— Никуда вы не поедете. Решила у меня сына отобрать?

Я развернулась и уставилась на него в изумлении.

— Вчера ты сказал, что если я не заткнусь, то мы с Тёмой окажемся на улице.

— Я не всерьёз, — раздражённо бросил он.

— Да? А я так поняла, что сын тебя не волнует. Ты мне повторил это несколько раз. Не помнишь?

— Ну давай, припоминай мне каждое слово! Я был в стрессе, меня чуть не прикончили, я же рассказывал!

— Ты поэтому сегодня с Ингой встречался среди бела дня? Люди её папика тебя больше не пасут?

— Она с ним рассталась.

— Как удобно для вас обоих. Выкупил всё-таки шлюшку на мои деньги.

— Прекрати паясничать! Я говорил, отдам всё до копейки. Расписку написать?

— Напиши!

— Отлично, — ворчливо отозвался он. — Где у нас бумага?

Я с ухмылкой продолжила разбирать шкаф, пока он носился по комнатам в поисках бумаги.

— Держи, — сунул мне под нос расписку, в которой прописал даже то, сколько месяцев займёт возврат долга. — Теперь ты довольна? Никуда я не денусь. Всё верну.

— Я хочу всё и сразу, — ответила я. — У тебя есть квартира. Ты можешь её продать. Купи себе что-нибудь попроще. Для секс-встреч вам с Ингой и однушки хватит.

— Ну что ты заладила: Инга, Инга. Да срать я хотел на Ингу! Я сегодня с ней порвал, как и обещал.

— Или купил ей машину на мои деньги. Почему я должна верить?

— Я ведь сказал… — вновь сорвался он.

— Не ори! Тёма и так не понимает, что происходит. Что мне ему сказать? Что папочка оказался жалким предателем? Что обокрал твою мамочку, и теперь мы с тобой съезжаем от него?

— Насть, — Миша тут же сбавил громкость на пару оборотов. — Не уходи. У нас семья.

— Семья? Ты так это называешь? Ты хоть понимаешь, насколько изменилась моя жизнь с прошлой ночи? Насколько ты всё перевернул? Ты по нашей семье в грязных сапогах прошёлся. Мало того, что врал полгода, так ещё и деньги украл, как последний мудак!

Миша заткнулся, глядя на меня исподлобья. Ещё бы, я его мудаком назвала, а ему ответить нечего.

— Мы не разведёмся, — хмуро пообещал он. — Меня такой расклад не устраивает. Я на тебе женился не для того, чтобы разбегаться по пустякам.

Я хотела возмутиться, но он не дал мне и слова вставить.

— Да, я трахался с другой, — Миша пошёл на меня, заставляя отступать. — Но я всё ещё тебя люблю. Не веришь?

Лопатками я почувствовала стену, попыталась скользнуть в сторону, но он поймал меня и впился в губы жёстким поцелуем. Он просто сминал мои губы, кусал их, будто метил меня, как свою собственность.

Я колотила его кулаками в грудь, но он меня игнорировал.

Взяв меня за волосы на затылке, потянул назад, заставив открыть шею, и оставил там засос. Твёрдый член упирался в меня, заставляя дрожать от страха. Я никогда не испытывала ужаса из-за мужа, но сейчас…

— Пусти, — сдавленно просила я, стараясь не кричать, чтобы не пугать Артёма.

Отпихивала от себя Мишу, но он не поддавался.

— Ты моя, — почти рычал он, шаря жадной рукой по моему телу. Второй держал, не позволяя вырваться.

— Не хочу. Пусти!

— Вытрахаю из тебя все обиды, — хрипло пообещал он, отрывая меня от стены и бросая на кровать.

Я рванулась в сторону двери, но он преградил мне дорогу.

— Ты поймёшь, почему я спал с ней. Теперь у нас в постели всё будет, как я люблю.

— Подойдёшь — я за себя не ручаюсь! — попыталась передать голосом, насколько я серьёзна.

Схватила лампу с тумбочки и сжала в руке так, что пальцы побелели.

— Серьёзно? — усмехнулся Миша.

— Меня от тебя тошнит. Ты во что превратился?

— А, может, я всегда таким был? — его кривая ухмылка и безумный взгляд напоминали, насколько он для меня опасен. — Просто боялся лишний раз применить к тебе силу.

— Тебе это нужно? Это тебе Инга позволяет с собой делать?

— А если да? — с вызовом бросил он. — Я только с ней понял, насколько круто не сдерживать свои инстинкты. Не быть хорошим мужем. Не думать о прелюдиях.

— Так в чём проблема? Кто тебя держит? Иди к ней прямо сейчас.

Я и в самом деле надеялась на такой исход. Пусть просто уйдёт отсюда. Но если нет, буду бороться всерьёз.

— И отпустить тебя?

— Если подойдёшь, — повторила я, качнув лампой в руке, — ударю. На мои крики прибежит Артём. Ты хочешь, чтобы он таким тебя запомнил?

Я продолжала говорить, увидев, что у него чуть прояснилось во взгляде.

— Если и правда хочешь сохранить отношения с сыном, уйди. Иначе он никогда не захочет с тобой общаться.

— Ты не настроишь его против меня, — прорычал Миша.

— Ты без меня справляешься.

— Ты моя жена! — рявкнул он, подходя.

Я отступила, снова взмахнув лампой.

— Не переходи черту. Дай нам спокойно съехать. А дальше делай, что хочешь. С кем хочешь спи — я тебе мешать не буду.

— Ма-ам, — донёсся голос Артёма. — А куда игрушки сложить?

По лицу Миши скользнула тень. Он словно очнулся и сделал шаг назад. А потом окинул меня мрачным взглядом, схватил пальто и вышел из комнаты.

Я бросилась за ним, испугавшись, что, уходя, он заберёт Артёма. Но этого не случилось.

Не оглядываясь, он ушёл, хлопнув дверью. А я побежала закрывать её на все замки.

— Мы возьмём мои игрушки? — Тёма вышел из детской с охапкой своих сокровищ, даже не подозревая о том, что сейчас происходило.

Прижавшись спиной к двери, я пыталась унять дрожь и ни жестом не показать сыну, как напугана. Надо поскорее уходить отсюда, чтобы он никогда не увидел наших скандалов.

Пришлось ускориться со сбором вещей, вызвав грузовое такси на утро. До следующего вечера побоялась тянуть.

Не знаю, как всё успела. Отвела Тёму в садик, вернулась домой к приезду грузчиков. И, пользуясь лояльностью Алины, пришла на работу на час позже. Она не возражала. Обычно для неё главным был результат, а не график работы.

Но в этот раз что-то пошло не так.

Как только я зашла в офис, Катя, моя коллега, посоветовала скорее идти к начальству.

— А что случилось?

— Из головного приехал её муж, они там о чём-то спорят, — шёпотом сказала она. — Тебя звали, как придёшь.

С тяжёлым предчувствием я отправилась в кабинет Алины. Постучалась и толкнула дверь.

Паша, её муж, тут же разогнулся, перестав нависать над её креслом.

— Привет, — как можно дружелюбнее поздоровалась я.

— Привет, Насть, присядь, пожалуйста, — Алина смутилась и отвела взгляд.

— Что-то случилось?

— Насть, а ты где ходишь? — Паша прислонился к подоконнику и сложил руки на груди.

— Я отпросилась по личным причинам.

— Личные причины — это понятно, но иногда и работать нужно.

О чём это он? Я впервые за два года отгул взяла. Перевела взгляд на Алину и спросила:

— К моей работе есть претензии?

Она что-то хотела сказать, но Паша перебил её.

— Если у тебя так много неотложных дел, может, стоит взять перерыв? Или ты пользуешься нашей дружбой?

— В каком смысле?

Я уже понимала, что без Миши не обошлось. Попросил друга меня уволить. А Алина толком возразить не может, она ниже по должности.

— В том смысле, что мы вынуждены прекратить с тобой сотрудничество.

— На каком основании?

Я вскинула взгляд на его довольное лицо. А ведь он всегда казался мне хорошим человеком. Ещё одно разочарование.

— Твой непосредственный начальник, — он кивнул на притихшую Алину, — недовольна твоими результатами. А постоянные опоздания только ухудшают картину. Я рекомендую тебе написать заявление по собственному желанию.

— Я не стану, — как можно спокойнее ответила я, расправив юбку на коленях, а потом подняла взгляд на Пашу. — Это ведь Миша тебя попросил?

— Миша не имеет к этому никакого отношения.

— Имеет. Ты ведь в курсе, что мы разводимся? Помогаешь ему мстить?

Он окатил меня волной презрения. Будто узнал обо мне что-то ужасное. Интересно, что ему Миша наговорил? Или он просто так ему помогает, по дружбе?