- Правильное решение, – похвалил Оникс, с довольным видом касаясь лапой застывшего в угрожающей позе ласки. – От его криков голова болит, – пожаловался он и замер, попав под то же заклинание.

Облегченно вздохнув, Ива подхватила оцепеневших подопечных и уложила Шу на кровать, а Оникса на кресло, скромно притулившееся в уголке. «Простите меня, ребята, но мне нужно хоть полчаса тишины», – подумала она, ощутив слабый укол совести за примененное заклятье, но слушать их перепалку было выше ее моральных сил.

Скинув на пол изорванное, перепачканное платье, Ива, шлепая босыми ногами по полу, отправилась в ванную. Потерла ладонью нагревающий артефакт и открыла воду, наблюдая за тем, как комната наполняется паром. Порывшись под умывальником, девушка нашла запылившуюся баночку с морской солью и сыпанула щедрую горсть в горячую воду. Следом за солью в ванну отправилась пригоршня трав, чей аромат, смешавшись с паром, распространился по комнате. Ива с наслаждением вдохнула запах и потрогала воду кончиками пальцев, ощутив ее обжигающее тепло. Удовлетворенно кивнув, она забралась в ванну и с наслаждением закрыла глаза, чувствуя, как измученное и израненное тело расслабляется. Немного понежившись в горячей воде, она пошевелила пальцами, и вода вокруг нее забурлила веселыми пузырьками. Смысла скрываться уже не было, колдовство на пляже явно выдало выдало ее с головой, так что она решила не отказывать себе в заслуженном отдыхе и комфорте. Вслушиваясь в бурление воды и вдыхая расслабляющий аромат трав, Ива мысленно прощалась со своей лавкой, городом и друзьями, которых здесь обрела. Прощалась и ничуть не сожалела о содеянном, абсолютно уверенная, что поступила правильно. Черты лица ее расслабились, и на губах заиграла улыбка.

За последнее время граф Грейсленд посещал библиотеку все чаще и чаще, причем не только ради поисков сбежавшей ведьмы, но и ради компании странного хамоватого крыса Паскаля, который оказался незаменимым помощником в том, что касалось поисков книг, которые беглянка на самом деле читала, а не просто брала для отвода глаз. За время бдений в библиотеке между мужчиной и пасюком завязалась своеобразная немногословная дружба, не имевший дара речи Паскаль волне успешно компенсировал это красноречивыми жестами и эффектными пантомимами, которые, к своему удивлению, Фредерик довольно быстро научился понимать.

С каждой встречей со своим новым приятелем мужчина все больше и больше убеждался, что перед ним не просто крыс, а нечто совершенно другое, однако в магии он не разбирался и спросить было не у кого, ибо ведьма так и не нашлась.

Была и еще одна причина, по которой главный императорский дознаватель предпочитал скрываться в библиотеке, а не в своем кабинете. Император все больше и больше терял терпение, требовал ежедневного отчета о результатах. Фредерик предпочитал лишний раз не показываться своему господину на глаза, зная, что тот будет искать его в библиотеке в последнюю очередь.

Этим вечером, вопреки обыкновению, дознаватель решил выйти из тени книжных стеллажей и поработать за своим рабочим столом, не отвлекаясь на настойчивые просьбы крыса почитать книгу.

Разложив перед собой очередные, совершенно бесполезные донесения от агентов со всех уголков страны, он в очередной раз удивился тому, как много на территории империи рыжеволосых девушек, так или иначе подпадающих под описание императорской ведьмы. Хотя, казалось бы, особу с такой яркой внешностью сложно не заметить, но та все равно оставалась невидимкой. Самым большим страхом дознавателя было то, что, как и многие дамы, ведьма могла сменить цвет волос, не прибегая к магии. Тогда бы ее поиски перестали быть трудными и превратились в безнадежные, и это при условии, что она не стала бы прибегать к магии для изменения внешности целиком.

Поставив локти на столешницу, мужчина запустил пальцы в волосы и сжал голову руками, чувствуя, как зарождающаяся головная боль начинает сжимать лоб в тиски. За окном сгущающиеся сумерки постепенно превращались в ночь, и усталость, накопленная за последние месяцы, начала давать о себе знать. Фредерик провел руками по волосам и, сплетя пальцы в замок, заложил их за затылок, откинувшись в кресле, спина нещадно просила о пощаде.

Тихо кряхтя, он поднялся из-за стола и усмехнулся, мысленно обозвав себя старой развалиной, и пообещал, что с утра отправится в тренировочный зал, чтобы немного пофехтовать, а потом на доклад к императору. От мыслей о Викторе граф поморщился, предстоящий разговор не сулил ничего хорошего, император уже неоднократно намеревался написать верховной ведьме ковена, и только обещания Фредерика решить вопрос своими силами, да еще стремление избежать огласки, удерживали его от этого шага. Дознаватель тяжело вздохнул и бросил тяжелый взгляд на оставшуюся кипу документов, накопившихся за неделю, а затем решительно отодвинул их в сторону.

Тихо скрипнув, дверь в кабинет приоткрылась, и в образовавшейся щели показался хвост-напильник и серая задница, Фредерик чуть подался вперед, наблюдая за странным явлением. Продолжая пятиться, крыс ввалился в комнату, таща за усы дворцового мышелова дымчато-серого цвета. Судя по бешеному взгляду кота, потерявшему от шока силы к сопротивлению, встреча с крысом произошла далеко не у дверей кабинета дознавателя. Мышелов бросил отчаянный, полный мольбы взгляд на человека и попытался упираться, но Паскаль сунул ему под нос кулак и, совсем по-бандитски, продемонстрировал кривой клык, кот явно сглотнул и прекратил сопротивление.

- Оставь его, Паскаль, он просто делает свою работу, – устало обратился к хвостатому гостю Фредерик, которого в другое время эта сцена весьма позабавила бы.

Паскаль с сомнением посмотрел на кота, затем на хозяина кабинета и, после некоторых раздумий, выпустил свою добычу. Кот, не долго думая, рванул в коридор, а Паскаль, с явным сожалением, опустил лапу, которой, судя по всему, собирался дать пендель для ускорения. Граф вымучено улыбнулся.

Пасюк почесал затылок и, повернувшись к двери, призывно махнул лапой, призывая следовать за ним, Фредерик нехотя поднялся из-за стола и с обреченным видом последовал за своим провожатым.

Обычно сумрачная библиотека была озарена багровым светом, источаемым магическим контрактом, который, словно взбесившаяся праздничная иллюминация, то загорался алым, то гас и приобретал обычное золотистое сияние, которое вновь сменялось угрожающими алыми отсветами. Казалось, что внутри контракта шла нешуточная борьба.

Паскаль воровато оглянулся по сторонам, а затем подошел к карте, похлопав по ней лапой, Фредерик, оторвав от беснующегося контракта взгляд, подошел к крысу. Серый пройдоха сложил ладошки на передних лапах книжкой и поднял их, протягивая к витрине с контрактом, а затем ткнул лапой в карту. Дознаватель озадачено посмотрел на своего маленького приятеля, который, топнув ногой, повторил свою пантомиму с явным нетерпением, казалось, зверек очень спешил. Граф задумался, а затем, сообразив, взял карту в руки и повторил жест, который показал ему Паскаль.

Контракт на мгновение перестал мигать, а затем тонкий красный луч, вырвавшись из горящих букв, уткнулся в карту, скользнул по ней и замер.

- Что здесь происходит?! – неожиданно твердо рявкнул неизвестно откуда появившийся мастер Фок, а затем, увидев карту в руках Фредерика, с проворством, не соответствующим его возрасту, выхватил ее из рук растерявшегося дознавателя и совершенно непочтительно скомкал.

- Фредерик, мальчик мой, уже поздно, – произнес архивариус мягко, однако от дознавателя не скрылась некоторая напряженность и раздражительность в голосе. – Я собирался закрывать библиотеку и ложиться спать. Уж прости, мой мальчик, я человек пожилой, привык ложиться рано.

Это было откровенной ложью, и Фредерик это точно знал, однако даже не успел ничего сказать, оказавшись у выхода. Паскаль следовал за ними тенью с встревоженным и несколько испуганным видом.

- О, конечно, понимаю, мастер Фок, время действительно позднее. Я только возьму почитать одну книгу, вот эту, например, - и граф, повинуясь какому-то внутреннему порыву, сделал вид, что уронил книгу, которую якобы собирался почитать.