Остальные троны, все еще пустые, ожидали своих хозяев. Время остановилось, как если бы само пространство ожидало прибытия последних участников — тех, кто закроет этот круг абсолютной силы и разрушения.

Всего тронов было пятнадцать. Десять из них увенчивались гербами великих кланов, правящих в Области Доминации Плоти — каждая раса обладала своим символом власти, излучавшим непреклонную волю.

Остальные четыре трона выделялись иным образом. Над ними не было гербов, но ярко сияли иероглифы, обозначающие высшие титулы Пожирателей Закона и их закона. Иероглифы светились, исходя то багровым, то черным светом, каждая вспышка пульсировала в такт медленному биению сердца всего зала. Эти четыре трона предназначались для вольных мастеров, что не принадлежали к каким-либо кланам, действуя по своим собственным правилам и законам.

Последний, пятнадцатый трон, стоял в самом центре круга, чуть выше остальных. Его покрывал темный камень, отполированный до блеска, но окруженный тончайшими трещинами, из которых просачивался багровый дым. Этот трон не имел ни гербов, ни иероглифов, но его величие не требовало никаких символов — все понимали, что он был предназначен для самого сильного Пожирателя, чье присутствие будет венцом этого собрания. Никто не смел занять его с тех самых пор, как Родословная Еретического Бога исчезла...

Из десяти тронов, увенчанных гербами правящих рас, пять уже были заняты. На первом троне, словно воспламененный светом собственного величия, восседал феникс. Его огненное оперение медленно переливалось оттенками золота и багрянца, а тепло, исходящее от него, наполняло зал давящей силой огня. Его острые глаза, медленно следили за каждым движением в зале. Но в его спокойной позе скрывалась угроза — феникс ожидал начала собрания, сдерживая в себе пылающую ауру, готовую вырваться в любой момент.

На соседнем троне сидел дракон, который напротив излучал холод и равнодушие, пока его длинные когти ритмично постукивали по подлокотнику. От каждого удара в воздухе раздавался низкий, гулкий звук, словно расколы внутри огромного ледника. Дракон был спокоен и неподвижен, его глаза блестели, словно озеро, скрывающее чудовищную силу. Они с фениксом будто бы гармонично дополняли друг друга.

Третьим был хуньдунь, существо хаоса, у которого не было головы, а только открытая грудь. Он сидел в странной позе, раскинув свои массивные конечности так, что его тело сливалось с троном. Его дыхание было медленным и тяжелым, а пасть на животе была оскалена. Хуньдунь не двигался и не произносил ни звука, но его присутствие нарушало гармонию пространства вокруг, превращая его в нечто нестабильное.

Вдали от этой троицы сидела шикарная женщина из расы кицуне. Ее белоснежные волосы и девять пушистых хвостов слегка колыхались в воздухе, а лицо оставалось невозмутимым, словно высеченным из мрамора. Она изучала всех присутствующих с полуприкрытыми глазами, держа в руках тонкий веер, который медленно веял вокруг нее. В ее присутствии ощущалась скрытая хитрость и проницательность — каждое ее движение, пусть и незначительное, было тщательно продумано.

И последним из правящих кланов был упырь, который выглядел, как глубокий старец. Его кожа была серо-голубого оттенка, а глаза светились неестественным фиолетовым светом. Он сидел неподвижно, сгорбившись, с костлявыми пальцами, сложенными перед собой. Его лицо напоминало маску смерти, и от него исходила гнетущая аура гнили и тлена. Однако за его внешней слабостью скрывалась угрожающая сила, которая, казалось, могла разъедать само пространство вокруг него.

Атмосфера в зале действительно была не из лучших... Особенно это ощущалось по вольным мастерам, которые также уже прибыли. Они не сомневались в своей силе, но из-за специфики Области Доминации Плоти, все равно чувствовали давление от правящих рас. Но даже так, они никак не раболепствовали и не признавали это давление.

Четыре трона вольных мастеров были не менее величественными. На первом из них сидел высокий воин с кожей цвета темной бронзы. Его массивная фигура напоминала древнего титана: широкие плечи, сильные руки, испещренные рубцами и шрамами, свидетельствовали о множестве сражений. Из головы вырастали два массивных рога, круто загнутых назад, придавая ему звериный облик. Он был одет в простые доспехи, покрытые вмятинами и следами ударов, на ногах тяжелые сапоги, а на поясе висел длинный кинжал. Его янтарные глаза внимательно следили за каждым движением в зале, придавая его взгляду ощущение грубой, непреклонной силы.

Второй вольный мастер — стройная женщина с пепельными волосами, которые падали свободно на ее плечи, касаясь земли. Ее кожа была бледной, почти полупрозрачной, а глаза — темные, с бездонными зрачками. Она была одета в черное облегающее одеяние, плотно прилегающее к ее телу, подчеркивая гибкость и хрупкость ее фигуры.

Третий вольный мастер немного отличался от остальных, ибо он больше походил на сгусток извивающихся змей или червей. Вся эта странная субстанция также словно выражалась в гуманоидной форме, но при этом постоянно издавала странный хлюпающий и шипящий звук. На ней даже не было брони или какого-то заметного оружия.

Последний вольный мастер был худым существом с бледной кожей, из-под которой сильно выделялись вены. Казалось, что этих вен в десятки раз больше, чем у обычного существа, ибо они будто бы не оставляли даже малейшего "чистого" клочка кожи. Его лысая голова была покрыта татуировками и шрамами, а глаза были светло-голубыми, почти ледяными. На нем был длинный, свободно висящий синий плащ, скрывающий тощую фигуру, а на шее болталась толстая цепь с кулоном в виде черепа.

Атмосфера в зале была настолько тяжелой, что даже мастер Сферы Владыки Закона мгновенно бы погиб, оказавшись здесь. Каждый из Пожирателей не стеснялся выпускать свою ауру на полную мощь, и это было сродни проявлению их сущности. Огромные силы сталкивались посередине зала, у центрального трона, вызывая искры, искривления пространства и взрывы ауры. Пространство вокруг центрального трона пульсировало, дрожало под невообразимым давлением, как если бы реальность сама пыталась сопротивляться этой мощи.

Неожиданно тишину прервал феникс, который с уважением в голосе обратился к дракону:

— Пожиратель Сковывающего Льда, что думаешь о возвращении грешницы? Я находился в закрытой культивации, так что не стал проверять. Но с момента ее возрождения прошло много времени, и точно можно сказать, что это никакой не обман... Кхи-хи... — в голосе феникса звучало некое озорство, даже невзирая на ужасающую мощь этого мастера.

Как только прозвучал этот вопрос, дракон перестал стучать когтями по подлокотнику и ответил:

— Ты говоришь о Пожирателе Десяти Начал Асуры?

— Именно! Кхи-хи, — жутко улыбнувшись, ответил феникс.

Но не успел дракон ответить, как в разговор вмешался хундунь. Из его рта вырвался протяжный вздох, и он с легкой ненавистью произнес:

— Можешь не сомневаться, Пожиратель Вечного Возгорания. Территория асур находиться впритык к моей, так что я проверил слухи еще десять тысяч лет назад, как только они возникли. Эта сука действительно вернулась! И ее сила вообще не уступает тому времени, когда она заполучила Родословную Еретического Бога... По крайней мере, мне хватило одного обмена ударами, чтобы понять — я ей все еще не соперник...

Такие слова заставили некоторых из присутствующих сильно удивиться, но другие остались спокойными, словно уже давно обладали аналогичной информацией.

Для кого-то временные отрезки в десять тысяч лет могли прозвучать ужасающе, но не для сильнейших мастеров уровня Сферы Пожирателя Закона, которые могли прожить сотни тысяч лет. Можно было сказать, что для них десять тысяч лет — это словно год для смертного. Один только цикл закрытой культивации может занимать у них десятки тысяч лет.

Хундуня неожиданно поддержал вольный мастер, тело которого было покрыто бесчисленными пульсирующими венами. Он странно засмеялся и произнес: