Малика тогда лишь чудом сдержала собственное возмущение, и это того стоило. Оказалось, что Тайншар заинтересован в том, чтобы время, отведенное студентам для практической отработки приобретенных навыков, она провела в Нердии, под руководством хорошо знакомого ей Карима. Спорить сразу же расхотелось. А уж когда мастер Чеслав передал ей записку, написанную аккуратным ровным почерком старшей сестры: «Хотим видеть Лисёнка. Договорись с мачехой. Ты знаешь, что ей пообещать» – возражения исчезли совсем. Осталось только счастливо покивать головой и умчаться собирать вещи.
Но это было два года назад, а над тем, что Тайншар мог придумать на этот раз, девушка не хотела даже думать, хотя кое-какие предположения у нее всё же имелись.
Так что приглашению появиться в кабинете магистра, которое принёс один из первокурсников, она совершенно не удивилась, а, отложив оружие в сторону, поднялась и вышла из комнаты – Мастер не любил ждать.
Как и всегда осторожно постучавшись, она открыла дверь и замерла в паре шагов от порога:
– Добрый день, магистр, – тёплая улыбка скользнула по губам и тут же бесследно исчезла, – вы хотели меня видеть?
– А, Малика, проходите. Признаться, я думал, вы придёте чуть позже, – удовлетворившись результатом осмотра, ректор расслабился, а девушка в который раз заметила, что он довольно молод для подобной должности, – присаживайтесь. Мне хотелось бы с вами поговорить.
– Позвольте, я угадаю, – занимая указанное ей место, усмехнулась девушка, – это как-то связано с визитом моего супруга?
– Откуда вы знаете? – оживился мужчина, но, вспомнив, какое представление для всей академии они устроили несколько часов назад, исправился, – впрочем, о чём я спрашиваю. О его визите знают, кажется, все студенты. Так, вот, у нас с Тайншаром состоялся весьма занимательный разговор…
– И чего же нар Рагшесс хотел от Вас, магистр? – копируя мужчину, задала Малика тот единственный вопрос, что в данный момент действительно её волновал.
– До ваших выпускных экзаменов осталась лишь пара недель, – ректор ответил и замолчал, наблюдая за реакцией студентки.
Девушка кивнула своим мыслям, понимая, что её предположения только что подтвердились.
– А, кроме экзаменов, нас ждёт список мест, где мы должны будем отработать несколько лет на благо академии, так? – улыбнулась, склонив голову к плечу, и задумчиво протянула, – но что-то подсказывает мне, что для меня этот перечень абсолютно ничего не значит, и поеду я в уже выбранное моим супругом место?
– Меня всегда радовала ваша проницательность, Малика, – Чеслав кивнул, давая понять, что студентка оказалась права, – Тайншар весьма чётко дал понять, что ждёт вас дома сразу после выпускных экзаменов и решения всех формальностей. Конфликтовать с Темной Империей академии совершенно не выгодно, поэтому я уже дал своё согласие.
– Хорошо, я поняла, – девушка кивнула и поднялась, – можно мне идти?
– Идите, Малика, идите, – ректор махнул рукой, разрешая студентке покинуть кабинет, – я рад, что мы друг друга поняли.
Аккуратно прикрыв за собой дверь, Малика поморщилась и тихонько прошептала себе под нос, так чтобы точно никто не смог услышать:
– А уж я-то как рада, вы просто не представляете…
***
Было уже около полуночи, когда Тайншар, растревожив успевшую заскучать на посту стражу, въехал на территорию дворца. Неторопливо спешился, кинув поводья дожидающемуся его приезда слуге, и, легко взбежав вверх по ступеням главного входа, вошел. За его спиной громко лязгнул засов – заперли дверь. Не отреагировав на резкий звук, Советник шагнул вперед, когда ему в спину прилетело тихое:
– С возвращением, – в два шага догнал его высокий шатен, появившийся, как обычно, буквально из ниоткуда, и пошёл рядом.
– И чего тебе не спится, Таен? – усмехнувшись, Тайншар покачал головой.
– Уснуть, не дождавшись тебя? Как можно! – хрипло рассмеялся управляющий, но тут же вполне серьёзно ответил, – я никогда не засыпаю, пока лично не проверю все посты и не закрою все двери. Неосмотрительность ни к чему хорошему не приводит, уж нам с тобой это хорошо известно. В комнате тебя ждёт горячая ванна. Думаю, это именно то, что тебе просто необходимо, чтобы отдохнуть после поездки.
– Спасибо, Таен, – Советник обернулся, чтобы поблагодарить друга, но рядом никого уже не было.
Удивительно, но с момента получения способности передвигаться по теням, Таен так и не избавился от привычки эффектно исчезать и появляться, чем изрядно пугал всех непривыкших к его причудам, и развлекал друзей. Тихонько фыркнув от едва сдерживаемого смеха, Тайншар двинулся дальше по коридору, зная, впрочем, что управляющий продолжает за ним наблюдать и появится, если вдруг потребуется его помощь.
Слуг в комнате уже не было, зато весело трещал поленьями камин, а по стенам плясали таинственные отблески огня. Над ванной от горячей воды поднимался густой, пахнущий мятой пар. Мужчина прикрыл глаза, с удовольствием вдыхая освежающий аромат. Таен, как и всегда, оказался прав – именно о таком отдыхе Тай и мечтал уже несколько часов.
На ходу снимая пропахшие лошадьми и потом вещи, подошел к ванне и опустился в исходящую паром воду. В первое мгновение кожу будто обожгло, но, когда реакция на резкую смену температур прошла, натруженные мышцы под воздействием тепла стали постепенно расслабляться. Откинувшись на достаточно высокий бортик, Тай и не заметил, как задремал. Чтобы резко проснуться от того, что в предусмотрительно запертую дверь кто-то постучал.
Пришлось срочно заканчивать водные процедуры и, обернув вокруг бёдер полотенце, открывать дверь.
– Я кажется не совсем вовремя? – Ксайштар, успевший оценить внешний вид друга, который конечно же не мог его смутить, жизнерадостно улыбаясь прошёл в комнату, – Как прошла поездка?
– Успешно, – прихватив с тумбочки широкий гребень, Тайншар опустился в кресло, даже не посмотрев в сторону Ксая, – или ты снова жаждешь подробностей?
– Не отказался бы, – Ксайштар замешкался с ответом, наблюдая, как ловко друг распутывает влажные тёмные пряди, – не думаешь же ты и в этот раз отделаться парой дежурных фраз и сбежать?
– Я на это надеялся, – хохотнул Советник, проводя гребнем по волосам в последний раз, – в общем-то, и рассказывать не о чем. Поговорил с Чеславом, оплатил обучение своей дражайшей супруги, избавив её этим от нескольких лет отработки на благо академии, так что сразу после выпускных экзаменов Малика вернется в Империю.
– Хорошие новости, – Ксай кивнул, удовлетворенно улыбаясь, – Лиа будет довольна. Она скучает по сестре.
– Осталось чуть больше двух недель, – Тай наконец-то посмотрел на друга, прежде чем с непривычным для него беспокойством спросить, – как себя чувствует Лиалин?
– Прекрасно она себя чувствует, – Император хитро прищурился и, не скрывая злорадных ноток в голосе, добавил, – но тебя ждет нагоняй за то, что бросил меня с кучей дел.
– Женщины, – скривился Тай, словно съел что-то горькое, – никогда их не понимал...
– Кстати, о женщинах, – отсмеявшись после слов друга, Ксай вспомнил о том, за чем, собственно, пришел, – зайди к Ариадне. Она спрашивала о тебе весь день.
– Непременно, – Советник тепло улыбнулся от одного только упоминания о крестнице, – как только ты соизволишь покинуть мою комнату и дашь мне спокойно одеться.
– Уже ухожу, – Ксай рассмеялся, легко поднимаясь из кресла, которое успел занять за несколько минут до этого, – не смею стоять на пути между моей дочерью и её крестным!
Продолжая посмеиваться, Император вышел из комнаты друга и отправился в собственные покои, где его давно уже ждала супруга.
Тайншар проводил уходящего друга задумчивым взглядом и прошел к большому гардеробу, стоящему у дальней стены. Ему нужно было одеться – просьбы Ариадны Советником исполнялись неукоснительно, конечно, за исключением опасных для ее жизни и здоровья.
Через несколько минут мужчина, надевший темную, наглухо застегнутую рубашку с длинными рукавами и такие же темные брюки, вышел в коридор. Настенные светильники уже были погашены на ночь, но, обладая исключительным ночным зрением, Тай прекрасно видел, куда идет. Подойдя к одной из дверей в хозяйском крыле, он замер, а потом, толкнув её, беззвучно вошел внутрь. На кровати, сбросив с себя во сне одеяло, спал, подложив сжатые кулаки под щеку, рыжеволосый мальчуган. Советник криво усмехнулся, покачал головой, укрыл ребенка одеялом и, оставив на подушке небольшой сверток, вышел.
