Не говоря ничего, Бог Смерти также начал взывать к своему закону, вновь сотворяя оружие. Они с сестрой готовились объединиться в отчаянной атаке! Казалось, что сейчас главная угроза исходит даже не от Высшей Триады.

Матерь не могла оторвать взгляда от этой картины. Пламя, которое она не могла понять, и человек, который, по всем законам, не мог существовать. Ее сердце заколотилось быстрее, мысли путались, а единственное, что оставалось, — это ощущение надвигающейся опасности.

Позади предводителей, армия тоже начала ощущать странности. Видя замешательство Матери и Близнецов, культиваторы быстро начали концентрировать силы. Их законы сливались, превращаясь в потоки энергии, которые вновь заполняли артефакты. Напряжение росло, и чувство неведомого страха подталкивало каждого ускоряться, стремясь понять, что так ошеломило их лидеров.

Они продолжали лететь вперед, пока не достигли точки, в которой восприятие Пожирателей также достигло эпицентра. Сотня мастеров одновременно почувствовала резкий толчок в сознании. Их взоры пересеклись с белым пламенем, а затем в этой безмятежной яркости каждый из них узрел фигуру. Мужчина, окутанный сиянием, висел в центре, неподвижный, но грандиозный. Его белые волосы сливались с потоками света, а странные письмена, что покрывали его кожу, казались живыми. Это был тот, кого почти все из них узнали...

— Что за чертовщина здесь происходит... Неужели он и вправду был на стороне Злых Богов? — раздался чей-то потрясенный шепот, эхом отдающийся в умах других.

Каждый из Пожирателей на мгновение усомнился в своей адекватности, как будто реальность дала трещину. Это лицо... это спокойствие... все до мельчайших деталей совпадало с тем, кого они знали. Когда-то этот человек противостоял Злым Богам вместе с ними. Но он умер... Что Матерь, что Близнецы четко об этом заявили!

"Но почему он здесь? Как это возможно?" — этот вопрос проносился в головах сразу у сотен мастеров, выбивая их из равновесия.

Некоторые на мгновение потеряли контроль над своей энергией, создавая хаос в потоках. Законы жизни и смерти вокруг них начали колебаться, будто не находили себе места.

— Это не может быть он! — вторил ему другой. — Это какая-то иллюзия Высшей Триады! Они пытаются сломить наш дух!

И все же никто не мог отвести взгляда от фигуры Кая. И никто не мог убедить себя, что это просто обман зрения. В глубине души каждый знал, что это именно он.

Но все это замешательство было ничем по сравнению с реакцией одной из мастеров. Сначала ее дыхание сбилось, грудь словно сдавило невидимыми тисками. Ее глаза расширились от ужаса и изумления, а затем, как будто не в силах больше сдерживать эмоции, Кессия беззвучно зарыдала. Слезы хлынули по ее щекам, сверкая в ослепительном свете белого пламени.

Она с трудом выдавила шепотом, едва слышно для окружающих:

— Это... ты?

Ее разум был охвачен вихрем воспоминаний. Перед внутренним взором мелькали моменты их короткого, но яркого счастья, вместе с болью утраты. Ее возлюбленный, ее Кай, погиб так давно, что она уже привыкла считать себя одинокой в этом мире. Его потеря была как рана, которая не зажила даже спустя тысячи лет. Ее жизнь разделилась на "до" и "после". После его смерти она решила бросить все ради мести, сегодня она готовилась отдать свою жизнь.

"Это невозможно. Это не может быть он. Или все же может? Я хочу, чтобы это было правдой! Я жажду этого!" — мысленно закричала она, словно превращаясь в обычную смертную женщину, что желала вернуть своего возлюбленного.

Каждое ее чувство, каждое воспоминание оживало в этот момент, взрываясь в сердце бурей эмоций. Она помнила, как долго пыталась проститься с ним, но его лицо, его голос, его прикосновения остались навсегда запечатлены в ее душе. Она продолжала жить только ради того, чтобы отомстить за него, считая, что ее судьба — принести себя в жертву ради его памяти.

Но теперь... Он был здесь, перед ней. Живой. Она видела, как его тело, такое родное и знакомое, медленно поднималось и опускалось в ритме дыхания. Это не мог быть обман. Она чувствовала его сущность, даже измененную. Это был он.

Ее законы дрогнули, и она чуть не остановила полет, но собрала остатки сил, чтобы удержаться в воздухе. "Я должна понять! Я должна... дотронуться до него, увидеть его ближе. Кай, ты ли это?!"

На какой-то миг она позабыла обо всем: о Матери, о Близнецах, о войне. Перед ее глазами был только он — ее Кай, ее утраченная половина.

Но этот трогательный момент прервала передача мысли от Пожирателя Нерушимого Панциря, который строго произнес:

"Дела принимают странный оборот. Бессмертный Пьяница жив, и похоже находится в состоянии близкому к внезапному просветлению. Стоит ли продолжать реализацию нашего плана?"

В тот же миг в мысленный разговор вступила Пожиратель из расы фей. Казалось, что она была в замешательстве:

"Что, если Близнецы не врали и Бессмертный Пьяница действительно был в сговоре со Злыми Богами? Я начинаю сомневаться в том, кто здесь друг, а кто здесь враг..."

Архонт был не менее обескуражен. Казалось, что все происходящее окончательно утратило возможность логического обоснования.

Но в этот момент сомнений и напряжения прозвучал спокойный и уравновешенный голос Пожирателя Сердца Ремесленника:

"Плевать. Если мы, как жизнь, хотим продолжить развитие — нам в любом случае нужно убить и Матерь, и Близнецов, и даже Высшую Триаду. Все они — это пережитки прошлого, которые не должны перейти в новую эру." — эти слова будто бы вернули всем понимания истинной цели. Дело было не в Кае. "Плевать на то, что произойдет далее. Будем искать любую возможность нанести фатальный удар каждому из этих Богов," — завершив, он начал взывать к своей силе и смотреть вдаль.

Все, кто был в сговоре, только утвердительно кивнули и также начали наращивать свою силу. Вот только в этот момент Пожиратель Сердца Ремесленника обратился еще одной мысленной передачей. Но теперь она предназначалась только для Кессии...

"Что собираешься делать?" — коротко уточнил он.

И ответ Кессии не заставил себя ждать. В ее глазах вспыхнула решимость и она произнесла:

"Я знаю Кая почти всю его жизнь. Он точно не из тех, кто стал бы служить Злым Богам, или сотрудничать с ними без причины. Я сделаю все, чтобы защитить его, даже если ты против."

Но на удивление, старик только ухмыльнулся и мысленно ответил:

"Я примерно того же мнения... Мне кажется, что сейчас наши потуги убить Матерь и Близнецов — это просто отчаянный шаг, без реального шанса на успех. Но Кай... Сдается мне, что есть шанс на то, что он сумеет разрешить эту катастрофу. Другие не поймут, поэтому я решил просто успокоить их. Если понадобиться — я также стану на его защиту."

Матерь Духа внезапно вытянула руку вперед, и ее голос, исполненный ярости и железной решимости, эхом разлетелся по пространству:

— Уничтожить его! Злые Боги готовят новое оружие, чтобы поработить нас! Не дайте ему завершить трансформацию!

Ее команда была как удар молнии. Все колебания, замешательства и сомнения мгновенно улетучились из умов армии. Каждый воин, каждый Пожиратель направил свою силу, стремясь привести в действие артефакты или обрушить мощь своих законов.

Матерь не собиралась ждать результата приказа. Ее руки, сияя лиловым светом, начали чертить в воздухе сложные узоры. Красный отросток на ее груди разгорелся еще ярче, словно собирая силу.

— Ты будешь уничтожен! — выкрикнула она, бросая гигантскую ладонь в сторону Кая.

Одновременно с этим Близнецы синхронно подняли руки. Их законы жизни и смерти слились в единое целое, создавая новое копье. Бог Смерти вложил всю разрушительную силу в свое оружие, а Богиня Жизни — невероятную скорость и пронзающую непоколебимость.

— Конец приближается! — их голоса звучали как один.

В этот момент пространство перед Каем начало искажаться. Культиваторы, находящиеся позади также атаковали. Они видели, как множество потоков законов сливалось в единое целое. Эти атаки, соединенные в одну разрушительную волну, летели с такой скоростью, что за считанные секунды оказались в опасной близости к эпицентру белого пламени.