— Это точно не он, — сложил я руки на груди и покачал головой. — Я своими глазами видел, как он вместе с одеждой растворился в кислоте или в какой-то похожей субстанции. Возможно эти двое убийц принадлежат к одной организации.

— Есть идеи, что им может быть нужно? — поинтересовалась Некрасова, внимательно глядя на меня.

— Логично предположить, что нужны сущности тьмы, — задумчиво ответил я, положив большой и указательный пальцы на подбородок.

Когда мне было десять лет, меня со старшим братом также похитили люди, которых интересовали сущности тьмы. Я самолично убил всех, кто хоть сколько-то принадлежал этой организации. Неужели у неё нашлись последователи? Или же я лишь задел «верхушку», не уничтожив корни проблемы?

— Я тоже склоняюсь к этому выводу, — вырвала меня из мыслей Некрасова. — Причинно-следственная связь мне пока что непонятна, но это дело времени. Будь осторожен с ними.

— Это им нужно быть осторожными со мной, — рассмеялся я в ответ. — Сама знаешь, что бывает с моими противниками. В любом случае, спасибо. Информация лишней не будет.

— Вчерашняя Искательница случайно не по твою душу приходила? — внезапно спросила Виктория, чему я, мягко говоря, удивился.

— Смотря о ком речь, — спокойно поинтересовался я.

— О Софии. То, что она хотела ограбить Безобразова, мне прекрасно известно. Сейчас она сотрудничает с нами, — мои брови рефлекторно приподнялись вверх. София и сотрудничать с властями⁈ Это шутка такая? — Не удивляйся ты так, на неё тоже недавно совершили покушение. Мы заключили сделку, условия которой я, само собой, рассказать не могу.

— Зная её, вряд ли она первой пошла бы на сделку с вами, — хмыкнул я, встретившись взглядом с Викторией. Всё такой же пронзительный взгляд, как у валькирии.

— Она и не стала, — хитро улыбнулась Виктория, позволив себе немного расслабиться. — Имперская канцелярия внимательно присмотрелась к её сбережениям, и внезапно оказалось, что она не может объяснить, откуда поступили переводы и почему с них не уплачены налоги.

Что тут скажешь. Не повезло Софии, на такой мелочи попалась. С другой стороны, большинство крупных преступников именно на мелочах и попадается. Когда всё внимание сосредоточено на заметании главных следов, о мелочах не слишком задумываешься. Особенно когда на них годами не обращают внимания.

Но что Виктория делилась со мной такой информацией, меня приятно удивило. Как минимум, это говорило о том, что она очень мне доверяет, что в том числе читалось по её поведению.

— Спасибо. Я это учту, — с этими словами я выровнял спину и поправляя воротник, сделал шаг вперёд. — Однако по глазам вижу, что ты ещё хочешь о чём-то поговорить.

— Ты в курсе, что за игру ведет ректор? — словно невзначай поинтересовалась она.

— Не-а, — покачал я головой. — У меня есть пара догадок, но я дал слово, что буду молчать. Да и не сильно это меня волнует.

— Попытаться стоило, — сдержанно улыбнулась Некрасова и подошла практически вплотную ко мне. — Судя по всему, Ланцов действует заодно с первым принцем.

— Приму к сведению, — сказал я, посмотрев на неё сверху вниз. То, что я был выше неё на целую голову, со стороны должно быть выглядело забавно. — Может всё-таки присоединишься ко мне? Там наверху много места.

— Кровать мы сломали, пол пробили, теперь ты замахнулся на колонну? — вызывающе осклабилась девушка, смерив меня взглядом. — Оригинально.

— Всегда стремись к большим высотам, — усмехнулся я в ответ, после чего щёлкнул пальцами и призвал теневые щупальца. — Ты сама или тебя тенями поднять?

— Недооцениваешь ты меня, — сказала девушка и использовала воздух как платформу, отталкиваясь вверх. — Догоняй.

— И это гроза всех преступников в Российской империи, — рассмеялся я, принимая вызов валькирии.

— Это уже не смешно, — сказал Максим, продолжая спорить с низкорослым судьёй. То, что за ними наблюдали сотни тысяч человек, ему ничуть не мешало. — Вчера вы пытались исключить нас за то, что мы якобы использовали запрещённую магию. Теперь вы утверждаете, что сущность тьмы нам поддавалась? Вы в своём уме?

— Подбирайте слова, княжич! Здесь мы олицетворяем закон! — возмутился низкорослик.

— Пока что я вижу, что вы здесь олицетворяете некомпетентность, — заиграл желваками Алеев, с трудом сдерживая себя, чтобы не вызвать судью на дуэль. И плевать на то, что у него практически не осталось сил для этого. Судья вел себя максимально предвзято, и он не собирался спускать такое поведение. — Вы хоть представляете, через что прошла моя команда? А через что прошёл я?

— Дешёвое представление, — отмахнулся рукой судья, чем ещё сильнее выбесил парня. — Сам факт того, что сущность тьмы принадлежала вашему преподавателю, говорит о том, что она вам поддавалась. Если хотите кого-то винить, то вините профессора. Наше судейство отказывается засчитывать вам победу.

Максиму стоило огромных трудов, чтобы не вскипеть и сказать, что он пытается испортить отношение сразу с двадцатью родами. Но тогда он оказался бы в проигрышной ситуации, выставляя свой статус на первое место.

Поддавалась? Да Вельзи из него высосала столько маны, что Волков был вынужден нести Алеева на руках. То, что барьер они смогли пробить только после того, как привели с собой подкрепление, судья тоже не учитывал?

И ведь как назло, ректор не торопился встревать в их конфликт. Судьи действовали как отдельная организация, и повторное вмешательство могло навредить репутации Ланцова и Академии в целом.

Ситуация впрямь казалась безвыходной.

— Уважаемый судья, значит вы утверждаете, что нашествие более сотни големов, истощение половины группы и победа над третьекурсниками в таком состоянии — это постанова? — встрял в разговор Артём, за что Максим был ему благодарен. Слишком много на него навалилось в последнее время, чтобы он продолжал держать голову холодной. — И вы аргументируете это тем, что сущность тьмы заключила контракт с профессором?

— Если брать общую суть, то да, — не почувствовал подвоха в словах низкорослик.

— В таком случае уважаемый судья должен знать, чем контракт отличается от договора, — нахмурил брови Волков.

— Знаю. И что с того? — насупился мужчина, окидывая всех взглядом.

— Не похоже, — задел его Волков, и прежде, чем судья что-то успел ответить, добавил: — Договор означает нерушимую связь между хозяином и фамильяром. Если сущность тьмы не заключила договор, она может заключать контракты с кем угодно.

— Другими словами, сущность тьмы, защищавшая флаг, не могла принадлежать профессору. У Алексея Дмитриевича уже есть фамильяр, — вставила свое слово Лидия. Причём как Максиму показалось, её не столько волновала победа, сколько то, что имя профессора пытались очернить. — Сущность тьмы может иметь несколько контрактов.

— Она всё ещё могла следовать его приказам, так что это ничего не меняет, — продолжал настаивать на своём судья. И почему только их группу так пытаются слить с турнира? Какая в этом вообще кроется выгода?

— Тогда почему нас вообще допустили к соревнованию, если мы физически не могли победить? — немного успокоившись, прямо спросил Максим.

— Я уже сказал. Все вопросы к вашему препода… — мужчина не успел договорить, как вдруг перед Максимом словно из ниоткуда появился Алексей Дмитриевич. Это он что, пробрался на арену с помощью иллюзии и всё это время наблюдал за ними?

— Сколько раз вы ещё собираетесь прикрываться моим именем?

— Сколько раз вы ещё собираетесь прикрываться моим именем? — спросил я судью, отрубая невидимость, что всё это время скрывала меня. Надо сказать, я в ней сделал большие успехи — как подметил Ворон, меня заметили только несколько человек, в число которых входили Ланцов и Некрасова. — Думаете, я делаю поблажки? Или думаете, студенты просто так называют меня демоном? Может хотите ко мне на занятие прийти в качестве манекена для отработки?