничего говорить, молча поставил коня в стойло, оставляя его на попечении конюхов, и двинулся в сторону входа, не дожидаясь спешащей за ним задумавшейся супруги.