В последнее время, на занятиях Герис стал больше уделять времени магии Разума, при этом неожиданно увеличил время на теорию. Причём стал выдавать информацию, на мой взгляд, совершенно мне не нужную: от истории возникновения магии Разума до воздействия конструктов магии на организмы животных. Истории возникновения магии в мире, который давным давно прекратил своё существование! Или воздействие конструктов на животных, которых в нашем мире никогда не было! Бред какой-то… Разумеется, я сразу получил от наставника хлыстом-указкой по плечам. Мысли он мои читал, так что ничего от него скрыть не удалось.

Потом, уже во время написания «записок охотника», я задумался: Герис всё чаще стал поговаривать об опытах по переносу сознания из одного тела в другое, при этом недвусмысленно намекая, что хотел бы обзавестись своим «нормальным» телом, а не жить в астральном сознании «мага-недоучки».

Дорога хоть и считалась в «Атласе автомобильных дорог СССР» межреспубликанской трассой, но чистилась, даже сейчас, зимой, редко. Я ехал, выдерживая скорость не больше 60 км/ч. Машину даже с зимней резиной таскало: асфальт сквозь наезженную наледь почти нигде не просвечивался. Хорошо, хоть погода стояла нормальная: ясная, без осадков. Даже солнышко временами проглядывало.

После поворота на Бурлаково дорога вроде стала получше: показалась «асфальтовая колея». Я прибавил скорости.

Минут через двадцать мы въехали в «Шервудский лес». И, как назло, напоролись на гаишников. Сотрудников дорожной милиции было трое. Один в форменной шапке-ушанке, черном тулупе, валенках разбирался с водителем остановленного «рафика» (вот тоже не повезло — мелькнула мысль). Второй в шапке-ушанке, коротком бушлате повелительно выставил поперек дороги полосатую палочку, требуя от меня остановиться. Третий в форменной шинели спиной к нам стоял возле служебной серой «волги».

«Почему-то серой, а не жёлтой, — невольно отметило сознание. — Хотя на борту машины имелось обозначение синими буквами „ГАИ“».

Я остановился. Гаишник в бушлате подошел к машине, ткнул жезлом куда-то под капот. Я приоткрыл дверь, держа наготове на всякий случай документы.

— У вас номер не видно, — сообщил инспектор. — Очистите его, пожалуйста!

И отвернулся, потеряв ко мне какой-либо интерес. Рядом хмыкнула Наталья:

— Отвод глаз не сработал!

Я вздохнул, развел руками:

— Ну, что поделать? Сейчас почищу и дальше поедем.

Я взял щетку, кое-как вылез из машины. На улице сегодня было морозно, поэтому я, плюнув на условности, надел телогрейку, а не куртку на меху. Подошел к передку «Росинанта», наклонился, сковырнул спрессовавшийся на номере снег.

— Всё, командир! — сообщил гаишнику. — Могу ехать?

Гаишник повернулся ко мне, махнул рукой:

— Езжайте!

В лицо мне ударила струя маслянистого газа. Я инстинктивно попытался заслониться, но сознание стремительно померкло.

Глава 40.

Медведи идут на север.

Их группа в составе 12 человек — 10 спецназовцев, одного полевого агента-оперативника и агента-консультанта — на двух машинах, легковой «волге» и микроавтобусе «рафик», прибыла в Кутятинский район в начале декабря. Никто из спецназовцев новичком не был, все имели богатый опыт боевых операций.

Они прибыли в Союз разными путями: трое под видом матросов на турецком сухогрузе вышли на берег в Одессе и не вернулись на борт; четверо таким же образом, только на австралийском контейнеровозе через порт Владивосток, а потом поездом через весь Советский Союз; четверо — на польском танкере через Латвию, получив в соответствии с договоренностью от агентуры в Риге и транспорт, и документы, и оружие на всю группу. Двое, Локи и Бриана, прилетели в Шереметьево вполне официально, приехали в Москву и, используя способности мисс Мадлен Грейс, легко оторвались от службы наблюдения КГБ и растворились среди населения.

Группа собралась в установленный срок в населенном пункте в Подмосковье и, в соответствии с планом, выдвинулась в место назначения — в село Бурлаково, находящееся в сравнительной близости от места жительства объекта.

Они заселились в снятый заранее агентом дом, выдавая себя за лыжников-биатлонистов, прибывших потренироваться в лесном краю из Латвии. Хозяйка дома, еще в ноябре получив за два месяца 300 рублей под обещание освободить помещение перед новогодними праздниками, отдала ключи и уехала жить к родственникам в областной центр.

Каждое утро «биатлонисты», отрабатывая легенду, вставали на лыжи и часа полтора-два катались вокруг села.

При этом дома всегда оставались два-три человека: двое мужчин и единственная женщина, которую по псевдониму называли Брианой. Впрочем, во время командировок друг друга называть иначе категорически запрещалось. Командир группы с позывным «Локи» за всё время ни разу не возразил Бриане, признавая её верховенство.

На кухне затрещал зуммер радиотелефона «Алтай», принадлежавшего какому-то большому чиновнику из Риги. Чиновник был «спящим агентом». Долгое время его не привлекали. Но когда обнаружилось, что у него есть служебный аппарат радиосвязи, который необходим группе, его «разбудили», и он передал свой «Алтай» за немалую сумму и гарантии возврата.

Бриана подняла трубку, молча выслушала сообщение, положила трубку на аппарат и скомандовала:

— Общий сбор. Тревога! Мерлин выехал из Кутятино.

Сначала рассматривался захват объекта Мерлин дома, в деревне. Но против этого, изучив обстановку, решительно воспротивилась Бриана.

— Пришлось бы столкнуться с оборотнем, двумя ведьмами, — пояснила она. — Собакой, которую он сам взрастил. И я уверена, что не без колдовства. Вариант с привлечением его к сотрудничеству сразу бы отпал. Кроме того, я думаю, что там и домовые есть, и фэйри, и пикси, и еще какая-нибудь чисто славянская чертовщина. Нет! Категорически — нет. Дома его брать — однозначно отпадает.

Через двадцать минут группа была на позиции. Выезд к месту засады был отработал до автоматизма. Перед выездом на трассу на «волгу» прилепили синие буквы «ГАИ». Подделку можно было обнаружить только вблизи.

Трое в форме сотрудников дорожной милиции, включая Бриану, вышли на дорогу. Остальные заняли свои места в фургончике и в овраге вокруг места засады. Задачей ирландской ведьмы стояла нейтрализация возможных заклинаний Мерлина и Девы, и она с ней справилась. Отвод взгляд Девы не сработал. А захват Мерлина оказался до обидного простым: мальчик вышел из машины и получил порцию сонного газа, усиленного заклятьем, прямо в лицо и вырубился. Порцию газа получила и ошеломленная Дева. А дальше…

— Быстро, быстро! — скомандовал Локи. — Мерлина в «гроб», Девку (так они по-свойски обозвали объект Деву) в наручники и в машину.

Четверо спецназовцев выскочили из машин, подхватили Мерлина, сунули в двухметровый пластиковый ящик, армированный снаружи серебряной проволокой, закрыли крышкой и сунули через заднюю дверцу в «Рафик», из которого заблаговременно были демонтированы некоторые сиденья.

Двое спецназовцев надели на запястье Девы серебряные наручники, подскочившая Бриана нацепила ей на шею серебряный ошейник, замкнув его небольшим замочком.

— Готов!

— Грузи её в «волгу», — приказала ведьма. — На заднее сиденье. Я сама с ней поеду!

Бойцы заняли места: четыре в «волге» (буквы «ГАИ» предусмотрительно сняли, заменив на «ВАИ», номера сменили на двухбуквенные, военные), восемь — в «Рафик». Водители и пассажиры на передних сиденьях за считанные минуты переоделись в советскую военную форму. Всё по плану: военных на дороге для досмотра не останавливали.

В «волге» Бриана подняла трубку «Алтая», захваченного с собой, набрала номер, по очереди нажимая нужные клавиши, коротко бросила:

— Мы закончили. Прибери дома.

Звонок был сделан местному агенту, обеспечившему условия безопасного пребывания группы на месте. Он должен был уничтожить все следы пребывания группы, в том числе и в арендованном на время доме.