Туша? Нет, это была не туша. Просто очень большой мужчина. Высокий, судя по длине ног. Плечи широкие. Дорогая стрижка, аккуратно постриженные ногти, дорогие часы. И ледяной взгляд.

— Телефон, — произнёс он, протянув руку.

У него что, каждое слово платное? Видимо, больше одного за раз сказать не может.

— Кто вы такой? — голос дрогнул, выдавая волнение.

Он проигнорировал вопрос и, не дождавшись телефона, просто забрал мою сумку. Я даже дёрнуться не успела.

— Андрюш, — подалась к нему Инга, — может…

Её заискивающий голос раздражал.

— Молчать.

Он не то, чтобы разговаривал. Скорее отдавал команды, которых невозможно было ослушаться. Я не могла себе представить, чтобы какая-то женщина в своём уме захотела иметь дело с таким страшным человеком.

И ещё удивительнее мне было то, что Инга решила ему изменить. У неё что, инстинкт самосохранения напрочь отсутствует?

Он был настолько холодным и равнодушным, настолько мрачным и жутким, что при виде него хотелось бежать.

И сейчас он копался в моей сумке.

Я следила за тем, как на сиденье лёг кошелёк, который он проигнорировал. Косметичка, паспорт. Достав книгу, он впервые продемонстрировал хоть какие-то чувства. А я покраснела от смущения.

Вскинув на меня внезапно насмешливый взгляд, он промолчал. На обложке потрёпанного женского романа была изображена классическая влюблённая парочка.

Наконец он нашёл телефон и покрутил в руке.

— Ну что, Настя, давай поговорим.

Я даже удивилась обилию слов.

Я не понимала, чего ожидать. Мы стоим на месте, никуда не едем, значит, меня не похищают и убивать не собираются? Да и за что меня убивать? Что я ему сделала?

И если Миша не врал, у этого человека есть принципы. Он не должен навредить нам с Тёмой.

— Чего вы хотите? — сглотнула я.

— Я хочу, — помедлив, ответил он, — избавиться от проблемы.

Он взглянул на Ингу, а та только ниже опустила голову.

— Насколько я понимаю, вы уже знакомы? — кивнул он на неё.

— Не лично.

— Переписка, — догадался он, продемонстрировав мне телефон.

Я кивнула.

— У мужа нашла?

— Да.

Я никак не могла его разгадать. Проблески интереса с его стороны, намекали на то, что он не кусок льда, может, можно до него достучаться, чтобы он оставил меня в покое?

— И теперь угрожаешь, — произнёс он очевидное.

— У меня не так много вариантов. Возможно, так он вернёт мне деньги.

— Деньги?

Сюр какой-то. Сижу в машине папика любовницы Миши и жалуюсь ему на мужа, который меня обокрал.

— Я не знала, — Инга бросала испуганные взгляды то на меня, то на него. — Не знала, что это не его деньги.

Похоже, ей было важно оправдаться. Как будто её репутации что-то поможет.

— Но ты знала, что он женат, — жёстко ответила я.

Вряд ли Верещагину были интересны наши разборки, но я просто не сдержалась.

— Сочувствую, — как ни странно, отозвался он. — Но переписку удалю.

— Почему?

Я бросила взгляд на Ингу, не понимая, почему он за неё впрягается. Верещагин, кажется, умел читать мысли.

— Она? — спросил насмешливо. — Её благополучие меня не волнует.

И я поняла. Если всплывёт переписка, могут открыться и другие факты о прошлом Инги. Кто знает, может, там был не только элитный эскорт, но и банальная проституция.

И если она женщина Верещагина, пусть даже и в прошлом, его репутация может пострадать.

Может, тогда и не стоило связываться с проституткой? Но кто я такая, чтобы говорить об этом вслух… Если я отделаюсь удалением переписки и выйду отсюда целой и невредимой, посчитаю это за счастье.

Пока Верещагин копался в моём телефоне, о чём я старалась не думать, потому что было ощущение, что он изучает ящик с моим нижним бельём, Инга бросала на меня любопытные взгляды.

— Что? — не выдержала я.

— Ты не такая, как он говорил, — отозвалась она еле слышно.

Ну ещё бы. Какой муж расскажет любовнице правду о жене? Жена с его слов всегда злобная стерва, не удовлетворяющая его в постели.

— Ты себе иначе представляла фригидную курицу? — не сдержала я издёвки.

Верещагин хмыкнул и вернул мне телефон, на экране которого я увидела новый контакт.

«А.В.»

Непонимающе взглянула на него. Зачем он…

— Если понадобится помощь.

Лишь на миг на его губах промелькнула едва заметная улыбка. Всё это было слишком странно, я решила, что подумаю об этом позже. Сейчас мне хотелось одного, выйти отсюда.

— Я могу идти?

Верещагин молча окинул меня взглядом, от которого я почувствовала себя неловко. Будто у него в глаза сканер встроен.

— Надеюсь, про полицию объяснять не надо?

— Не надо. Я поняла.

— Вот и умница.

Я быстро побросала в сумку свои вещи, стараясь не думать о том, что там будет с Ингой. Она выглядела напуганной. Сидела, как примерная школьница, с прямой спиной и теребила колечко на пальце.

Во мне проснулась какая-то дурацкая, совершенно неуместная, жалость.

— Деньги он тебе вернёт, — внезапно произнёс Верещагин. — А Инга ему в этом поможет.

Та быстро закивала, с надеждой глядя на меня. По крайней мере, убивать её не собираются.

— Можешь идти, — наконец разрешил он.

Не с первого раза мне удалось открыть дверь. Не оглядываясь, я вырвалась наружу и буквально заставила себя не бежать, а идти ровно. Сердце колотилось, как бешеное.

Что это сейчас было?

Господи, поскорее бы отделаться от Миши. Не нужны мне такие приключения. Любовницы, украденные деньги, какие-то криминальные авторитеты.

Я просто хотела нормальную семью. Нормального мужа. Чтобы один и на всю жизнь. А теперь мечтаю о разводе. Забыть всё это, как страшный сон.

Новый год мы собирались встретить вдвоём с Тёмой.

Единственный человек, от компании которого я бы сейчас не отказалась, моя лучшая подруга Ира, полгода назад вышла замуж и уехала к мужу в Германию.

Я до сих пор не рассказала ей о разрыве с Мишей. Правда в том, что мне было стыдно. Стыдно, потому что Ира меня предупреждала. Она давно и прочно не любила Мишу. И все попытки выяснить, в чём дело, натыкались на отказ с её стороны.

— Так бывает, — упорствовала она. — Мы с ним характерами не сошлись.

И если бы она не была моей лучшей подругой, с которой мы вместе на горшок ходили, наши отношения точно бы дали трещину. А так мы просто обходили стороной этот неприятный момент.

Теперь я планировала откровенно с ней поговорить. Выяснить, в чём причина её нелюбви. Но только не сейчас. Не хотелось портить праздник ни себе, ни ей.

Тем более, что сейчас я испытывала некоторое облегчение.

Поначалу, после встречи с Верещагиным, меня трясло. Он произвёл неизгладимое впечатление. Не каждый день тебя силком сажают в машину для разговора с боссом мафии. Или кто он там?

А потом, прокрутив в голове наш разговор с десяток раз, я поняла, что бояться нужно не мне, а Мише. Верещагин явно не планирует мстить ему через нас с Тёмой. Даже готов поднажать, чтобы тот вернул деньги. Что с его стороны, если честно, неожиданно.

Меня смущал только один момент. Зачем он дал мне свой телефон? Я надеялась, что он не ожидает ничего взамен своей помощи. Мне бы очень не хотелось остаться в долгу у такого человека.

Пусть бы и Миша, и Верещагин, и Инга остались в уходящем году.

Именно такое желание я загадала тридцать первого, когда мы с Тёмой катались на коньках вокруг ёлки. Он уже крепко держался на льду, а я, глядя на него, испытывала гордость. А ведь казалось, совсем недавно он только пошёл…

Я фотографировала его, пока он крутился, и тут мне позвонил Евгений.

— Настя, здравствуйте, — услышала я его приятный голос.

— Здравствуйте, — почему-то смутилась я.

Понимала, что Евгений ждёт ответа на своё предложение, но всё ещё колебалась. Он не стал требовать согласия сразу, предложил подъехать с Викой к нам.

Мы договорились встретиться в семейном кафе, и пока ждали их, купили подарок для новой Тёминой подружки.